Ничья земля. Книга 2 - читать онлайн книгу. Автор: Ян Валетов cтр.№ 185

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Ничья земля. Книга 2 | Автор книги - Ян Валетов

Cтраница 185
читать онлайн книги бесплатно

– Да. Он мне тоже ничего не рассказывал, но… Я знал. Правда – не все.

– И не сомневаюсь. Все о нем не знал, пожалуй, никто.

– А зачем? – спросил Блинов. – Тебе это было зачем, Вика? Знать о человеке все нельзя, и ни к чему…

Она покачала головой.

– Не знаю. Это ведь ты впутал его в ту историю с Базилевичем?

– Я. Но для меня это был бизнес. И я только лишь хотел, чтобы рядом со мной был человек, которому я могу доверять. Я не знал, что меня используют, как подставное лицо. Честно, Вика, я не вру!

– Верю. Но как все тогда гонялись за этими пленками. Думали, что Миша станет вторым Мельниченко. Готовы были или заплатить, или убить, но получить пленку, на которой Базилевич рассказывал… Кстати, о чем он рассказывал?

Блинов пожал плечами:

– Знает только Миша.

– Ты там фигурировал?

– Конечно. И я, и еще куча твоих знакомых. Он не мог определить, на чьей он стороне, Вика, потому что хотел быть на стороне правой. А правой стороны не бывает, ты-то много лет в политике и все об этом знаешь, а он не знал. Мир-то – не черное и белое, не белое и красное. В нем нет постоянных врагов, нет постоянных друзей. В нем все идут к власти. Кто-то срывается еще по дороге. Кто-то падает с вершины, как я. – Он ухмыльнулся. – А кто-то взлетает из низов, падает, снова взлетает. Какая уж тут правота? Исключительно здоровый прагматизм подлецов. А он… Он готов был дружить до гроба, а я подсовывал ему вместо дружбы бизнес. Он был готов любить, а ты боролась за свою независимость и карьеру. Он был бы прекрасным отцом, а стал только другом для Маськи. Он хотел быть полезным, а его хотели только использовать. И в результате Сергеев остался один.

– Возможно, не самый худший вариант.

– Возможно, – согласился Владимир Анатольевич. – Герои, знаешь ли, чаще всего умирают. И для них это не всегда плохо.

* * *

Вход в подвал Сергеев обнаружил не сразу.

Река поднималась каждую весну, и стену заилило на полметра, как минимум. За лето ил, высыхая, превращался в камень, и теперь крышка оказалась скрыта под плотной коркой. Для того чтобы расчистить люк, понадобился почти час.

Молчун помогал, как мог, хотя Сергеев его ни о чем не просил: оттаскивал в сторону тяжелые куски, ковырял ножом пласт, приросший к бетону. А когда Михаил открыл створки люка, почему-то испугался и принялся хватать Умку за руки. Сергеев едва его успокоил, но Молчун теперь не отходил от него ни на шаг.

Подвал оказался затоплен водой, но не мутной и цвелой, а чистой и почти прозрачной. И пахла она, как артезианская.

– Удивительно, – сказал Сергеев и, окунув в воду пальцы, принюхался.

Пахло водой и железом. Еще немного – сырым бетоном. Опасностью не пахло, и химии особой в воде не было. Может быть, действительно артезианский источник?

Михаил в недоумении покачал головой.

Подземелье было затоплено по самый свод. Наверху почти ничего не осталось, даже развалины заросли густой сочной травой, через которую пробивались могучие стебли камыша. Камышом и мохом заросла и лестница, по которой они спускались, и ничто не намекало на то, что здесь можно найти что-то ценное, но Сергеев четко знал, что когда-то тут было банковское хранилище, в которое и вели эти ступени.

– Ну что, Молчун, попробуем нырять? – спросил Сергеев.

Молчун внимательно посмотрел на него глазами цвета густо заваренного чая и, склонив голову набок, зашевелил губами.

