Жажда странствий - читать онлайн книгу. Автор: Даниэла Стил cтр.№ 30

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Жажда странствий | Автор книги - Даниэла Стил

Cтраница 30
читать онлайн книги бесплатно

— Не обращай внимания… Ты ведь его знаешь… В его возрасте…

— Что вы там бормочете у меня за спиной! Что за невоспитанность, черт побери! — рявкнул мистер Рисколл. — Звонила твоя сестра. Вернется к Рождеству.

Пока они не вошли в столовую и не заняли свои места, он не проронил больше ни слова.

— Но ведь она хотела вернуться через несколько недель…

Что случилось?

Аннабел, разумеется, сразу переполошилась. Что, если Одри влюбилась там в кого-нибудь и вышла замуж? Аннабел рассчитывала, что сестра скоро вернется. Дома ужас что творится, а они с Харкортом хотели бы поехать отдохнуть. Нет, Од должна вернуться и пожить у них с Уинстоном… Не говоря уже о том, что надо нанять новую няню, и кухарку, и шофера. Анни сама никогда не могла с этим справиться, а если даже ей удавалось найти приличную прислугу, то она у нее в доме долго не задерживалась. Нет, решительно Од должна вернуться.

— Что она там делает? И вообще, где она? В Париже? В Лондоне?

Мистер Рисколл придал своему лицу осуждающее выражение, хотя на самом деле был очень доволен, что может досадить Аннабел.

— Нет, она в Турции.

— Ради всего святого, каким ветром ее туда занесло? — удивился Харкорт.

— Села с друзьями на «Восточный экспресс» и махнула в Стамбул. А теперь едет в Китай.

— Что-что? — взвизгнула Аннабел, а Харкорт только что рот не разинул от изумления и тотчас принялся осыпать Одри упреками:

— Слишком уж она у вас независима. Следовало бы ограничить ее свободу, в ее же интересах. Что подумают люди? Молодая девушка едет в Китай одна! Это же просто неприлично!

«Ишь разошелся, — думал мистер Рисколл. — Сейчас я тебе покажу!»

Его сжатая в кулак рука тяжело опустилась на стол.

— Гораздо более неприлично говорить в таком тоне о моей внучке в моем доме! И вообще, я был бы вам весьма признателен, если бы в дальнейшем вы потрудились держать свое мнение при себе. У Одри столько силы духа, воли и мужества, что вам и не снилось. По сравнению с ней Аннабел просто мокрая курица, хоть она мне и внучка. Поэтому вам лучше просто помолчать. И не обременяйте себя этими семейными обедами в моем доме. Ваши постные лица и ее хныканье, — он пренебрежительно ткнул пальцем в сторону Аннабел, которая открыла рот и во все глаза глядела на деда, — вызывают у меня несварение желудка.

Он тяжело поднялся на ноги, нашел свою палку и прошествовал в библиотеку, с размаху хлопнув дверью. Аннабел, вся в слезах, выскочила из-за стола, схватила сумочку и бросилась вон. Харкорт едва успел ее догнать. Пока они ехали домой, в Берлингем, она все время плакала, обвиняя мужа, который по своей слабохарактерности не мог защитить ее от нападок деда, и бранила Одри.

Харкорт счел за лучшее не возражать ей и, как только они вернулись домой, под благовидным предлогом улизнул. Втайне от всех он навещал некую хорошенькую и весьма темпераментную молодую особу. Аннабел, естественно, и понятия об этом не имела. Как и Эдвард Рисколл. Впрочем, старику все это было глубоко безразлично. С тех пор как ушли Аннабел с Харкортом, прошло уже несколько часов, а он все сидел в библиотеке, думая об Одри. И в его сознании образ внучки соединялся с образом Роланда, ее отца. Она сейчас в Китае… Он помнит… Да, Китай.

Одна ли она там или с Роландом?.. Запамятовал… Как ему ее не хватает!

Глава 12

От Стамбула до Шанхая более пяти тысяч миль, и при благоприятных обстоятельствах это путешествие могло занять около двух недель. Публикации, которые Чарльз собирается подготовить для «Таймс», касаются в основном правительства Чан Кайши, находящегося в Нанкине. Кроме того, он хотел бы написать о Шанхае, о демилитаризованной зоне и о Пекине. Может быть, удастся разузнать что-то новое о революционерах-коммунистах, которых в тысяча девятьсот двадцать восьмом году загнали в сопки. У Чарльза уже был накоплен обширный материал, он предусмотрительно запасся документами, необходимыми для аккредитации, и рекомендательными письмами. Тем не менее он отлично понимал, как трудно будет собрать необходимую информацию. До этих головорезов-коммунистов, конечно, не доберешься, нечего и надеяться взять у них интервью, но Чан Кайши, вероятно, не откажет ему во встрече.

Разумеется, все сведения, которые ему удастся получить дорогой, тоже потом войдут в его статьи.

Портфель с записными книжками и бумагой всегда был у него под рукой. Когда они вечером ехали в Анкару, он объяснил Одри, как ведет свои записи. Она почувствовала, что вступает в новую, доселе неведомую ей жизнь. И окончательно в этом уверилась, когда в Анкаре они пересели в другой поезд. Вспомнив «Восточный экспресс», она рассмеялась — до того здесь все было иначе. Впереди нее в вагон садились две турчанки с курами и козленком.

Этим поездом они доехали до Анкары, минуя озера Ван и Урмия [4] , добрались до границы с Ираном, пересекли горный массив и достигли Тегерана. На вокзале кишмя кишел народ, было необычайно оживленно, повсюду слышался громкий говор. Одри зачарованно смотрела вокруг, то и дело щелкая «лейкой», пока Чарльз покупал билеты на ночной почтовый поезд в Мешхед, находящийся на самой северной границе с Афганистаном.

Мешхед считается святым городом, и почти все пассажиры в поезде стояли на коленях в молитвенной позе.

Женщины на вокзале в Тегеране выглядели весьма живописно, некоторые из них поразительно хороши собой. Одри в своем простеньком платье вызывала у них восхищение. Они, не скрывая любопытства, разглядывали ее, а две юные девушки даже подошли, потрогали ее медно-золотистые волосы и бросились бежать, хихикая и укрываясь чадрой.

Для Одри все было ново и удивительно в этом мире. И сама она привлекала всеобщее внимание, смешанное, правда, с легким неодобрением — ведь на ней не было обязательной для восточной женщины чадры.

К утру они приехали в Мешхед и вскоре пересекли границу с Афганистаном. Потом прошла, казалось, целая вечность, прежде чем они достигли Кабула. Две тысячи миль остались позади, уже неделю они были в дороге, и Одри казалось, что теперь одно упоминание о поезде будет вызывать у нее отвращение. Но когда она увидела величественную и мирную красоту заката, увидела, как выходят из поезда местные жители, несущие кожаные котомки со своими скромными пожитками, то поймала себя на мысли, что никогда в жизни не была так счастлива.

Она еще помедлила, глядя, как заходит солнце, потом обратила свой взор к Чарльзу и встретила его ласковую улыбку.

Усталость, дорожные неудобства, грязь — четыре дня им негде было помыться — похоже, все это было им нипочем. Он одной рукой обнял ее за плечи, другой — подхватил один из чемоданов и засмеялся, видя, как она размахивает своей изящной сумочкой с косметикой, которую, кажется, ни разу не открыла за последнюю неделю.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию