Сначала звук этот был крошечным пузырьком. Он нарастал и нарастал, и вот тишину разорвал громоподобный рык, будто бульдозер проехал. Рык сотряс шатёр от опоры до самой верхушки. Сердце у Берти замерло от изумления, глаза стали круглыми, как монеты, – он прекрасно знал этот звук: изумительную песню, выгравированную на дверях его сердца. Рот у него открылся, и он воскликнул:
– НЕТ! Не может быть! Винни Пеппер, это что, волшебство?
Винни, шпрехшталмейстер собственного призрачного цирка, шагнула вперёд и отвесила плавный низкий поклон.
– Альберто Томбеллини, на арене единственный и неповторимый МОГУЧИЙ РАДЖА!
Руджу вылетел из мрака, точно сияющая комета, проносящаяся по небосклону. Сполох рыжего меха перелетел через манеж в два гигантских прыжка и замер в полной тишине; нос его оказался в нескольких сантиметрах от носа Берти.
– Кисонька моя любимая! – ахнул Берти. Глаза его сияли, он широко раскинул руки.
Сколько же Руджу дожидался этих слов! Он громко заревел от радости и со всех своих тигриных сил облапил Берти. А потом перекатился на спину, чтобы Берти мог почесать ему пузо. Старым друзьям наконец-то показалось, что они очутились на Небесах.
Берти не видел Орландо и Мартина, которые кружились рядом в победной пляске, не видел Габриэля и Валентина, которые обнялись от счастья. Винни почесала Живчику макушку.
– Умница! – сказала она, и хвост Живчика взметнулся вверх, точно флаг на сильном ветру. Ему очень нравилось, когда у них всё получалось, как задумано.
Глава 24. Домой, приятель
В тот же вечер, но позже, Любимцы стояли в росистой траве, глядя вверх, на звёздное небо. Они знали: пришло время прощаться с новыми друзьями. Как же тихо будет в Старкроссе без тигра, с которым можно поиграть!
Живчик грустно вздохнул.
– Собаки не любят прощаний, – проскулил он, повесив хвост.
Руджу улыбнулся:
– Я буду по всем по вам очень, очень скучать. И никогда не забуду вашей доброты. Ведь вы осуществили самое заветное моё желание.
– И мы по тебе будем скучать, – откликнулась Винни. – Вообще я считаю, что в каждом саду должен быть свой цирк.
Габриэль и Валентин утирали слёзы. Мартин с Орландо обхватили Руджу за лапы и истерически рыдали.
Берти крепко пожал всем руки.
– До свидания, лорд и леди Пеппер, я получил несказанное удовольствие и никогда не забуду тех дней, которые провёл в вашем замечательном поместье. Вы и представить себе не можете, как много оно для меня теперь значит. – Он кивнул в сторону Винни. – Вы были правы касательно своей дочери, она действительно «особенно очаровательна». Пусть в Старкроссе сбываются все мечты, это по-настоящему волшебное место.
Он повернулся к Винни, протянул ей руку, затянутую в серую перчатку.
– Тебе и твоему особенному другу, – прошептал он. – Памятка о том времени, которое мы провели вместе.
После этого Берти заговорщицки подмигнул, поклонился и ушёл в шатёр. По пятам за ним шёл Руджу, он обернулся и в последний раз помахал лапой.
– Спасибо вам за всё, милые мои друзья-Любимцы. До новых встреч! До свидания! До свидания!
– До свидания! До свидания!
Они изо всех сил замахали лапами и крыльями – все, кроме Винни, которая с улыбкой смотрела на свою ладонь: в ней лежали карманные часы. На задней крышке было выгравировано: «Дружба бессмертна».
Когда на следующее утро Пепперы проснулись, цирка уже не было – он исчез так же загадочно, как и появился, не оставив после себя ничего, кроме блёсток и попкорна в росистой траве. Живчик принюхался и ощутил в воздухе отчётливый, ясный запах радости.
Вскоре всё вернулось в привычную колею. Мистер Чатерги забрал «Око Мумбая» и ещё раз выразил лорду Пепперу восхищение по поводу его гениальной системы безопасности. Посетители продолжали приходить целыми толпами, а члены ОПС с утра до ночи работали духами и призраками. Иногда казалось, что цирк им просто приснился.
Однажды во вторник, когда летние каникулы уже закончились, а с деревьев начали облетать листья, Винни стояла внизу у лестницы и дожидалась Живчика – он должен был, как всегда, проводить её до остановки школьного автобуса. Тут из щели для писем донеслось «бряк!», и на коврик у двери упала открытка.
Засунув в рот треугольный тост, Винни подобрала открытку и внимательно осмотрела. Она была адресована ей и всем членам ОПС (что было делом необычным – они ещё никогда не получали писем). Винни перевернула открытку, посмотрела на картинку. Эту фотографию она уже видела.
– Чевотам? – выпалил Живчик, выскакивая в вестибюль и подпрыгивая. Он обнюхал открытку. От неё пахло имбирными пряниками, опилками и счастьем. – От Руджу и Берти!
Любимцы всей кучей запрыгали с лестницы, от волнения налетая друг на друга.
– Правда? А что там написано? – поинтересовался Габриэль.
– Давай, Винни Пеппер, колись! – поддержал его Орландо.
Винни прочитала:
– «Вести не лежат на месте»? – переспросил Живчик, склонив голову набок. – Что он этим хочет сказать?
– Ах ты, Живокост Пеппер, глупышка! – усмехнулась Винни, закатывая глаза. – Я бы на этот счёт не тревожилась. – Она пощекотала его за ухом. – В смысле, ну правда, даже и во всём мире много ли настоящих Любимцев?..
Автор
Клэр Баркер – писательница, хотя почерк у неё совершенно ужасный. В свободное от писательства время она скандалит с овцами, пробирается через крапиву и разыскивает сбежавших цыплят. Раньше она жила на яхтах, а теперь вместе со своим прекрасным семейством и самыми разными животными обосновалась на маленькой и невоспитанной ферме в самом дальнем уголке графства Девоншир.
Художник
Росс Коллинс проиллюстрировал сто с лишним книг, а ещё дюжину написал. Некоторые его книжки получили красивые призы, которые он держит в ящике в Свазиленде. Спектакль по его книге «Слонофантом» прошёл в Национальном театре с большим успехом – там были куклы, музыка, чего только не было! Росс живёт в Глазго, в одном доме со странной женщиной и безмозглым псом.