Архив электронных книг – страница 6394

"Проза Миши Бару изящна и неожиданна. И, главное, невероятно свежа. Да, слово "свежесть" здесь, пожалуй, наиболее уместно. Причем свежесть не только в смысле новизны стиля. Но и в том воздействии, которое эта проза на тебя оказывает, в том лёгком интеллектуальном сквознячке, на котором ты вдруг себя обнаруживаешь и, заворожённый, хотя и чуть поёживаясь, вбираешь в себя этот пусть и немного холодноватый, но живой и многогранный мир, где перезваниваются люди со снежинками..."

Даже став звездой балета, Инга не забыла, как мать отвозила ее в детский дом. Казалось, девочка была обречена на серую безрадостную жизнь, но смыслом существования стал балет. Талантливый педагог помогла ей, и Инга создала на сцене великолепные образы Жизели, Одетты, Китри. Однако иллюзии театра эфемерны, а боль одиночества, предательство любимых, закулисная зависть вечны... Роман основан на реальных событиях.

Празднование дня рождения известного бизнесмена Гарина закончилось трагедией - его компаньон был убит... бильярдным шаром. Виновник торжества решает найти убийцу самостоятельно и побыстрее, до приезда милиции. К расследованию привлечены служба безопасности Гарина и его друг Буров - детектив-любитель. Подозрение в совершении преступления падает на каждого гостя, включая самого Гарина... Кому была выгодна смерть правой руки бизнесмена и почему орудие убийства столь необычно? Ответы на эти вопросы предстоит найти Бурову...

`И мы летели дальше... сочинять свои ночи и дни, и разбрасывать их, и дарить тем, кто случайно обретет место под нашим солнцем`. Так заканчивается повесть `Половецкие пляски` Дарьи Симоновой - и это своего рода эпиграф к первой книге молодой писательницы, уроженки Екатеринбурга. Повести и рассказы, вошедшие в сборник, читаются как единое повествование о житье-бытье компании молодых людей, у которых свои правила, свой язык, своя система ценностей и свой набор житейских мудростей, зачастую парадоксальных. Например: жизнь слишком важна сама по себе, чтобы относиться к ней серьезно, а потому потерявший всегда в выигрыше - даже если все не ладится, даже если мучают неустроенность, безбытность, непонимание близких. Так они и живут, - то ли вечный карнавал, то ли неостановимая карусель бытия. Все смешалось, и не поймешь, где грань между фарсом и подлинной драмой, победой и поражением, кто на обочине, а кто на коне... `Половецкие пляски`, да и только, а где-то впереди маячит `взрослая жизнь`, которую тоже придется `сочинять`...

Каспар Ярошевский считал, что женитьба так же неизбежна, как служба в армии или медосмотр. Почему же для одних людей связующие узы священны, а для других - тяжкое бремя обязательности? Как же поймать тот ритм, ту мелодию, единственную, свою, дающую мир, спасение, надежду? Как различить ее в клиническом абсурде чужих судеб, рваном грохоте непристойных откровений и скромных аккордах всеобщего приспособленчества?..

На страницах романа Вацлава Михальского "Прощеное воскресенье" (ранее вышли - "Весна в Карфагене", "Одинокому везде пустыня", "Для радости нужны двое", "Храм Согласия") продолжается повествование о судьбах главных героинь романа Марии и Александры, дочерей адмирала Российского Императорского флота, в которых соединились пути России и Туниса, русских, арабов, французов. В романе "Прощеное воскресенье" есть и новизна материала, и сильная интрига, и живые, яркие характеры, и описания неизвестных широкой публике исторических событий XX века.