В ожидании Апокалипсиса. Франкское общество в эпоху Каролингов, VIII–X века - читать онлайн книгу. Автор: Александр Иванович Сидоров cтр.№ 8

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - В ожидании Апокалипсиса. Франкское общество в эпоху Каролингов, VIII–X века | Автор книги - Александр Иванович Сидоров

Cтраница 8
читать онлайн книги бесплатно

Записи анналистского толка могли появляться по соседству с другими текстами. Иногда с такими, которые, кажется, вовсе для этого не годились. Например, на полях пасхальных таблиц. Вопреки распространенному в науке мнению, пасхальные анналы — явление довольно позднее. На континенте первая подобная рукопись, известная сегодня, происходит из Флавиньи и датирована 816 г. Но уже в IX и X вв. их количество стремительно растет. Пасхальные таблицы, предназначенные для вычисления даты Пасхи, оперировали исключительно циклическим временем, пусть и литургическим. Анналистские записи, напротив, разрывали этот замкнутый круг и утверждали доминанту линейного времени, направляя его к концу.

Эсхатологические настроения, пронизывавшие каролингское общество, проявлялись в самых разных формах. С конца VIII в. стремительно растет популярность сочинений под общим названием «О шести возрастах мира». Они могли занимать несколько страниц или умещаться в шесть предложений, суть не менялась — они в любом случае напоминали читателю о том, что шестой и последний «век» человечества уже давно наступил.

В компилятивном кодексе из библиотеки Санкт-Галлена сохранилась пасхальная таблица начала IX в., в которой расчет будущей даты Пасхи обрывается на 999 г. Характерно, что на той же странице еще достаточно свободного места, а полный пасхальный цикл продолжительностью в 532 года должен был завершиться только в 1064 г. Однако составитель, видимо, думал иначе.

В 847 г. в окрестностях Майнца проповедовала некая женщина по имени Тиота. Она пророчествовала о скором Конце света, чем привлекла к себе огромное количество людей обоего пола, причем не только крестьян, но и священников. Пришлось спешно созывать синод и выносить ей публичное осуждение. Вдобавок епископы обратились к пастве со специальными разъяснениями об ошибочности апокалиптического пророчества, дабы успокоить народ.

Год спустя в тех же местах выступил с проповедью о божественном предопределении монах Годескальк, утверждавший, что Господь изначально определил всех людей к спасению или к наказанию, а потому человек лишен свободы выбора в своих поступках, равно праведных и грешных. Талантливый и, не в пример Тиоте, блестяще образованный, он, кажется, попал в невидимую болевую точку, сказал о том, что вызывало крайнее беспокойство, и потому мгновенно обзавелся множеством влиятельных последователей. С Годескальком расправились так же быстро, но не в пример суровей. На Майнцском синоде его осудили, лишили сана, подвергли бичеванию и заставили публично сжечь все свои сочинения. Остаток жизни мятежный поэт и богослов провел в бургундском монастыре Отвилле. От взглядов своих он не отрекся, но общественной опасности уже не представлял. Тем не менее проблема предопределения в контексте грядущего Суда продолжала будоражить умы. В 853 г. в Кьерси на собрании духовенства было принято специальное постановление, скрепленное подписью короля Карла Лысого. В нем провозглашалось, что все предопределены Богом к справедливому воздаянию, но не к наказанию, что Христос искупил грехи всего человечества и потому все люди рождаются спасенными, хотя и не все впоследствии будут спасены.

Позднекаролингские хроники пестрят рассказами об ужасных знамениях. Христиане постоянно страдают от голода, неурожаев, наводнений, землетрясений, засухи и эпидемий. В Нижней Галлии и Аквитании сотни волков нападали на людей. В Трире молния попала в кафедральный собор и повредила его колокольню, а в окутанной мраком церкви из расщелины в земле выскочила огромная собака и бегала вокруг алтаря. В Майнце молния поразила церковь Св. Кириака. В другой раз небесный огонь испепелил нескольких священников, но уничтожил только тела, а одежды оставил нетронутыми.

