Ну-ну, что день грядущий еще приготовит?
– Данаэль, можешь не переживать, Лиам уже получил за вас обоих, а еще он, благодаря этому, два дня уже пропускает работу в Академии Светлой магии.
– Да уж, жестоко ты его покарал, отец. Бедняга с таким трудом навел там порядок и установил хоть какой-то авторитет, а ты его так лицом в дерьмо кентавра, – и на прекрасном лице магистра появилось подобие ехидной улыбки, – легко ли выпускнику Темной академии поддерживать свою репутацию в Светлой школе?
– В любом случае, у нас тут семейные проблемы разрешить нужно, так что у него будет железное оправдание после того, как будет объявлено о возвращении домой невесты принца и по совместительству его родной сестры.
– Не могу не согласиться с тобой, папа. Как всегда все у тебя продумано. Лиам, не подашь ли брату бокал нектара золотистого лотоса, которым тут еще пару минут назад лакомилась наша сестрица.
Лиам тут же подал другу напиток, а я с нетерпением ожидала, когда же он соизволит обратить внимание на меня.
– Не будьте так нетерпеливы, леди Тиринаэль, очень скоро внимания у Вас будет в излишке, и о моей скромной персоне Вы и вспоминать забудете, – и коварная ухмылка, испортившая его чудное лицо.
Я уже начинаю бояться думать в этом мире. Кошмар какой-то, даже эту интимную зону перекрыли. Данаэль расхохотался. Мои родители на него удивленно уставились.
– А можно я ей только облик верну? У нее столько забавных мыслей в голове, что будет преступлением дать ей в руки щит против считывания.
Теперь родители удивленно уставились на меня. Чувствую, что опять краснею. Злюсь на этого напыщенного самца неимоверно. За всю жизнь столько раз не краснела, сколько сегодня. Мама догадалась, что пора балаган сворачивать, а то я уже начинаю нервно на стол поглядывать в поисках чего-нибудь колюще-режущего, и попросила Данаэля и меня пройти за ней в гостиную. Но верхом коварства с ее стороны было то, что она бросила меня наедине с этим напыщенным индюком.
– Напыщенным кем? – вдруг спросили у меня с такой гаденькой ухмылочкой.
– Птица в нашем мире есть такая. Индюк называется. Чтоб показать, какой он крутой самец, он весь надувается и хвост веером раскрывает. – Контролировать свои эмоции уже не могу, чувствую, что меня уже прет.
А он так спокойненько подошел ко мне поближе, я невольно отшатнулась.
– Да что ж мы нервные то такие, – досадливо поморщился Данаэль. И снова сделал шаг ко мне и проворно схватил голову руками, потом провел одной рукой по волосам, а другой глаза мне прикрыл. Пальцы длинные и ледяные, меня аж дрожь проняла. Он почувствовал и отпустил. Потом начал внимательно меня оглядывать. – Да, теперь видно, что эльфийка, только вот и драконья кровушка проглядывает. Не к добру это.
Удивленно взираю на него и… слов нет. Лексикон мой обеднел тут, что-ли? Сама себя не узнаю.
– Все нормально, нервов не надо. Сейчас пойдешь изучать себя в зеркале. И возьми на всякий случай с собой маму, и успокоительное тоже не помешало бы. А то еще в обморок от радости хлопнешься.
И тут до меня дошло, что кто-то, который только несколько минут назад в столовой церемонно расшаркивался, а тут вдруг взял и нагло перешел на «ты».
– И когда ж это, уважаемый лорд Данаэль, мы с Вами на «ты» успели перейти? – на брудершафт еще не пили, раздраженно подумала я, не решаясь озвучить.
Он удивленно так на меня взглянул, будто ледяной водой окатил.
– Это что такое только что ты подумала?
– Это в нашем мире с целью более близкого знакомства мужчина с женщиной выпитое вино поцелуем закрепляют. – Говорю, и чувствую, что опять начинаю чудовищно краснеть. За всю жизнь столько не краснела, сколько уже раз он меня вынудил за эти несколько минут нашего знакомства.
– Целоваться с Вами, леди, точно не буду. Вы мне как-никак двоюродной сестрой доводитесь. Это пусть уж принц наслаждается. Да еще и неизвестно, чего Вы из того мира приволокли…
Он говорит, а до меня доходит, что этот козел безрогий меня только что продажной девкой обозвал, ну я со всего размаху ему и влепила пощечину. Он ошалело поглядел на меня, потирая щеку, и как заорет:
– Бегом к маме под юбку, пока в жабу не превратил!
От страху я аж взвизгнула тоненько и помчалась прочь из гостиной, надеясь в этом хаосе из комнат найти свою. И натолкнулась в одном из коридоров на маму. Та поддержала меня, потому как я по инерции еще немного пролетела, потом отстранила от себя и начала внимательно разглядывать, как будто в первый раз увидела. На ее лице блуждала легкая довольная улыбка.
– Мама, к зеркалу хочу, – капризно надула губки, что вызвало мамин веселый смех.
– Да, думаю, мы еще наверстаем годы разлуки. Ну идем к тебе, нетерпеливая моя.
К гардеробной я летела, горя нетерпением. Даже забыла о том неприятном осадке, который оставил у меня в душе заносчивый и самовлюбленный лорд. К черту его, гада. Искренне надеюсь пересекаться с ним как можно реже. Жаль, что эти встречи нельзя совсем на нет свести, ведь все-таки родственник, чтоб его демоны забрали. В расстроенных чувствах начисто забыла непреложный факт, что закрывать от мамы свои мысли я пока не умею. Уже у самого зеркала, не допрыгнув до него всего пару шагов, слышу маму:
– Пробовали, для них же печально и закончилось, – с легким смешком сказала она.
Понимаю прекрасно, что все мысли уже считаны, но так растерялась, что даже собрать их в кучу не смогла. Потому только криво улыбнулась:
– В смысле?
– Демоны его забрать пробовали, еще и задолжали ему взамен, так теперь только и мечтают, чтоб и близко к ним не подходил, – с нарочито печальным лицом сообщила мама.
У меня полный шок. Медленно оборачиваюсь к маме:
– Ты это серьезно только что?
– Серьезней не бывает, ты еще многого не знаешь… Все придет постепенно.
Я продолжила путь к зеркалу, переваривая услышанное, дохожу уже степенно последние два шага и… Ну я конечно уже была готова, что у меня уши как у осла вырастут, но чтоб такое…
Медленно повернулась к маме:
– И как это понимать? – очень спокойно уточняю.
В ожидании ее ответа, поворачиваюсь обратно к зеркалу. Уши оказались далеко не единственным приколом. Волосы стали намного длиннее, и покрывали весь мой зад, а я наивная думала, что они и раньше у меня длинные были, только тогда они и до талии едва дотягивали, а сейчас длинные, такие же ровные, такие же белые, только помимо зеленых, крашенных мною прядок (загадочно оставшихся), появилось несколько прядей огненно-красного цвета, как раскаленная лава. Ушки более-менее аккуратные, только чуть кверху заострились, но вот моя кожа… Кожа из болезненно-белой стала смуглой со слегка красноватым оттенком, как будто на солнце прижарилась. Ужассс!!! Но и это не предел моих изменений. На висках появилась темно-красная пигментация в форме чешуек. Мои глаза остались такими же огромными и зелеными, а лицо чуть вытянулось и приобрело ту же форму сердечка, как и у моих родных.