Книга Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 3, страница 16 – Катерина Цвик

— Я могу расценить как-то не так только появление тварей и… арахнидов, — внезапно осенило Марселя, и он резким движением выхватил меч из ножен. — Дизере, ты спуталась с пауками⁈

Логический ряд сложился очень легко, а главное — многое становилось еще понятнее. Если Дизере предательница, то убийство родителей Эйлин и нежелание феи, чтобы Эйлин вернулась в Пустошь, представали в новом свете.

— Марсель, подожди, не горячись! — Дизере выставила вперед руки. — Если бы кто-то хотел на тебя напасть, то уже сделал бы это! Послушай, среди арахнидов тоже есть те, кто ненавидит Патриарха. Думаешь, как я узнала то, что рассказала? А кто мой свидетель? Никто, кроме арахнидов, не мог рассказать мне о комиссии по контролю дара и о том, как у Патриарха появляются новые дочери.

Марсель заколебался. В словах Дизере был смысл. Но… арахниды?

— Пойми, сейчас в Пустоши очень неспокойно, а здесь, в первых поясах, собирается армия монстров под предводительством пауков. Кто как не другие арахниды без труда смогли бы пройти через выставленные заслоны и, если понадобится, защитить тебя?

— Я и сам себя могу защитить, — огрызнулся Марсель, уже понимая, что в словах феи есть резон.

— Конечно, и тем самым оповестишь всех о том, что в Пустошь снова явился дракон.

Внезапно воздух неподалеку снова дрогнул, и к ним вышла арахнидка. Молоденькая, красивая и… неуловимо похожая на тех Мар, которых Марселю уже довелось видеть.

— Доброго дня, дракон. Я и есть тот самый свидетель, о котором говорила Дизере, и я искренне хочу, — ее миловидное лицо скривилось в гримасе неприкрытой лютой ненависти, — чтобы Патриарх подох самой страшной смертью, которую только можно представить!

Наверное, вот эта чистая незамутненная ненависть молодой арахнидки и заставила Марселя поверить им и отправиться на встречу с наместницей совсем не туда, куда было условлено изначально. И теперь он не знал, правильно ли поступил. Неопределенность и неизвестность нервировали, а проснувшаяся драконья сущность добавляла в клокочущий коктейль эмоций немало перца. Марсель прилагал нешуточные усилия, чтобы успокоиться.

— Не нужно так нервничать, — сказала Дизере, войдя в пещеру. — Время еще не пришло, наместница даже не задерживается. Поверь, в условленное время она обязательно появится.

— Зато вы были в нужное время и в нужном месте, — красноречиво кивнул он в сторону соседней пещеры, намекая на арахнидку, которая там находилась. — И как только узнали, откуда меня ждать?

— Мы же уже все тебе объяснили, — вздохнула Дизере. — Феи — лучшие предсказательницы, и они дали восьмидесятипроцентную гарантию, что ты появишься именно со стороны той крепости.

— А какой процент вероятности они дают, что эта членистоногая говорит правду?

— Марсель, тебе ли не знать, как часто все бывает не тем, чем кажется…

— А кем может быть дочь Патриарха? — скептически хмыкнул Марсель. — Только дочерью Патриарха.

— Как и ты сын человека, но это не значит, что у тебя нет собственной воли и устремлений, — парировала Дизере. — Скоро ты убедишься, что Лисса искренна. Поверь, у нее есть свои причины ненавидеть Патриарха и то, что он делает.

— Лисса, — снова хмыкнул Марсель. — Или просто очередная Мара? Пятнадцатая, если не ошибаюсь?

— Да, пятнадцатая. — Марлисса в человеческом облике зашла в пещеру и гордо вздернула подбородок. — Но я не очередная. Я же не называю тебя реликтовым ящером, который непонятно как вылупился из человека.