Все это предвещало лишь одно — мир близится к своему закату. И даже бесконечные нападения венгров и норманнов франки трактовали в эсхатологической перспективе, полагая их бичом Господа и наказанием за собственные грехи. Именно об этом, по сообщению «Сен-Бертинских анналов», поведал стареющему Людовику Благочестивому некий визионер: если христиане не исправятся, их ждет погибель — на три дня и три ночи на землю падет туман, и придут язычники на кораблях, и будут грабить и убивать всех без разбору.

Пока не поздно, следует каяться, и церковь настойчиво требует этого от представителей всех слоев общества — от королей до зависимых крестьян. Недаром от каролингской эпохи до наших дней сохранилось немало так называемых «Покаянных книг» (пенитенциалиев), своеобразных кратких пособий для исповедников, где перечислялись самые распространенные грехи и соответствующие им наказания. В современной науке утвердилось представление о том, что индивидуальное покаяние на средневековом Западе — явление довольно позднее: оно фиксируется не ранее XII в., а до того преимущественно практиковалось покаяние коллективное. Вопросы каролингских пенитенциалиев, однако, предельно конкретны, они персонализированы и явно не предполагают массовой исповеди.

Наконец, совершенно неслучайно, что в основу по сути всех крупных каролингских хроник, таких как «Анналы королевства франков», «Первые Мецские анналы», «Сен-Бертинские анналы», «Фульдские анналы», «Ксантенские анналы», «Ведастинские анналы» или «Хроникой» Регинона, была положена именно анналистская модель. Не означал ли сам выбор подобной формы, что авторы этих сочинений стремились поведать читателям о последних временах последнего земного царства? В обществе, по крайней мере в его образованной части, на сей счет царило полное согласие. Остается лишь добавить, что во второй половине IX столетия датировка «от Воплощения Господа» постепенно вытесняет все прочие. Она становится общепринятой и в историописании, и в нотариальной практике королевских канцелярий. Время, в котором жили франки, наконец выпрямилось.


Глава 3.
Городское и сельское население

На пике своего могущества Каролингская империя занимала территорию в 1 миллион 112 тысяч квадратных километров, благо границы ее в исторических свидетельствах зафиксированы более или менее точно. Зато в отношении численности ее населения определенности куда меньше. По разным подсчетам, эта цифра колеблется от 8 до 15 миллионов человек, но все же остается гипотетической. Например, на территории современной Франции, в отношении которой, благодаря наличию некоторых административных документов (монастырских полиптиков, поместных описей и пр.), можно провести хоть какие-то приблизительные подсчеты, проживало от 3 до 5 миллионов человек. Но сколько людей обитало на обширных пространствах между Рейном и Эльбой, сколько их было в северной Италии и северо-восточной Испании, мы, вероятно, никогда не узнаем.

Европа в каролингскую эпоху была щедро покрыта густыми лесами, главным образом лиственными. Это произошло в результате относительного потепления, которое продолжалось примерно с V по конец XIII в. Лесные массивы были трудно проходимы и вдобавок небезопасны из-за грабителей и диких животных. Это обстоятельство играло ключевую роль в формировании социального ландшафта. Письменные тексты и данные археологии свидетельствуют о том, что империя была заселена крайне неравномерно. Люди селились компактно и столетиями жили в одних и тех же местах, т. е. концентрировались преимущественно на давно освоенных и включенных в хозяйственный оборот территориях. Так было удобнее, практичнее, выгоднее и безопаснее. Лес или, скорее, опушка, разумеется, тоже использовались. Там пасли скот, собирали грибы, ягоды, травы, орехи и мед, охотились, брали строительный материал, запасали хворост. Но раскорчевка земли под пашню требовала серьезных материальных и людских ресурсов, которых у франков попросту не было, и до великих расчисток XI–XII вв. проводилась лишь в ограниченных масштабах.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию