Книга Эпоха королей, страница 142 – Нира Страусс

Моё сердце сжалось. Если всё пойдёт по плану, я буду ближе к Каэли, чем была последние два месяца. Моя сестра, возможно, сейчас прямо здесь. Всё зависит от планов Морриган, которая, по словам герцогини, всегда делала, что хотела, даже на официальных мероприятиях.

Я иду к тебе, леэки.

Дай мне ещё немного времени.

Выглянув из-за шторки кареты, я увидела, что площадь Согласия уже была переполнена. В назначенный час знать разделится по разным королевским каретам, и начнётся парад. Герцогиня поедет с другими женщинами своего ранга, я — со своего, так что мы не встретимся до прибытия во дворец.

Герцогиня коснулась моих ключиц, где не было ни следа татуировки. Мне показалось, или у неё дрожат пальцы?

— Ни при каких обстоятельствах не теряй этот кулон.

Я приложила руку к камее. Так как незамужним девушкам не разрешалось носить кольца, защитный амулет мне решили повесить на кулон. Это было старинное украшение, передававшееся семье Сутарлан из поколения в поколение. Когда Плумерия увидела его на мне, перед отъездом из Эйлма, она грустно улыбнулась и сказала, что мне очень идёт.

Сложись обстоятельства иначе, его бы носила она. Но поскольку я должна играть её роль, Пвил наложил чары на камею. Пока я носила этот кулон, мои глаза казались просто тёмными, татуировка была невидима, и я могла выдержать прикосновение или порез гематитом. Хотя последнее имело свои нюансы, конечно, так как эффект будет временным. Но у меня будет достаточно времени, чтобы не вызвать подозрений и успеть скрыться. А затем я почувствую всю накопленную боль.

«Будет мучительно, но не смертельно», — заверил меня Пвил.

Дверь кареты открылась, и слуга подал руку в перчатке.

— Герцогиня Аннвин.

Окинув меня строгим взглядом напоследок, она спустилась первой, с достоинством, которое мог дать лишь многолетний опыт отыгрывания этой роли. Она была в чёрном, как и всегда, продолжая носить траур по своей сестре, но платье на ней, доходившее до щиколоток и покрытое кружевом от шеи до запястий, было прекрасно. На голове у неё был одна из её обычных шляпок, отделанная рядом жемчуга по краю. Мне эти головные уборы казались ужасными, но, видимо, считались очень модными среди придворных дам.

Слуга снова подал руку.

— Леди Сутарлан.

Это теперь я. По крайней мере, на три ночи и четыре дня.

Я глубоко вздохнула, успокаивая бурю, что разрасталась в моей груди. Приняла руку, как меня учили: едва касаясь пальцами, чтобы минимизировать контакт с прислугой.

Я спустилась по трём ступеням с чуть опущенной головой, одной рукой придерживая подол платья. Мои каблуки застучали по мостовой площади, и мне показалось, что шум несколько стих. Подняв голову, я поняла почему.

Практически вся знать Гибернии смотрела на меня. Вернее, не на меня, а на Плумерию Сутарлан. Дочь предателей. Девочку, которая пряталась в Аннвине больше пятнадцати лет и не хотела ничего даже слышать о Дворе.

Да, они глазели без стеснения.

Весь этот фестиваль надменных лиц, нарядных платьев, перьев и драгоценностей на мгновение ввёл меня в ступор, но я не подала виду. Приняла руку герцогини с мягкой улыбкой, и она тут же повела меня к группе дам. Пронеслась очередная волна шепотков. Они внимательно изучали каждую деталь моего облика в поисках недостатков, и теперь я была благодарна за то, что меня подняли на рассвете и тщательно подготовили.