Книга Тоскуя по ней, страница 133 – Тиффани Робертс

Упершись руками ему в грудь, она оттолкнула его.

Илай отшатнулся и упал на пол. Кровь сочилась из его губы, когда он согнулся пополам, схватившись за пах.

— Блядь!

С дрожащими конечностями и тяжело вздымающейся грудью Уиллоу подняла глаза и увидела Киана в дверном проеме.

Киан уставился на Илая сверху вниз, его глаза сверкали. В дымке утреннего света он казался окутанным тенью — не неземным фэйри-соблазнителем, а чудовищем, пробившим себе дорогу из темноты.

Ее чудовищем

Его взгляд метнулся к ней, ни на йоту не утратив прежней интенсивности. Илай отполз в сторону с очередным проклятием, когда Киан шагнул к Уиллоу, чуть не наступив на упавшего мужчину. Несмотря на напряжение, исходившее от него иссушающими волнами, пальцы Киана были нежными, когда он взял Уиллоу за подбородок и наклонил ее лицо к своему.

Он провел большим пальцем по ее нижней губе. Она была испачкана кровью. Уголок его рта приподнялся, когда он сказал тихо, только для нее:

— Моя злая маленькая смертная…

— Кто, черт возьми, это, Уилл? — требовательно спросил Илай, его голос был напряжен, когда он поднялся на колени. — Это он? Ты бросила меня ради него? Этого эмо-готического урода?

Наклонив голову, Киан прижался губами к губам Уиллоу, ненадолго задержавшись. Этого времени было достаточно, чтобы она перестала ощущать нежеланное внимание Илая. Его нападение.

Киан медленно отстранился, проводя языком по губам, чтобы стереть алое пятно крови. Свет в его глазах изменился, сузился и сфокусировался с тем опасным блеском, который она видела раньше только однажды — когда он сражался с Лахланом.

— Извини, я отойду на минутку, Фиалочка, — Киан отвернулся, взглянул на букет, который Эли положил на спинку дивана, и сорвал единственную розу из букета.

— Ты не в своем уме, Уилл, — Илай тяжело вздохнул, двигаясь с явным дискомфортом, когда ухватился за диван и начал подниматься. — Я понимаю. Тебе больно, я облажался, и это… это твой способ отомстить мне. Урок усвоен, хорошо?

Киан одарил Уиллоу еще одной улыбкой. Когда он повернулся к Илаю, она увидела, как его улыбка превратилась в оскал.

Илай продолжил:

— Может быть, парню-эмо стоит выйти, чтобы мы могли…

Ботинок Киана ударил Илая в грудь. Мужчина упал на спину, ударившись об пол с такой силой, что отскочил бы, если бы Киан не подошел вплотную и не поставил тот же ботинок на горло Илая.

Выпучив глаза, Илай схватил Киана за ботинок, вцепился в его ногу и забился на полу, но инкуб не сдвинулся с места.

— Тебе больше нечего сказать, — прорычал Киан. — У тебя был шанс. И после того, что ты с ней сделал, я должен вырвать твое гребаное сердце из груди и запихнуть тебе в глотку.

Борьба Илая усилилась, лицо покраснело, но он все еще не мог сдвинуть Киана с места.

Уиллоу стиснула в руках подол блузки, храня молчание.

Киан наклонился вперед, переместив вес, что заставило Илая издать сдавленный звук.

— Ты даже не представляешь, насколько сильно мое искушение, Илай. Ты не можешь вообразить, какие унижения тебя ждут, какие страдания. Разобрать твой жалкий ум по ниточке было бы для меня наслаждением. Ты понятия не имеешь, что на самом деле означает облажаться. Но я мог бы показать тебе, Илай.

— Ты заслуживаешь не меньшего. Ты пришел сюда, в ее дом, и пытался навязаться ей? Пытался заявить права на то, что с самого начала никогда бы не было твоим? Она моя. Ты никогда не был достоин даже слизать дерьмо с ее пятки. И только из-за ее сострадания, из-за ее доброты я собираюсь дать тебе последний гребаный шанс уйти. Только потому, что она слишком хороша, чтобы быть свидетельницей того, что я бы сделал с тобой, и я не позволю ей тратить ни единого гребаного мгновения на жалость к ничтожной оболочке человека, в которую ты превратился бы до того, как я закончил.