Онлайн книги жанра «Дамский детективный роман, страница 175»

Ты - владелица пекарни и кафе, преподаешь кулинарное искусство. Что для тебя важнее - раскрыть таинственное убийство или разгадать рецепт кексов, который ревнивая владелица унесла в могилу? Телефон и женская страсть к длинным беседам - неплохое подспорье умелому детективу, у которой, между прочим, хватает забот: Ханна Свенсен печет пирожные, готовит книгу кулинарных рецептов жителей провинциального городка, воспитывает кота, флиртует с мужчинами, ищет преступника, и список ее неотложных дел неуклонно растет. Но, в отличие от изобретательницы загадочных кексов в помадно-сливочной глазури, Ханна Свенсен умеет делиться. Кто сказал, что выпечка и детектив несовместимы? В романе Джоанны Флюк "Убийство в сливочной глазури" найдется место и приключениям, и рецептам.

Запах легкой добычи притягивает и крупных, и мелких хищников. Если бы вдова известного художника Андриевского Юлия знала, какие интриги плетут вокруг нее красавец Филипп, ее нынешний муж, эксцентричная падчерица Вика, невзрачная домработница Мария, она бы пришла в ужас. Но и без того ее жизнь исполнена тягостных кошмаров и воспоминаний. В конце концов она оказывается в шаге от гибели. И помочь ей может только бывший мент Шатохин, которого она и в глаза не видела...

Кто вернет украденное наследство? Кто отомстит подлому предателю? Кто обведет вокруг пальца самых ловких мошенников в городе? Четверо женщин - подруг со школьных времен - объединяются в `союз четырех` и вершат справедливый суд. Они дьявольски изобретательны и они - настоящие женщины...

Как бы вы поступили, если бы на условленном месте свидания обнаружили не своего потенциального жениха, а… сидящий на скамейке труп? Бежали бы, куда глаза глядят, - и правильно! А вот Афанасия и ее сестра Клава решили, что их долг - доставить тело бедняги поближе к его дому. Девушки загрузили бездыханного жениха в машину и поехали… Вскоре количество трупов на жизненном пути сестер стало увеличиваться. Как и людей, подозревающих их в совершении преступлений. Пытаясь оправдаться и переключить следственные органы на настоящих преступников, Клава и Афоня носились по Москве с высунутыми языками. Скажем честно, если бы не благородные мужчины, которые решили прийти на помощь страдалицам, ничего хорошего не получилось бы. Поэтому периодически девушки оказывались перед выбором: или отправляться на скамью подсудимых, или под венец. И от того, и от другого они находились буквально в нескольких шагах…

Сегодня с утра мне не повезло: на меня, подло выпрыгнув из рук, опрокинулось блюдце с вареньем. Хорошее было варенье, из крыжовника… Да что об этом говорить!

«…Что-то сразу показалось мне в нем странным. Даже не то чтобы странным — каким-то болезненным. Лицо его было бледным, будто его посыпали сахарной пудрой, а в больших карих глазах читался испуг. Он слабо улыбнулся Марине, сделал несколько шагов по подиуму, согнулся вперед, как будто его ударили ногой в живот, потом распрямился, но не до конца, а так, словно он нес на плечах тяжелый металлический рельс, и упал на колени. Мне прекрасно было видно в объектив, как гримаса ужаса и боли исказила его лицо, изо рта появилась слюна, превратившаяся в пену, и он повалился на бок, конвульсивно сгибая ноги и руки, будто сломанная марионетка. На этом его мучения, можно сказать, закончились, он каким-то образом дополз до края демонстрационной дорожки, перевернулся на спину, свесив голову вниз, и, дернувшись в судорогах, затих. Его лицо с хлопьями пены вокруг рта и страшно выпученными глазами смотрело прямо в объектив. По моей спине пробежал предательский холодок. В зале повисла гробовая тишина, музыка, лившаяся из динамиков, оборвалась. — Врача! — выкрикнул кто-то…»