Книга Путь к золоту Рюрика, страница 67 – Виктория Лисовская

— А скажи-ка, Ваня, кроме Надежды Яковлевны есть еще наследники у князя? Кто там у них еще живет в доме?

— Дом там огромнющий, кроме большого штата прислуги из господ там сам князь, княгиня Надя, ее компаньонка из Франции мадам Жульбер, какая-то троюродная тетка, старая, полуглухая на оба уха Ефросиния Никифоровна, мальчик-сирота Макар, сын каких-то погибших дальних родственников, его гувернер француз Луи — вот, в принципе, и все. Кроме Наденьки признанных детей у Якова Давыдовича больше нет, она единственная наследница всего его состояния. Двоюродные тетки и дядьки получат деньги в самую последнюю очередь, — обстоятельно докладывал мальчик.

— Да, не густо. Надо будет поговорить с корнетом Герасимовым, проверить его, так сказать, и навестить модистку-швею на Лиговке, может быть, там видели загадочного незнакомца в темном плаще. А сейчас только домой и спать, я так устала — а еще нужно ужин приготовить для Аристарха Венедиктовича, — тяжело вздохнула Глаша.

— Ты ему расскажешь о сегодняшних происшествиях? — спросил мальчик.

Глафира отрицательно покачала головой:

— Нет, конечно. Зачем его расстраивать?

— Нет, в это просто поверить невозможно, что нашего Апраксина кто-то мог зарезать! — горестно вздохнула Стефания, сидя уже в их с Майей палатке.

— И за что его, интересно? — тоже спросила в пустоту Виноградова.

На душе было тоскливо и паршиво, ей казалось, что что-то важное уплывает от нее, не дается в руки, как скользкая селедка на рыбалке. Почему именно селедка — она сама не могла сказать, но главное, что скользкая.

Она задумалась, пытаясь ухватить рыбину, но сконцентрироваться ей снова не дали:

— За что, за что? А Люсю за что? Вот и Апраксина за то же самое, — подтвердила Стеша.

— Теперь ты, надеюсь, признаешь, что Мымра Эдуардовна не виновата? Как сказал Князев, она сегодня точно в СИЗО находилась, стопроцентное алиби!

— Признаю, что это не она Юрьевича пырнула, но согласись, что Мымра еще та Мымра и ей человека убить — раз плюнуть, а потом пойдет свои кофточки крахмалить! — фыркнула Белинская.

— Кстати, о птичках! Ты сама как себя чувствуешь? Как твой живот?

— Как живете? Как животик? — фальшиво пропела Стефания. — Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить, — сплюнула она. — Хотя я, пожалуй, немного отлежусь, еще сорбента выпью, а утром буду здоровее многих. Майка, ты даже не представляешь, как плохо мне было! — грустно заметила девушка.

— Представляю, так значит, ты на ужин не пойдешь?

— Не-е-е… бр… даже не предлагай, — при упоминании еды Стеша вся позеленела.

— Понятно, а я пошла, я голодная. Ты отдыхай, — помахала на прощанье ручкой Майя.

— Отдохнешь тут, когда невидимый убийца рядом ходит, — хмыкнула Стеша. — Ты там тоже кушай осторожно и не что попало. Может, тебя опять отравить попытаются?

— Спасибо за заботу, — серьезно ответила Виноградова и вышла из палатки.

Она не особо верила, что Белинскую или ее саму кто-то пытался отравить, подруга обладала излишней тревожностью и мнительностью. А ухудшение самочувствия вполне могло быть вызвано банальной грязью, вредоносными бактериями, ведь руки помыть или хотя бы вытереть их влажными салфетками перед едой Стефания не догадалась.