Книга Просто выжить, страница 116 – Полина Ром

Но — нет. Ванны не было. Никто не озаботился нагреть воды. Горничная, достаточно неряшливо выглядевшая, по требованию Елины принесла кувшин горячей воды. Ну, как горячей — не ледяной, так скажем.

— Как тебя зовут?

— Шура, госпожа.

Надо же, как забавно — Шура с ударением на «А».

— Вы знали, что приедет барон с женой, почему не нагрели воды?

— Дак никто не приказывал, госпожа.

Елина вдохнула, выдохнула… Но она слишком устала и замерзла, завтра она начнет разбираться с проблемами. Люта помогла ей обтереться влажной тряпкой и Елина одела теплое платье, накинула шерстяную шаль и спустилась к ужину.

Мальчики были растеряны. Всё же к хорошему привыкаешь быстро, а тут нет воды горячей, сквозняки везде, прислуга вовсе не торопится помочь. Комнаты для учителей не готовы оказались. Там только начали топить. Они пожилые люди и устали. Глен хмурился.

Елина положила руку ему на плечо.

— Спокойнее, дорогой. Нужно отдохнуть, завтра начнем решать проблемы.

Ужин был терпим, но с трудом. Почти все блюда холодные. Елина начала закипать.

— Фром Бюве, почему еда холодная?

— Так баронесса, ждали мы вас раньше, вот и остыла.

— А погреть было нельзя?

— Так кухарка приготовила и уже спит.

— Кухарка такая большая барыня, что её нельзя потревожить ради удобства барона первый раз за три года?

— Баронесса, госпожа Фай работает в замке очень много лет, я не могу ей приказывать.

— Бюве — вмешался барон — завтра утром с полным отчетом ко мне. — Дорогая, не переживай. Я разберусь.

Ужин прошел в полном молчании.

Перед завтраком Елина спустилась на кухню. Пожилая женщина хлопотала у плиты.

— Как вас зовут, фру?

— Так тётушка Фай, меня зовут, милая. А вы, никак, хозяйка новая? Давно пора было Глену не мотаться, где ни попадя, а делами заняться. Очень радая я, что будет в доме хозяйка. Сейчас завтрак доделаю, милая, уже скоро.

— Тётушка Фай, а можно я тут с вами посижу? У меня холодно еще в комнате, а здесь печка так славно греет.

— Посиди, милая, посиди. Ко мне сейчас мало кто заходит. Как Бюве новую повариху завел, так все тама и кормются. Тебя как зовут то, детка?

— Елина.

— Ты, милая, не серчай на меня. Стара я уже тута топтаться, да и ушла бы, да некуда. Ну и опять же, всё присмотрю хоть как-то за домом.

Каша, между тем, подгорала, но повариха явно не замечала, пока приличная порция не плеснула в огонь. Задымило и завоняло.

Елина вскочила и сдвинула котелок с кашей с огня.

— Ох тыж, спаси Единый! Ах, я старая перечница, ничего милая уже не могу толком.

— Тётушка Фай, а почему ж вы не увольняетесь? Или вам идти некуда? Я вижу, что вам уже тяжело работать.

— Дак ведь сгорел дом-то. Пожар ведь был, дом то и сгорел, пол села тогда пострадало. Дак я все деньги то скопленные отдала сыну, а сама то тут пока. Хозяин приехал, дак расчет даст. Дом то сынок отстроит скоро, а я еще бы коровку купила и овечек. А хлыщ-то этот того гляди обманет. Скажет хозяину, что я не работала и заберет все.

— Тётушка Фай, а сколько вам должен господин Бюве?

— Дак за три с лишним года, милая. Как сказали, что барона долго не дождемся, мол под короля отдали земли-то все, дак он и не платит. Всё говорит:

— Вернется хозяин — с него и требуй, а у меня нету денег-то лишних.

За всё время разговора на кухню никто не заглянул. Ни горничные, ни работники. Ну, не может же быть, что бы даже конюха на службе не было?