Онлайн книги жанра «Самиздат, сетевая литература, страница 1560»

Пар ударил из решетки с такой силой, что мужчину отбросило на стол. Лиада Орваль подбежала к стене управления, прижала ладонь к каменной плите и почувствовала жар через подошву туфель. Красный указатель почти достиг предельной отметки. Она крикнула мастеру закрыть третий контур, но он замешкался на секунду, и этой секунды хватило. Когда стрелка давления наконец поползла вниз, в зал вошли двое в темно-синих мундирах. У них в руках был документ с ее печатью — распоряжение, которого она никогда не подписывала. Лиада посмотрела на мужа, стоявшего у окна. Тарен отвел глаза. Она привыкла читать систему кожей, а не приборами. Три года брака научили ее читать и людей, но Лиада ошиблась с мужем: приняла его осторожность за опору. Теперь она сидела в Зале Пламени без украшений и без права покинуть зал, пока комиссия решала, отправить ли ее под стражу. Тарен предложил альтернативу — долину Норрен, закрытый термальный комплекс, достаточно далеко, чтобы никто не заподозрил комфортную ссылку. Она попросила его сказать, что верит ей. Он ответил, что не знает, что произошло. Лиада кивнула и поняла, что осторожность мужа тяжелее любого обвинения. Утром она уехала с двумя сундуками, рабочим ящиком и старыми документами Гильдии. Тарен спросил, зачем инструменты. Она ответила, что Норрен — термальная долина. Он попросил не вмешиваться. Она спросила, это приказ мужа или совет члена Палаты. Он сжал губы и не ответил. Лиада увидела Норрен с перевала: мертвый комплекс, разбитые теплицы, заросшую дорогу. Но у нижнего каменного бассейна поднимался пар. Мертвый источник не должен был давить пар на морозе. Она достала перчатки и поняла, что у нее появился первый профессиональный вопрос, интереснее любого наказания. Дом оказался бывшей резиденцией управляющего с протекающей крышей, а местная женщина Селма поставила таз у кровати и сказала, что он не мешает жить. Лиада нашла в старом законе статью о заброшенной концессии: сто двадцать дней на восстановление двух контуров, и она получит право управления. Ее срок ссылки — тридцать дней. Курьер уехал с заявлением на рассвете. Кто-то задушил Пятую Чашу промышленной смесью, кто-то слил воду из Первой ночью, и Лиада не знала, связаны ли эти руки с теми, кто подделал ее печать в столице. Она знала только, что Норрен не умер сам, и что ей придется одновременно возвращать ему работу и выяснять, кому эта работа мешала.

Юнона потеряла свободу ради мечты. Она напоила незнакомого дракона, вывезла его в придорожную часовню и женила на себе, пока тот храпел в телеге. Брачная грамота дала ей проход в Красную Башню — к курсам повышения квалификации, к новой жизни, к планам, которые не терпели отлагательства. Мужа она бросила в постоялом дворе с запиской, где пояснила: брак фиктивный, развод неизбежен, не ищи её. Но дракон, оказывается, нашёл. И теперь стоит во дворе академии, ухмыляясь, глядя вверх, туда, где она прячется за плющом. Юнона — ведьма третьего круга из Хортена, целеустремлённая, изобретательная и совершенно не приспособленная к тому, чтобы чувствовать. Она умеет варить эликсиры, способные свалить с ног дракона, и накладывать чары отвода, от которых слепнут десятки свидетелей. Но она не умеет объяснить, почему метка на предплечье пульсирует, когда он рядом. Почему хочется сжечь ведьм, которые смотрят на него. Почему сердце бьётся вскачь, когда он называет её "Ю" — сдержанно, насмешливо, словно пробуя на вкус. Она привыкла контролировать всё: зелья, чары, обстоятельства. Себя — нет. Максимилиан тоже не готов к тому, что просыпается в нём. Дракон выбрал ведьму, которая его похитила, и теперь между ними натянулась связь, которую нельзя разорвать по желанию одного. Он ловит её запах в толпе, чувствует биение её сердца за много миль, находит след, который она считала безупречно заметённым. Юнона всё ещё верит, что через две недели подаст на развод и исчезнет в новой жизни. Максимилиан знает: драконы своё не отпускают. Оба пока не понимают, что настоящая ловушка — не брачная метка, не чары и не купель в башне. А то, что происходит между ними, пока они спорят, кто кого поймал.

Я должна во что бы то ни стало вытащить своего брата из академии, откуда выпускаются драконьи всадники, маги, воины и целители Империи. Чтобы попасть в неё я даже завладела драконом, пусть мне и пришлось связать себя с опасным незнакомцем. И теперь всё, что мне теперь осталось перед побегом, так это пройти испытательный срок обучения азам всадников. Однако не всё так просто. Я заключила соглашение на месяц с самым безжалостным главой элитных драконьих всадников — верховным баргатом. Он казнит мятежников и ненавидит полукровок. Коей я, к сожалению, являюсь.

Волнения, накаляющаяся обстановка, ухудшение климата – человечество долго играло не по правилам этой планеты. Новый вирус "почистил" население, сплотив враждующие страны и побудив разработать новую вакцину, меняющую генетический код человека. Однако что будет через пятьдесят лет? Будет ли по-прежнему сверхчеловек главным на сожжённой до пустыни солнцем Земле? Нам дан последний шанс спасти свой дом. Как стоит поступить, если есть возможность изменить события в прошлом?

Дарья стояла под окном и слышала, как её Лёшка объяснял другу, зачем ему жениться на женщине, которая два года кормила его, ждала между рейсами и мечтала о ребёнке. Оказалось — ни зачем. В мае из обучения возвращается Оксана, а Дашка так, для здоровья, чтобы добру сочному не пропадать. Мужчины заржали, а она стояла с блюдом в руках и поняла: общежитие для Алексея закрыто. Только вот просто выгнать его — не про неё. Повар шестого разряда, работающий ножом лучше веника, в ту же ночь нашпиговала еду в дорогу маминым слабительным, вытащила из машины туалетную бумагу и сделала фото на память — для Оксаны. Дарья умеет ждать. Она ждала между рейсами, ждала, пока он накопит на дом, ждала, когда он наконец сведёт с родителями. Ждала ребёнка — бегала по врачам, пила таблетки, верила, что вот сейчас, после свадьбы. А он всё это время вёл двойную переписку и считал дни до возвращения тощей любовницы. Теперь она ждёт другого — обследования в клинике репродукции, куда сестра записала её на следующую неделю. Без мужчины, с донорской клеткой, с последним шансом успеть до сорока. И в этом ожидании — не горечь, а какая-то тихая ярость, которая не даёт сломаться. Алексей, однако, не сдался. Пережил три дня в овраге, уволился с работы, продал квартиру и приполз к её воротам в три часа ночи с букетом и кольцом — на коленях, с закрытыми от стыда и усталости глазами. Дарья открыла ворота и встретила его ударом — тем, чему научилась за эти дни у сестры-боксёра. Потому что он всё ещё думает, что она — его удобная подруга, его временная замена. А она уже другая. И в её кулаке — не истерика ради сцены, а граница, которую он переступил, не заметив, где она проходит.

Когда Вера узнала, что беременна от мужчины, который её предал, она хотела просто исчезнуть. Но его новая невеста и её влиятельный отец решают сделать Веру врагом номер один. За кулисами красивой свадьбы разворачивается настоящая война: давление, ложь, публичный позор и попытка лишить женщину права быть матерью. Вера не ищет мести. Она ищет правду. Но если для правды придётся разрушить чужую империю — она сделает это. Ради себя. И ради маленького сердца под своим.