Книга Сердце некроманта, страница 130 – Наталья Шнейдер

Разговоры получались разными. Кто-то, как Матиас, сразу пытался припомнить мне грехи Ордена. Кто-то осторожничал, сохраняя формальную вежливость. Кто-то искренне изумлялся, раскрываясь в ответ.

Но большую часть времени мне приходилось проводить во дворце. Проскучав очередной день, я решила: жизнь слишком коротка, чтобы проводить ее в праздности.

Королевский целитель поначалу принял меня настороженно и в ответ на предложение помощи предложил прополоть грядки, где росли травы для зелий. Похоже, он ожидал, что меня оскорбит работа садовника, и я оставлю его в покое. Откуда ж ему было знать, что послушницы в обителях занимаются в том числе и такой, неблагодарной и грязной работой. Надо было видеть лицо целителя, когда через пару часов он обнаружил меня в дальней части сада, где разбил делянки под свои растения, и почти полностью прополотые грядки.

В качестве благодарности он разрешил мне воспользоваться его библиотекой. Похоже, королевский целитель собирал ее долгие годы, если не всю жизнь. Многие названия были мне незнакомы, даром что в обители, где я росла, хватало книг. Еще через пару дней целитель попросил разрешения заглянуть в записи, что я делала. Вот когда я пожалела, что все мои заметки сгинули в Ордене. Мы проговорили довольно долго, и в конце концов он попросил меня помочь с изготовлением зелий.

Целитель с учеником работали не покладая рук с того самого утра, когда исчезла магия. Хоть для многих во дворце она вернулась довольно скоро, все же потрясение оказалось слишком велико. Кто-то стал бояться засыпать, опасаясь, что пока спит, магия снова исчезнет. Кто-то, наоборот, не мог заставить себя подняться с постели. Кто-то ни с того ни с сего начинал задыхаться от ужаса. Другие не переставая плакали. Словом, зелья, помогающие успокоиться или избавиться от тревоги и снотворные, приходилось варить едва ли не котлами, и моя помощь была очень кстати. А я только радовалась — не приходилось, как в первые несколько дней, изнывать от скуки и гнать из головы тревожные мысли. Матушка Епифания любила повторять, что в праздную голову Алайрус насылает искушения. И хоть я больше не считала темного бога врагом рода человеческого, да и в искушения его перестала верить — человеческий разум умеет создавать их лучше любого бога, — в чем-то она была права. По крайней мере, помогая целителю, я не чувствовала себя бесполезной, его книги добавили мне новых знаний, а не просто помогали скоротать дни в ожидании мужа.

Ночи же наши неизменно наполняла любовь.

Но как бы медленно ни тянулось время, все же настал вечер, когда король позвал меня на совет. «Только для избранных», как он сказал. Избранными оказались мы с Дитрихом, Роналд, те сановники, что были с королем в ночь, когда мы появились во дворце, — за исключением бывшего королевского прокурора — и Отто. Я была рада его видеть, хоть знать и косилась на телохранителя, что сидел за столом на равных с ними.

Оказалось, это был не совет, а королевский прием по поводу завершившихся наконец-то переговоров. Мне было неловко стать единственной женщиной среди приглашенных, тем более что я не понимала, за какие заслуги там оказалась. И еще неудобней стало, когда сам король — пусть и мой брат — поднял тост за «девушку с мужским сердцем, без которой мы не смогли бы поставить на место Орден». Я ведь ничего не сделала. Фраза Роналда, что он гордится таким родством, смутила меня окончательно. Захотелось сбежать, но Дитрих сиял как новенький золотой и смотрел на меня с такой смесью любви и гордости, что я решила не подавать виду. Но все же муж слишком хорошо меня знал.