Онлайн книги жанра «Самиздат, сетевая литература, страница 1429»

Последний бастион человечества — город Стоунгард оказался под угрозой, когда по его улицам заскользили смертоносные призраки, в темных подворотнях вершатся кровавые ритуалы, а еретики склоняют простой народ принять Тьму. Лишь инквизитор Максимилиан Таронский может распутать этот клубок, начав охоту за беглым преступником Кортесом Альваресом.

Мрачное и бескомпромиссное темное фэнтези от автора бестселлера ЛитРес «Империя Млечного пути»! Последние дни наступают в Ардэанской Империи – некогда могущественное государство гибнет под нашествием загадочной силы, превращающей землю в бесплодные пустоши, где обитают ужасающие чудовища, где из бездонных пещер дуют моровые ветра, а в вечном зените слабо мерцает бледное Солнце Мертвых. Немногочисленные города выживших накрывает эпидемия одержимости демонами, вновь поднимают головы темные культы старых богов, а вслед за беженцами с севера в дома вползает голод. Эта история о двух мальчиках, которым предстоит пройти тяжелый и кровавый путь взросления, став теми, кто принимает решения о судьбах мира, отчаянно балансирующего на краю гибели. История мальчиков, слишком рано понявших, что наступила Эпоха Масок, эпоха, когда правят демоны и сталь.

Мрачное и бескомпромиссное темное фэнтези от автора бестселлера ЛитРес «Империя Млечного пути»! Его работа – спасать души. Его проблема – город, который теряет их с каждым днём. Максимилиан Авигнис, сын убитого инквизитора, а ныне – ученик экзорциста, ведёт свою войну в приграничном Ноиранте. Каждый день – новый одержимый, новый кошмар, новая попытка отодвинуть Тьму. Но ужас наступает по всем фронтам. Из Пустошей на севере приползают чудовища, не поддающиеся старым ритуалам. Люди в отчаянии либо прячутся по подворотням, либо сами берут в руки ножи. А с юга, вместе с ветром, приходит слух о чуме. Сможет ли Максимилиан спасти тех, кому клялся помогать? Или обречённый город утянет его на дно вместе с собой? Сможет ли победить собственных демонов, грозящих ему гибелью? Или прошлое навсегда поставило крест на его будущем? Новая, ещё более беспощадная глава в мире «Эпох Масок» – книга вторая – «Фурадор»!

— Отпустите! — вырвалось внутренним протестом против всего, что вокруг творилось. — Мне больно! — Больно? — незнакомец скупо рассмеялся, и его смех показался страшнее любого крика. С его зрачками произошло что-то жуткое: они вытянулись, сделавшись вертикальными. — Тебе станет по-настоящему больно, когда я выставлю счет за разбитую вазу. Ты будешь отрабатывать долг до конца своих жалких дней, и даже тогда не сумеешь расплатиться! Он рывком прижал меня к себе, так что мое лицо оказалось в пугающей близости. Хотя, куда еще ближе-то? Хищная красота мужчины дышала яростью и скрытым обещанием чего-то опасного и запретного.

— Чего ты хочешь? — прорычал Рейнар. — Власти? Трона? Забирай королевство. Забирай проклятый остров. Да хоть весь этот мир! Только отпусти ее. Я замерла, не в силах поверить в то, что Рейнар был готов бросить все ради меня. Сердце болезненно сжалось. Эдриан рассмеялся. Громко, искренне, запрокинув голову к разрушенному потолку. — Королевство? Остров? — Эдриан по-мальчишески рассмеялся, запрокинув голову. —Мне не нужны подачки. У меня уже есть целая империя и скоро у моих ног будет весь этот мир. Он резко перестал смеяться. Лицо превратилось в каменную маску, а глаза — в черные дыры, затянутые тьмой. — Власть я заберу сам, — прошипел он. — Я хочу, чтобы ты страдал, Рейнар. Веками! Хочу, чтобы чувствовал то же, что чувствовал я, когда Лориана ушла к тебе. Хочу, чтобы ты жил с осознанием того, что она была в твоих руках, но ты не смог ее удержать.

