— Можно мы хоть поцелуемся, пока вы торгуетесь? — полюбопытствовал Тиен-Солейн.
— Да сколько угодно, — махнул рукой Райверн. — Нет, Маэрин, что это, право слово за жадность в сыне Огня?
За их спинами негромко рассмеялся Таймир. Тиен проводил взглядом адера и конгура, так и не оставивших веселого спора, и посмотрел на Ирэйн.
— Здравствуй, жена, — сказал он с улыбкой.
— Здравствуй, муж, — ответила она, не сводя с риора сияющего взгляда.
Он обнял ее лицо ладонями и склонился, но целовать не спешил.
— Ты счастлива? — шепнул Тиен.
— Настолько, что, кажется, могу задохнуться, — улыбнулась Ирэйн.
— Не можешь, — хмыкнул Дин-Таль. — Мы должны заполонить Борг и Дайраир маленькими Талями.
— Мне кажется, — глядя в глаза мужу, ответила Ирэйн, — мы близки к воплощению твоего коварного замысла. По крайней мере, начало уже положено, — и она, взяв руку Тиена, опустила ее к своему животу.
Глаза риора расширились, и он, коротко вздохнув, спросил:
— Здравствуй, маленький Таль?
— Здравствуй, отец, — прошептала Ирэйн, и супруг, наконец, накрыл ее губы своими губами.
Ошибаются ли Боги? Знающие люди, говорят, что они никогда не совершают ошибок. В каждом их испытании есть свой смысл, но ведом он лишь Высшим Силам. И стоит ли сетовать на судьбу, если однажды дорога, протянувшись через Пропасть Архона, снова выберется под яркое солнце, и его лучи согреют заплутавшего путника? Нужно просто набраться сил и терпения, и пройти своей тропой, какой бы тяжелой она не казалось.
И когда заслуженное счастье придет великим даром за страдания, останется только сказать:
— Хвала Вседержителям.
Конец