Книга Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2, страница 71 – Катерина Цвик

Но почему Дизере пропала из моей жизни? Допустим, она хотела вернуться сюда. Пусть. Но почему пожелала, чтобы я ее забыла?

Вопросы, вопросы…

Утешало то, что сегодня я узнаю на них ответы. Главное, чтобы сейчас эти две эры друг друга не поубивали.

— Так что было дальше? — вмешалась я в их гляделки.

— А дальше твои родители жили, любили и рьяно работали над артефактами защиты своей семьи и дома. Они очень хотели защитить тебя.

— От меня? — Голос предательски сел.

— Нет. Когда на нас напали, у тебя не было неконтролируемых выбросов. Обычно у полукровок, как мы, они начинаются ближе к совершеннолетию. И твои родители планировали тайно попасть к одному из источников магии в Пустоши и провести твою инициацию, когда ты подрастешь.

— То есть не было никакой ошибки в создании артефакта? На дом напали? — У меня от этой догадки перехватило дыхание.

— Твои родители никогда бы не допустили такой ошибки, — с грустью покачала головой Дизере. — Разве они могли подвергнуть опасности своего ребенка и свой дом? Они были профессионалами. Именно их разработки в области рун и защитных артефактов стали прорывными, хотя их позже присвоил один хитросделанный маг из столичной академии.

— Как так?! — опешила я.

Информация падала как булыжники на голову.

Она оглушала, дезориентировала и заставляла посмотреть на события иначе. А еще я наконец поверила, что и в самом деле не виновата в смерти родителей, что не мой спонтанный выброс сотворил с ними такое. Дядя говорил правду, а я ему не верила. Вернее, изо всех сил старалась верить, но душа болела, а запрятанное глубоко сомнение грызло, не давало смириться с утратой и до конца принять себя и свою суть. Сердце гулко билось в груди. Я сглотнула, стараясь прийти в себя.

Марсель меня обнял и прижал к себе крепче. Хотелось уткнуться ему в шею и поплакать, но еще во многом нужно было разобраться, расклеиваться я не имела права.

Дизере понимающе вздохнула и продолжила отвечать на мой вопрос:

— Как оказалось, присвоить чужие труды, имея определенные связи, не так и сложно. Твоим родителям некогда было заниматься оформлением бумаг. Вернее, им это казалось неинтересным. И один из магистров столичной академии магии предложил им помощь с условием, что его имя тоже будет указано в изобретениях и патентах. Конечно, уговор был лишь о соавторстве, но… После гибели Эленеи и Габриэля их имена волшебным образом исчезли из всех документов. А имя магистра эль Рамера стало единственным и без приписки «соавтор по административному оформлению».

— Эль Рамер… — пробормотала я, не веря услышанному.

Меня словно ударили под дых. Магистр эль Рамер… Вернее, сейчас его все знают как профессора эль Рамера, заслуженного и уважаемого мага столичной академии. Он был главой комиссии, которой я сдавала экзамены и защищала магистерскую работу! Он от министерства образования приезжал для проверки Анарской академии. Он был одним из моих кумиров от магии. И это он —благодетель, который направил меня на службу во дворец. Туда я благодаря Марселю так и не попала и сейчас как никогда этому рада. А еще эль Рамер был другом моего дяди… Почему-то это оказалось для меня самым ужасным.

— Есть ли какие-то доказательства незаконного присвоения чужих работ? — нахмурился Марсель.

— Да какие там доказательства, если все сгорело в том пожаре? К тому же родители Эйлин вели довольно замкнутый образ жизни, и авторитетных магов, которые смогли бы подтвердить их авторство, у них в друзьях не оказалось. Или они просто не захотели связываться с эль Рамером, — вздохнула Дизере. — А мне было не до этого. Я старалась защитить Эйлин, мне хотелось просто пропасть, затеряться и оборвать все связи. — Заметив мою неоднозначную реакцию, няня обеспокоенно спросила: — Эйлин, в чем дело?