Архив электронных книг – страница 8673

Герой новой книги известного историка-медиевиста Жана Флори Боэмунд Антиохийский входил в число предводителей Первого крестового похода и был одним из самых прославленных крестоносцев той эпохи. Сама его бурная жизнь, полная взлетов и падений, может стать иллюстрацией эпохи крестовых походов и истории западноевропейского рыцарства. Старший сын нормандского рыцаря Роберта Гвискарда, прошедшего путь от простого рыцаря до владыки Южной Италии, Боэмунд ответил на призыв папы Урбана II отправиться отвоевывать Святую землю. Вместе с крестоносным воинством он участвовал во всех крупных баталиях Первого крестового похода: сражался с турками-сельджуками в битве при Дорилее, осаждал ключевой стратегический пункт в Северной Сирии, Антиохию. Благодаря своей отваге, дипломатическим талантам и ловкости он стал правителем первого христианского государства на Ближнем Востоке — Антиохийского княжества. Жан Флори не случайно написал биографию Боэмунда — в этом опытном военачальнике и блистательном рыцаре, как в зеркале, отражались все достоинства и пороки крестоносного воинства: истовое благочестие и жажда наживы, беспримерная отвага и свирепая жестокость. На примере Боэмунда Жан Флори показывает изнанку крестоносной эпопеи: распри и подковерную борьбу за власть и влияние в лагере крестоносцев, тайные переговоры с византийцами и мусульманами, подготовку военных операций и сражений. Биография Боэмунда Антиохийского, созданная Жаном Флори, — это не только захватывающая эпопея, но и неизвестная история Первого крестового похода.

Почему с нами произошло то, что произошло бо­лее 20 лет назад? Смутные времена приходят в Россию с определённой периодичностью и как бы неожиданно, поскольку создаётся иллюзия, что стабильность держит­ся сама собой, что это нечто незыблемое. Такое же ощу­щение было у наших предков в начале XX века - никто не ценил империю до тех пор, пока она не затряслась и не рухнула. То же самое произошло и в 80-е годы XX века. Все иронизировали над "застоем", над "уверенностью в завтрашнем дне" и не ценили того положительного, что было в советском укладе жизни. Пока и он не рухнул. Мы крепки задним умом, долго запрягаем, но быстро ездим. История продолжается. Народ зреет. Государство созревает. И рано или поздно наступит момент, когда мы догоним самих себя. Когда наша внутренняя зрелость бу­дет соответствовать нашему самосознанию и, наоборот: наше самосознание станет достаточно зрелым. Думаю, мы создавали Изборский клуб именно с этой целью, что­бы на новой основе, в новом непривычном виде, восста­новить собственную идентичность, ту же идентичность, что была пронесена Россией через века.

Наша политическая система - это имитация. Имита­ция, естественно, общепринятого «цивилизованного» либерального стандарта. Потому как иного в нынешней глобальной системе не положено. И хорошо, что имита­ция - потому, что оригинал ещё хуже. И хорошо, если мы это понимаем. Советская система, в известном смысле, тоже была имитацией и существовала более или менее стабильно, пока она это понимала. Заметьте: все демократизаторские наскоки на действующую систему построены по старой правозащитно-диссидентской модели: «Вот вы тут написа­ли у себя - извольте выполнять!» Вот пока начальство отчётливо сознавало, что это не для того написано, чтобы выполнять, всё шло нормально. До тех пор как наверх не проникли товарищи, не обладав­шие навыком к мышлению, но обладавшие, к сожалению, навыком к чтению, которые, почесав репу, поразились: «Смотрите, действительно написано!» Идея реализовать буквально то, что было придумано понарошку, наиболее наглядно проявилась в территориально-государственном устройстве и его последствиях. В страшном сне никто не думал, что эти границы станут настоящими. И сегодня буквализация нашей политической системы может иметь только один результат: она рухнет, похоронив под собой государство - на этот раз уже РФ.

Вот так живешь себе, живешь, занимаешься любимым делом, заботишься о семье. И тут вдруг появляется некто и предлагает тебе поучаствовать в реалити-шоу. Оказывается, параллельные миры очень даже существуют, и история там развивается по схожему с нашим родным сценарию. И вот именно в один из этих миров тебе и предлагают на время переселиться. Почему именно тебе? Да потому что ты, оказывается, не так уж и прост. Твое сознание способно подсаживаться практически в любое тело и управлять им как своим собственным. Ты кукловод. А вселиться тебе предстоит в тело офицера Отдельного Кавказского корпуса. Кавказца, попросту говоря. Ну да, на дворе 1841 год. Занятно? Ну что же, тогда соберись. Шоу начинается...

Позади восемнадцать лет мира, за которые Россия успела сделать рывок в развитии и занять лидирующее положение во многих областях. Постепенно, исподволь русские товары захватывают рынки сбыта, купцы проникают все дальше и дальше за океан, осваивают Дальний Восток, северное и западное побережье Америки. Звучит обнадеживающе? Да нет. Не все так гладко. Далеко не все русские купцы отваживаются покинуть Балтийское или Черное море, за пределами которых на них охотятся все кому не лень. Это удел лишь немногих. Россия все так же почитается европейскими державами как дикая Московия, которую все хотят использовать в своих целях. А тут еще и Европа уподобилась котлу с адским варевом, готовым вот-вот выплеснуться через край. И похоже, что этой свары никак не избежать. А ведь еще нужно соблюсти интересы своей державы... Н-да, все это прибавит головной боли императору Петру Второму, за которым уже начало закрепляться прозвище Бульдог, и его верному соратнику, незримому ни для кого, кроме самого императора, нашему современнику Сергею Бурову.

Поистине гордиевым узлом для Ника оказывается запутанный клубок событий, произошедших с ним на Лунгрии. Точка схождения врагов, друзей, богов, судьбы. Хватит ли мудрости у Ника аккуратно распутать этот клубок или же по примеру Македонского он решит разрубить его одним ударом меча?