Архив электронных книг – страница 21197

«Измена. Правило трёх» — роман о том, как тело предаёт нас раньше, чем язык. Как три мужчины ломают и собирают одну женщину. И как страшно и сладко возвращаться туда, где ты разрушила всё сама.

— Любимая моя, а что ты тут? — Кто там у тебя?! Говори всё, как есть — строго я стала выводить на правду своего бессовестного мужа. Он молчал. Я вошла в кабинет и там никого не было. Я залезла под стол, откинула шторы, пусто… что-то потянуло меня проверить узкий шкаф... Открываю его, а внизу сидит моя сестра — Вероника. В ярости я тащу её за волосы из шкафа. — Ты, паршивая дрянь, спишь с моим мужем?! — Ты всё не так поняла, — мычит Вероника. Я не знаю, что делать?! Прибить её и его прямо здесь? Как мой «милый» муж смог натворить столько дерьма?! Я уже забыла про эту беременную Анжелу! Но то, что моя родная сестра спит с моим мужем, я в страшном сне даже представить не могла...

— Котяш, ну долго мы ещё мастера ждать будем в этой занюханной мастерской? — Анфиса стряхнула с короткой пышной юбчонки несуществующую пыль, поправила копну своих светлых кудрей и вышла из бокса, нервно стуча своими высоченными каблуками. — Ну если вам что-то не нравится в моей мастерской, задерживать не буду, свободны! — послышался сбоку дерзкий голос, показавшийся мне почему-то знакомым. — Василия? — сколько же лет мы не виделись… да и от Василии, нежной, ласковой и стеснительной мало что осталось… — Чехов? — гаечный ключ из руки в руку перекинула и в глубокий карман сунула, словно боясь использовать не по назначению. — Твою машину я вообще смотреть не буду! — сложила руки под грудью, от чего её арбузы чуть из рубашки не вывалились. — Так что, катяша, ищи другое СТО!

— Ты не будешь рожать этого ребёнка, Марина. Каждое слово Хасима делает больно. Ещё неделю назад любимый мужчина говорил, что мечтает о малыше, а сейчас, увидев две полоски на моём тесте, выносит приговор: — Ты сделаешь аборт. Я лично тебя отвезу... — Нет, — шепчу в ужасе, — ты не заставишь меня... я оставлю этого малыша, Хасим! Он хватает меня за локоть, обжигает яростным взглядом. — Нет, не оставишь. А если попытаешься сбежать и сохранить ребёнка, Марина, у тебя будут огромные проблемы...

С трудом открываю глаза и… Вижу перед собой высокого и красивого бандита. Одет с иголочки, словно только что с важного приёма. Стильный костюм, дорогие туфли, красивая причёска. И глаза… Глаза меня буквально гипнотизируют, лишают воли. — Значит, ты попыталась украсть деньги у своего босса, Аврора, и тогда он отдал тебя мне, — говорит бандит низким хрипловатым голосом, — отдал как награду за то, что я однажды ему помог. — Нет… прошу вас… Голос не слушается, язык заплетается. — А я ещё твой босс сказал, — усмехается бандит, обнимая меня за талию, — что ты совсем невинная, никогда не была с мужчиной. — Отпустите, — всхлипываю, пытаясь отстраниться, — я больше… никогда… не буду воровать… — Не будешь, — соглашается бандит, прижимая меня к себе, впивается в мои губы жёстким поцелуем, — потому что теперь ты в моей власти, Аврора. И я буду делать с тобой всё, что захочу.

— Марина беременна от меня. У нас будет ребёнок. В ушах звенит. Марина? Секретарша моего мужа? — Разведёмся тихо, без скандала. Имущественный спор решим, как ты хочешь. А я ничего не хочу. Ноги подкашиваются, меня ведет. — Глеб, ты шутишь? — хмурюсь и поднимаю взгляд. — Нет. Вась, у меня другая женщина. Прими это. Качаю головой. — Ты врешь. Я не узнаю свой голос. Он надламывается. — Прекрати. Истерику. Да, у меня другая женщина. Это не повод для криков. Заметь, я не унижаю тебя предложением сохранить брак. Я с Мариной улетаю в другую страну. Мы больше никогда не увидимся, Вася. После десяти лет счастливой жизни мой муж признается в измене. Он даже не появляется на суде. Я тоже уезжаю из города, чтобы навсегда забыть о предателе. Проходит пять лет. В наш дом заселяется новый сосед, а у моего бизнеса появляется другой хозяин. Я не знаю, что делать, ведь у моего сына его глаза. А я не рассчитывала на возвращен