За полгода он, конечно, повзрослел, перестал бояться темноты, освоил туалетные премудрости и даже научился завязывать шнурки и застегивать пуговицы. Делать последнее Молчун очень не любил, а замкам-«молниям» радовался, и беззвучно открывая рот в смехе, то расстегивал их, то застегивал в любую свободную минуту. Походка у него тоже не была прежней. Теперь он ходил слегка неуверенно, покачиваясь, точно, как делающий первые шаги малыш.

Но Сергеев был терпелив. Молчун рядом, а все остальное приложится. Нужно только время, а времени было предостаточно. Жизнь продолжалась. Зона по-прежнему нуждалась в лекарствах, а значит, Умка ощущал свою необходимость, и это поддерживало его в минуты уныния.

После разгрома Школы все изменилось. Бродяжить по территориям, как прежде, но с высокорослым младенцем на пару, оказалось невозможным, и Сергеев понял, что ему понадобится постоянное пристанище. Вампиры с Самантой вынуждены были перенести Гнездо южнее, и оно стало временным домом для Умки и его подопечного. Случилось переселение не просто так, а потому, что гибель северного кибуца всех многому научила и убедительно доказала, что от границы надо держаться подальше.

Случилось, как и предсказывал похожий на белку-переростка Рома Шалай. Над поселком прошли вертолеты, и на этом все закончилось. Не было ни боя, ни крови, ни криков. Просто все умерли. Потом высадились люди в черных, как уголь, комбинезонах и масках с торчащими вбок цилиндрами фильтров. У них были огнеметы, и тщательно отстроенный Левой Левиным кибуц запылал и превратился в пепел вместе с телами людей и животных за три с небольшим часа.

А на следующий день пепелище оказалось уже по другую сторону границы. Колючая проволока, ворота КПП, пулеметы и минное поле выросли в нескольких километрах южнее. Мир наступал на Зону совместного влияния. И первый же сделанный им шаг показал, что здешние обитатели для него не существуют.

Умка понимал, что это только пробный шар, и кто-то, задумавший план возврата территории, уже потирает руки в предвкушении успеха. Север был не так заражен, как юг, и не требовал больших расходов на дезинфекцию и колонизацию. Забрать Север назад было выгодным вложением капитала.

Воздух, мягко говоря, бодрил. Для июня было откровенно холодно – градусов 12 от силы, плюс неприятный сырой ветер с запада, дующий порывами, каждый из которых обжигал кожу, словно брызги кипятка. Хорошо было бы иметь с собой 4-миллиметровый неопреновый костюм, но его не было, и деваться было некуда.

Для погружения Сергееву пришлось раздеться догола, оставшись только в легких резиновых тапках – раньше такие надевали для того, чтобы не поранить ноги о камни при заходе в воду – да в очках для плавания, которые вполне могли заменить маску. Потом обвязал вокруг пояса капроновый шнур, закрепив второй конец на металлической проушине, торчавшей из плиты. Молчун, наблюдая за приготовлениями, заметно волновался, но он всегда волновался, когда ему предстояло остаться одному. Сергеев, ежась, подобрался к краю люка, под обрезом которого темнела вода, и аккуратно ступил на первую ступеньку, покрытую ослизлым налетом.

В момент, когда он погрузился с головой, Молчун заметался у края люка, жалобно вскрикивая, словно потерявшийся в толпе щенок, а потом встал на колени и опустил лицо к самому зеркалу воды, едва не касаясь черной поверхности щекой.

Умка сделал несколько мощных гребков, уходя вниз параллельно ступеням, и включил фонарик. Два с лишним метра от нулевого уровня: лестница уходила еще ниже, вглубь. Стандартный пролет. До четырех метров глубины, если не стелиться по полу. Луч выхватывал из темноты какие-то крупинки, хлопья, похожие на снежинки, куски слизи, медленно кружащиеся в побеспокоенной воде.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию