Книга Холодный ветер среды, страница 23 – Соня Субботина

– Черт.

Марго хмыкнула – на все ситуации один ответ. Пообщавшись с ребятами из России, она поняла, насколько скучает по родному языку, где спектр ругательств и междометий шире в несколько раз, хотя еще пару дней назад ей казалось, что почти забыла русский.

– Ну вот опять. – Она закатила глаза.

– Что опять?

– Ничего. Мы приехали сюда работать, а не развлекаться. Ты слишком часто забываешь об этом.

– Ты скучная. Последний месяц только и делаешь, что работаешь. Я почти тебя не вижу, знал бы, что ты будешь пропадать с детьми, согласился бы поехать к твоим родителям на все лето. Может, сходим сегодня ночью в бар хотя бы?

У Марго накопилось достаточно вещей, которые могла бы высказать своему парню, но они были в людном месте. Она подавила поток нелестных мыслей и фраз, которые были готовы вот-вот сорваться с языка продолжительным вздохом. Может, и правда стоило прекратить быть занудой и снова немного развлечься?

– Окей, – она не стала поправлять, что в Дублине по барам не ходят, только в пабы, – но я беру с собой Лулу, чтобы не одной мучиться завтра с похмельем.

По лицу Генри было видно, что он совершенно не рад такой компании, ведь за Лулой обязательно подтянется еще несколько человек, но возражать не стал.

– Куда хоть едете?

– На какое-то кладбище, куда ж еще? – Про то, куда именно она едет, тоже говорила минимум трижды. Взглянув на время, добавила: – Нам пора, оплати счет, я в туалет, переоденусь обратно в форму. — Ее настолько раздражала необходимость вечно носить эти дурацкие зеленые футболки (хотя она и понимала, что этот цвет ей к лицу), что каждую подобную вылазку в город она брала с собой что-то на смену.

Солнце слепило и пекло в самую макушку, нужно было захватить солнечные очки и кепку, как Лула, а не рядиться в джинсы и кроссовки. Но кто ж знал, что именно сегодня, после стольких дней холодрыги, наконец-то потеплеет? В отличие от своей коллеги, Марго так и не научилась предугадывать эту непонятную погоду, даже прогнозы от синоптиков не сильно помогали. Отчасти они были верными, но с действительностью совпадал какой-нибудь один час из суток, в остальном же погода менялась так же, как и настроение начальницы лагеря. Келли могла то целую неделю не трогать свой персонал, то созывать срочные собрания по несколько раз на дню. Хотя жалобы от учеников поступали крайне редко, а на нарушения детей и подростков постоянно закрывали глаза, начальнице все же иногда хотелось показать свою значимость. Каждое такое собрание она находила кого отчитать и даже пару раз увольняла своих сотрудников за самые мелкие проступки. За любой косяк в первую очередь получал кто-то из персонала, детей она никогда не трогала.

Пока Марго, щурясь от слепящих лучей, изучала список из двадцати фамилий, учащиеся закончили завтракать и потихонечку начали собираться перед зданием столовой. Бежать до блока и переодеваться времени уже не осталось, так что приходилось только надеяться, что в Атлоне и монастыре со странным непроизносимым названием Клонмакнойс будет несколько прохладнее.

Да еще и похмелье давало о себе знать. Так себе сочетание с жарой. Марго прикрыла глаза, отпила из бутылки и с разочарованием поняла, что в рюкзаке вода стала мерзко теплой, а глоток оказался последним. И зачем они только вчера пошли в паб, который Лула со своим акцентом называла не иначе как «пуб»? Отвратительная идея. Кажется, у этой ирландки вместо крови тек коктейль из виски, Гинесса и умения спаивать людей. Марго не собиралась столько пить, хотела ограничиться пинтой пива, но у Лулы были другие планы. Вернулись они только под утро. Келли точно была бы не в восторге от полудюжины пьяных молодых людей, своим смехом перебудивших весь блок стаффов (Лула все же подтянула за собой еще парочку человек), но начальницы в это время никогда не было на территории школы. Потом Марго пришлось закрывать дверь в свою комнату прямо перед носом Генри, желавшего продлить минуты веселья. Конечно, он это запомнит и потом еще несколько раз припомнит, но ей хотелось поспать хотя бы часок, а не уворачиваться от пьяных приставаний своего парня. И наверняка этот засранец забил на утреннюю пробежку и преспокойно сейчас дрыхнет, потому что ему не нужно ни свет ни заря ехать на очередное кладбище. Она же проснулась разбитой, лучше бы вообще не ложилась.