Книга Пепел жизни, страница 96 – Рина Харос

– А ты помнишь, что предшествовало событиям твоей гибели?

Астарта мотнула головой и прикусила нижнюю губу – глаза ее увлажнились, руки задрожали, выдавая ее страх.

– Я подумала… ты мог бы использовать магию, чтобы узнать, действительно ли это вещий сон или события последних недель так сказались? Мне казалось… ты… забудь, прости.

– Постой.

Я подался телом вперед и схватил Астарту за ладонь, когда та встала со стула и направилась в сторону двери. По ее лицу сбежала слеза, удивленный взгляд, устремленный на меня, заставил убрать пальцы с кожи демоницы. Я почувствовал женское тело, и что-то давно забытое всколыхнулось в груди, заставив болезненно сжать челюсть. Я вспомнил жену, ее гладкую кожу и утренние прикосновения, которые она дарила мне.

– Мне нужно больше информации, чтобы разобраться в твоей… проблеме.

– Я рассказала все, что помнила.

Раздражение сквозило в голосе демоницы, но она все-таки села на место, скрестив руки на груди. Удивительно, как кровь матери отразилась на девушке – страх моментально вытеснился вспышкой гнева, а неуверенность сменилась на величие и достоинство.

– Иди отдохни, я попробую разобраться, почему тебе снятся эти сны.

Я пытался улыбнуться, но судя по тому, как сморщила лицо Астарта, вышло паршиво. Прикоснулся вновь к руке девушки и сжал пальцы, пытаясь утешить.

– Все будет хорошо. Я сделаю все, что в моих силах.

– Спасибо, Августин…

Астарта опустила голову вниз и прикусила нижнюю губу, чтобы скрыть рвущиеся наружу слезы. Демоницы никогда не выказывали своих чувств при чужих, коим я и являлся, поэтому подобное выражение хоть болезненно, но тепло отозвалось в груди.

Я потерял счет времени, сколько мы так сидели – минуту, десять, час – держал Астарту за руку, пытаясь смотреть в испуганные глаза, а она отвернулась, рассматривая стены и несколько шкафов, где стояло множество книг.

– Какой она была? – внезапно произнесла Астарта, продолжая избегать моего взгляда.

Мне не надо было спрашивать, кого сестра Мулцибера имеет виду.

– Она была чудесной. Я никого не любил так, как ее.

– В глубине души я завидую людям, которые могут любить, – огорченно вздохнула Астарта, – мой дар не позволяет испытывать подобного – похоть, разврат, желание – да, но моя душа никогда не отзывалась на прикосновения, понимаешь?

– Понимаю.

– Даже после смерти, пребывая в шкуре этого чудовища, коим ты стал, ты продолжаешь любить жену, которой давно уже нет на этом свете, – с теплотой в голосе произнесла демоница.

– Воспоминания о ней позволяют мне сдерживать чудовище. У каждого существа, человека, чудовища должен быть блокатор, позволяющий сохранять то милосердие, которое даровано каждому. У меня это – жена, у Мулцибера – Касандра.

Астарта резко обернулась и вырвала руки из моей хватки – не со зла, а от эмоций, отразившихся на ее лице, – заинтересованность, отчего я издал слабый смешок – демоница напоминала ребенка, которому вот-вот должны доверить страшную тайну.

– Ты знаешь, кто такая Касандра?

– Было бы глупо задавать подобные вопросы лемуру, Астарта, – я беззлобно усмехнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и вытянув ноги под стол.

– Кто она? Фея? Но они же скорее вымысел, чем реальность. Последняя умерла несколько сотен лет назад, поскольку ее суженый не позволил подпитывать силы от себя.