Архив электронных книг – страница 23385

Он — полный псих, для которого в этой жизни ничего не имеет значения. Головорез, возглавивший банду таких же отморозков. Она не так давно похоронила мужа, и теперь вынуждена встать во главе конкурирующей группировки… Они — родные брат и сестра, чьи пути разошлись еще несколько лет назад, однако взаимные обиды никуда не делись… Они хотят уничтожить друг друга, и только смерть положит конец развязавшейся между ними кровной войне. «Нет, конечно, меня и раньше предавали, по-крупному… Смешивали с грязью, топтали ногами остатки воли, пытались свести с ума. Я много чего стерпела за свою жизнь, но такого — предательства родного брата — перенести не смогла. Он уничтожил меня, ту, которая любила без памяти, и создал меня — ту, которая ненавидит» — Лера. «Жизнь — дерьмо, а мы все — ее отшметки, неоспоримый факт. С ранней юности я знал, что живу не среди людей, а в обществе волков. Я приспособился к этому долбанному миру, все сильнее погружался на самое дно, становясь с каждым разом жестче и злее. И, наконец, я стал тем, кого сильные ненавидят и мечтают убить; тем, перед кем преклоняются слабые. Монстром. Но внутри меня все же жила маленькая крупинка человечности, посеянная ею — моей сестрой, моим маленьким чудом. Я любил ее больше всех на свете, больше своей растрепанной в прах жизни. Я защищал ее, как мог. Будь моя воля, я бы запер ее от всего остального мира с его суровой школой выживания, и никого бы к ней не подпускал. Но…

Я придумала его. Поддавшись на уговоры лучшей подруги, нарисовала идеального в своем представлении парня, даже не подозревая, что такой человек не только существует в реальности, но и живет со мной в одном городе. Спустя какое-то время я вышла за него замуж. Но семейная жизнь дала трещину; сказка закончилась, толком и не начавшись. Когда я поняла, что дальше так продолжаться не может, то спешно собрала свои вещи и сбежала в поисках лучшей жизни, разорвав все связующие нас с ним нити. Но теперь, спустя три года, я должна вернуться… 18+!

Он был ее преподавателем. В какой-то момент он заинтересовался ею, после чего жизнь прилежной студентки превратилась в сущий ад. Ведь образ идеального мужчины, который Марта успела нарисовать для себя за время его пар, был далек от действительности. Но глупая муха уже угодила в искусно сплетенную для нее паутину, а каждая попытка вырваться из капкана лишь сильнее опутывала ее, с каждым разом уменьшая шансы на спасение… (Черновик, без вычитки, просьба это учитывать!)

— Почему ты думаешь, что я самоуверенная? Мы так хорошо знакомы друг с другом? — пытаюсь заинтересовать его, заставить отвечать на мои вопросы, и, кажется, это мне удается. Аноним злится, но трубку не бросает: — Я тебя хорошо знаю. И это вовсе не значит, что ты знаешь меня тоже. Ты ничего не знаешь. Даже если я буду стоять рядом, ты этого не поймешь. — Так ты рядом? В этом все дело? Он громко смеется, и звучит это жутко, но я продолжаю дальше: — Давай поговорим о том, что тебя так тревожит. Почему я? Что я тебе сделала? У тебя есть фотографии, но ты не говоришь, чего хочешь в обмен на них. Ты не пытаешься мне их продать, не выдвигаешь требований, не раскрываешь своих мотивов… что я должна думать? — Думать ты должна была раньше, — вкрадчиво шипит трубка. — Все, что ты можешь делать теперь, это бояться…

≪ Поклялась, что больше никаких кавказцев и попала в другой мир! ≫ * * * И прямиком в руки кавказскому князю Гайдару Черкасскому, который смотрит на меня так, будто уже решил: «Моя». * * * Похоже, он – моё личное наказание за все грехи прошлой жизни. Но купеческая дочь за горца не пойдёт. Я так решила. Осталось только объяснить это князю, который не понимает слова «нет». И, кажется, вообще не привык, чтобы ему отказывали.

Оказаться в теле молодой болезненной барыни посреди незнакомой усадьбы – не беда. Беда, что все вокруг считают эту барыню сумасшедшей и слова не дают сказать. Сварливый муж, который сбежал от безумной жены за границу и пишет оттуда такие письма, что врагу не пожелаешь прочесть, – тоже неприятный бонус. Но ничего, я справлюсь. Мужа встречу таким ласковым словом, что он собственным ядом подавится. Прислугу приструню. И выясню историю усадьбы, которую старые вещи вдруг начали открывать по большому секрету и только мне.