— Тогда дрова рубить. После прошлой высадки я решил подготовиться на все сто.
— Оно и видно, — де Карма указал на рюкзак с едой. — Гранат больше, чем консервов.
Розали окинула взглядом побережье и не нашла ни одного ориентира. За спиной разлился мелкий грязный океан, а впереди простиралась такого же вида степь. Травянистые холмы образовали сплошное салатово-зеленое покрывало, растянувшееся до самого горизонта, и никаких деревьев, камней или хотя бы кустиков видно не было. Словно кто-то специально превратил это место в угрюмую пустошь, чтобы отпугивать пришельцев.
Бриз всколыхнул травы, и степь пошла волнами, окончательно слившись с океаном. У кромки горизонта Розали заметила густые лиловые тучи, из которых слабо заметной синей пеленой шел дождь.
За двадцать пять лет жизни у подножия гор девушка никогда не видела такого однообразного пространства и ощутила противоречивые желания: убежать от пугающей картины или снять шлем и вдохнуть здешний воздух. Почувствовать аромат степей, травянистого поля, такого необычного даже на фоне пейзажей Витватерсанда. Пожалуй, ради этого и стоило покидать родной мир.
Отряд выстроился в линию и пошел по следам де Кармы. Кидонианец вел товарищей на редкость шустро, будто не знал о многочисленных опасностях этой планеты.
Розали досталось место позади всех, и она решила воспользоваться приватностью, чтобы тайком вдохнуть здешние ароматы. Девушка спросила у шлема, опасна ли атмосфера, и машина моментально ответила, что нет. Это показалось логичным и достойным доверия: ведь люди на Сцеллуре как-то живут. Не ходят же они за пределами дома в доспехах?
Девушка незаметно потянула фиксатор на шее, который служил своего рода открывашкой комбинезона. Ткань поддалась, и между шлемом и броней образовалась щель, которая позволила снять головной убор.
Аромат оказался очень необычным. Побережье в Поместье пахло солью и морозом, местами елью. Витватерсанд вонял серой и пылью, а на Сцеллуре в нос ударил целый коктейль из пряных трав, сена и неведомых эфирных масел. Розали вспомнила, как наведывалась в подвалы замка для ухода за животными. Там монахи раскладывали скошенные в теплых широтах стебли, чтобы устилать твердые полы. Они создавали аромат лета, которое девушка и не надеялась увидеть. Тот аромат был очень похож на запахи Сцеллуры.
Теплый, ностальгический коктейль задал тон всей степи, но на фоне него чувствительный нос Розы уловил совершенно неведомые оттенки: сладковатые, кислые, горькие до разъедания носа… Местное поле — один большой заповедник диковинных пряностей.
Розали так увлеклась, что не заметила, как остальные члены команды тоже сняла шлемы.
— Не наступи в эту лужу, — де Карма схватил ее за руку и вырвал из ностальгии. Он указал на странную выемку в земле. На дне блестела вода, но на поверхности лужицы виднелось нечто маслянистое и крайне недоброжелательное. Вещество слабо испарялось, словно горел невидимый костер.
— Что это?
— Точно не знаю, но думаю…
— Ха-ха, да ладно вам! — Гэри с широкой улыбкой встал в лужу и как следует повозил в ней ботинками. Криков ужаса он не издал, хотя весь отряд на это надеялся. — Видите, все отлично.
Мужчина с демонстративным спокойствием побрел в прежнем направлении. С ним все оказалось в порядке, за исключением дымящихся ботинок.
— Главное, в воду теперь не вступи, — предупредил де Карма.
Гэри осмотрел ноги и усмехнулся. Доспехи защитят от любой агрессивной среды, так чего бояться кислотных лужиц?
Вскоре он снова наткнулся на яму с водой и вступил в нее со всего размаха. Бедняга погрузился одной ногой по колено и раскорячился, как паук. Он закряхтел и начал медленно выбираться: перевернулся на спину, а руками обхватил ногу и потащил наружу, будто доставал ее из зыбкого болота.
— Вот тебе хороший урок, Розали: никогда не нанимай на работу недоумков.
— Мудрый ты мужик, Ивар, — согласилась Эсора.
— Как видишь, все познал на своем опыте.
— Знаю, у тебя это часто спрашивают, но напомни еще раз: зачем ты держишь его? Смекалки никакой, тактические навыки сгодятся разве что для ловли домашних кур… и то, я уверена, куры его перехитрят.
— Зато лбом дверь прошибет. Главное, направить на нужную.
— Ага, — Гэри, наконец, выбрался и постучал себя по лбу. — Специалист широкого профиля.
Ева поджала губы.
— Ну да, я вижу.
— Ничего ведь не случилось? — усмехнулся Гэри, но быстро переменился в лице, когда ботинки начали источать пар с новой силой. Он закашлялся и в ужасе запрыгал, чем вызвал жалость.
— Химию в школе не учил, да? — спросил де Карма, когда представление закончилось.
Землянин махнул рукой.
— Лет сорок прошло, я уже не помню, что учил, а что прогуливал.
— А ОБЖ? — поинтересовалась Эсора. — Именно от таких действий на незнакомых планетах тебя должны были уберечь.
— Да ну вас! Если придется несколько дней шагать, то хоть развлечемся.
— Развлекаться будешь, захватывая хаб. До тех пор постарайся не умереть в муках, — де Карма вывел над рукой фантомную карту и сверился с однообразным пейзажем. — Надеюсь, все усвоили урок, и больше никто ни во что не вступит.
За много часов ходьбы на пути не встретилось ни одного деревца. Целостность травяного покрывала не нарушали ни валуны, ни овраги, ни людские строения. Только редкие холмы да странные дыры в земле, заполненные то водой, то едкими соединениями.
Ивар рассказал, что причина однообразности — вмешательство человека. Люди уничтожили местные кустарники и деревья, и полностью извели любые неровности ландшафта, чтобы использовать планету под агрокультуру. В итоге фермеры заработали миллиарды, но природа Сцеллуры была загублена навечно.
— Колонизация с этого и начинается, — пояснил де Карма. — Биосферу хорошенько проверяют и сразу убивают все, что кажется опасным или ненужным. Микробы, вирусы, хищники, злобные травоядные и так далее.
— А как же пищевая цепь? — удивилась Розали.
— Кого волнует выживание видов, если на кону триллионы? Бизнес для людей всегда важнее экологии — посмотри, во что они превратили Землю. А ведь это случилось еще до того, как им хватило ума переселиться на Марс. То есть, зная, что убивают сами себя, они упорно продолжали наращивать производство, боясь потерять драгоценные нули на счетах.
— Это нельзя назвать умным решением, — усмехнулась девушка.
— Тебе известно хоть что-то о нашем виде, что можно однозначно назвать умным? — удивился де Карма. — Если как следует задуматься, вся наша жизнь состоит из глупостей разной степени тяжести.
— Жалко живность, — без тени сочувствия заявил Адам и откусил яблоко. — Красивая планета, наверное, была. Хоть я и не спец.
— Красивая и смертельная, — Ивар сорвал с земли цветок и выдавил содержимое бутона на перчатку. Бронированные сегменты задымились, с их поверхности моментально испарилась краска.