Книга Примум. Книга 1, страница 80 – Татьяна Герцик

Роуэн внимательно выслушал его рассказ.

– Не думаю, чтобы все было так легко и просто, как ты говоришь, но ты мастер преуменьшать выпавшие тебе трудности. И я рад, что Алонсо поправился.

– Я тоже, – Сильвер вынул из кармана плаща написанное Беллатором письмо и передал Роуэну. – Это тебе от брата.

Тот кивнул и распечатал его со словами:

– Надо же, даже восковой печати не стоит. Обычно наместник всегда запечатывает свои письма.

– Когда посылает с чужими людьми – да. А от меня-то ему что скрывать? Я и без того все знаю.

Роуэн привычно потеребил ухо.

– В самом деле, об этом я не подумал. – Быстро пробежав глазами написанное, вздохнул: – Попробую, но не думаю, что смогу еще кого-то завербовать. Все, кто мог, давно ушли на юг.

Поняв, что повторять слова брата о новом наборе воинов не стоит, Сильвер спросил:

– Прости за нескромный вопрос, но где ты ешь?

Роуэн слегка застеснялся. Беспомощно разведя руками, извинился:

– Если ты голоден, то, увы, накормить тебя я не смогу. Я сам ем, где придется, когда придется и что придется. У меня даже вина нет тебе предложить.

Сильвер несколько приуныл, есть хотелось зверски, но бодро поинтересовался:

– Как тебе в герцогском качестве? Плохо?

– Не то слово! – вскинулся Роуэн. – Кому вообще это может понравиться?

– Многим, – Сильвер понимал друга, но все равно возразил: – Власть, богатство – да за это многие душу дьяволу продать готовы.

– Мне ничего этого не нужно. – Роуэн сделал резкий жест, будто отталкивал от себя нечто отвратительное, и признался: – Я был счастлив в монастыре подле Фелиции и чувствовал себя полезным, служа ей. А теперь я ее вижу по большим праздникам. То есть большой праздник наступает, когда я ее вижу. А это такая редкость… – и он печально повесил голову.

– Да, не везет нам в любви, – Сильвер подумал об Амирель и тоже поскучнел.

– Я так надеялся, что найдется главная наследница моего беспутного папаши, – Роуэн погрозил кулаком куда-то в пространство, – а та, – тут он назвал коварную наследницу очень нехорошим словом, – так и не появляется.

– А что ты будешь делать, если она так и не появится? – озвучил Сильвер то, что было вероятнее всего.

От такой угрозы Роуэн побледнел, будто увидел жуткое привидение.

– Не смей так говорить! – сердито предупредил он друга. – Мне такого кошмара не надо! Я не хочу быть паршивым аристократом! А уж главой этого мерзкого Дворянского совета тем паче!

– Что, достали они тебя? – посочувствовал ему Сильвер.

– О-о-о! – вместо ответа Роуэн рубанул рукой по воздуху с таким остервенением, будто отсекал кому-то если не голову, то очень нужную часть тела. – Вот скажи мне, как можно буянить, напиваться и делать гадости своим же согражданам, когда идет кровопролитная война и страна находится под угрозой полного уничтожения?

– Это ты о Фугите, что ли? – враз догадался Сильвер.

– И о нем, и о его собутыльниках – среди них тоже младшие сыновья знатных родов, редкие гаденыши, для которых указы короля ничего не значат.

– Знаешь, что бы я сделал на твоем месте? – коварно предложил Сильвер.

Роуэн понятливо кивнул.

– Прекрасно знаю. Отправил бы их всех туда, где идут бои. Я пытался. Но их невозможно заставить. Им не страшны укоры, угрозы и лишение дворянских прав. Со своим мерзким отпрыском ничего не может сделать даже сам сэр Паккат, все сыновья которого, кроме этого, младшенького, давно ушли защищать Терминус.