Книга Тоскуя по ней, страница 45 – Тиффани Робертс

Она снова перевела на него большие зеленые глаза, грудь поднималась и опускалась в такт учащенному дыханию.

— О чем ты говоришь?

Какого хрена я делаю?

Возможно, это было самое простое правило, но и самое важное — смертные не должны знать правды. Насколько трудно было бы Киану и ему подобным прокормиться, если бы люди знали, что они добыча?

Но, черт возьми, он жаждал ее. Он нуждался в ней. Что-то внутри него желало ее с такой силой, которую, он знал, ему никогда не поколебать, горело для нее пламенем, которое никогда не погаснет.

Она принадлежала ему.

Его пара. Его душа знала это с уверенностью, которую его разум не мог оспорить, хотя это бросало вызов всей логике и доводам разума.

— Ты под чарами гламура, Уиллоу. Невидима для смертных.

Она нахмурилась.

— Что? Киан, я… я не знаю, что происходит, или почему ты это делаешь…

— Я уже говорил, почему я это делаю. Ты мне нужна. Я не говорил фигурально.

— Если тебе нужна помощь, мы поможем тебе. Вместе. Но это… Киан, ты меня пугаешь.

— Я не человек, Уиллоу, — он медленно и резко выдохнул и усилием воли убрал свой личный гламур.

Десять 

Уиллоу ахнула, ее глаза вспыхнули. Сердце пропустило удар, по коже пробежал холодок, и все вокруг стихло.

Нереально.

То, что она видела, не могло быть реальным. Это невозможно.

Киан стоял перед ней, но это была другая его версия. Нечеловеческая версия.

Его кожа побледнела до светлого холодного оттенка серого, а черты лица заострились, делая изгиб полных, чувственных губ еще более соблазнительным — еще более порочным. Две пары рогов росли из висков, причем внутренние были длиннее. Все четыре заострялись к тонким кончикам, как и уши, которые стали длинными и эльфийскими.

Но именно его глаза завораживали ее. Их соблазнительная синева была еще более выраженной, более неземной и распространилась, полностью охватив глаза. Радужки были едва заметны, лишь слегка светлея, чтобы их можно было различить. Ни белых склер, ни черных зрачков. Только пронзительный голубой цвет, который переливался перламутровыми бликами и излучал собственное сияние.

Он был потрясающе красив.

И его аромат. О Боже, его аромат. Сандаловое дерево, жасмин и пряный мускус, которые были воплощением похоти. Он был сильнее, чем раньше, и окутал ее, вторгся в ее чувства, все глубже затягивая под его чары.

— Кто ты? — выдохнула она.

— Фэйри, — ответил он. Даже его голос был другим — более глубоким, многослойным, невероятно страстным. — Я инкуб.

Инкуб? Долбаный демон секса? Нет, это не может происходить на самом деле. Она, должно быть, спит, у нее галлюцинации.

Уиллоу закрыла глаза руками.

— Это безумие, — она раздвинула пальцы, чтобы взглянуть на Киана. — Нет, нет, нет. Ты все еще выглядишь так.

— Тебе это не мерещится, Фиалочка. Это реально, — пальцы, украшенные не длинными накрашенными ногтями, а черными когтями, отвели ее руки в сторону, взяли за подбородок и повернули ее лицо к своему. — Это я.

— Ты убьешь меня? — спросила она тихим голосом, ее сердце бешено колотилось. — Высосешь душу через мою… — щеки Уиллоу вспыхнули, и она попыталась сжать бедра вместе, но им помешало его колено.

— Я фэйри, Уиллоу, а не гребаный демон, — сказал он.

— Но ты сказал, что ты инкуб. Разве это не… гребаный демон?

— Нет. Неудивительно, что люди ошибаются на этот счет. И ты должна радоваться. Демоны обычно настоящие куски дерьма.