Попала в магическую академию боевых магов, где нет ни одной девушки? Да еще и тело другое? Да вы издеваетесь! В смысле я манекен? Эй, не надо на мне практиковать удары файерболов, я, может, и неопалимая, но все-таки ранимая натура! И телохранителем мажористого сыночка ректора не буду, даже если он первый красавец академии. А где девчонки? Ау! Драконы утащили, говорите? Это не мои проблемы! Верните меня немедленно обратно! Не поеду с отрядом спасать зазнобу мажора из драконьего мира! Я так — в стороночке понаблюдаю. Главное — не влюбиться… Оу, какие мускулы…

Поднимаю помаду, а потом осторожно, словно жалящее насекомое, подцепляю тот маленький холодный предмет. Подношу к глазам. В ладони лежит изящная золотая серьга-петелька. В верхней части, точно капля утренней росы, сверкает бриллиант. Он ловит солнечный луч и отбрасывает на мою кожу маленькую, ядовитого цвета радугу. Сердце падает вниз. Это не моя серьга. Я ношу массивные, висячие, авторские. Таких простых и чопорных вещей у меня нет. Медленно, против воли, взгляд поднимается выше. На подголовник моего сиденья. И вижу его. Длинный, идеально прямой, чёрный как смоль волос, прилипший к тёмной коже подголовника, поэтому почти невидимый. Но для меня сейчас он ярче неоновой вывески. Это не мой! У меня светлые, не слишком длинные волосы.12 лет "идеального" брака ставит под сомнение одна находка. Я схожу с ума пытаясь найти любовницу "идеального" мужа, а когда нахожу...

— Сколько это длится?— Полгода. Ну, может, чуть больше. Я чувствую, как подкашиваются ноги. Прислоняюсь спиной к дверному косяку. Полгода. Полгода он приходил домой, целовал меня в щёку, ложился в нашу кровать и делал вид, что всё в порядке.— Ты любишь её?— спрашиваю с дрожью в голосе.— Маша— Он недовольно хмурится. Повторяю:— Ты любишь её?— Я люблю тебя. У нас семья, дочь, квартира, общий быт. Девятнадцать лет — это просто молодость. Красивое тело. Пройдёт и будем жить дальше.

— Лариса, нужно поговорить. Начистоту. Обсудить ситуацию. Как партнёрам. Партнёрам. Меня бросает в жар.— Я проанализировал нашу ситуацию, — голос ровный, монотонный, как на отчёте перед акционерами. — Наш брак это был амбициозный проект. Но проект, увы, убыточный. Где-то внутри звонко щелкает. Будто ломается тонкая ледяная игла.— Ты перестала быть активом, — продолжает муж, глядя не на меня, а куда-то в пространство за моим плечом. — Годы процедур, депрессий, этой твоей апатии. Они съели твой лоск. Мне нужна компания, которая всегда на пике. И жена — часть бренда. Ты же понимаешь.— Понимаю, — выдыхаю почти беззвучно, просто шевелятся губы.— Я встретил женщину, — сообщает он, и в его глазах промелькивает что-то, отчего мне становится физически плохо. Не страсть. Нет. Удовлетворение. Как от удачной сделки. — Она молода. Элегантна. У неё здоровая, ясная энергия. Она готова дать мне наследника. И не будет вечным пациентом клиник.

Юля любит себя. Очень. Вот она в спортзале, вот с подружками в баре, вот на каком-то корпоративе… А вот и новое фото. Утреннее… Сердце замирает, а потом срывается в бешеное пике. Подпись: «Прекрасное начало дня!» Она сидит на кухне, очень похожей на ту, что я видела у неё на фото с корпоратива. В руках у неё чашка. Улыбка… довольной, сонной кошки. На ней – мужская рубашка. На голое тело. Застёгнута на одну-единственную пуговицу под грудью. Я узнаю её из тысячи. Из десяти тысяч. Серая, с мелкой, едва заметной клеткой. С тонкой голубой нитью, вплетённой в ткань. Рубашка, которую я купила мужу три года назад в Милане.

Я хотела просто попарится в бане, перед Новым Годом, смыть всю злость на своих родственничков и просто побыть в тишине, а вышло… Эх, что вышло.***— Ты кто?— А ты кто?— Вопрос тупой, но я здесь живу, — руки ставлю в бока а сама осматриваюсь вокруг, что-то бы тяжёлое.— В бане? — уточняет немного потрёпанный мужик. Молоденький гадёныш, но хорош.— В моей бане сейчас ты, а я живу в доме.— Я на дом не претендую, — нахал усмехается, а у меня мурашки бегут от его улыбки.— Ты ни на что не претендуешь, — отвечаю я. — И сейчас собираешь свои вещички и валишь отсюда, подобру, поздорову.— Ты не переживай, Снегурочка, я свалю. Только немного погощу у тебя. Да и плохому я тебя не научу.