Железо, ржавое железо - читать онлайн книгу. Автор: Энтони Берджесс cтр.№ 54

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Железо, ржавое железо | Автор книги - Энтони Берджесс

Cтраница 54
читать онлайн книги бесплатно

Мне вспомнился мой сон в Олдершоте: январь, спальня без кровати и превращение гордой, холодной девушки в трепетную рабыню. Может быть, во сне я играл роль мужчины, которого ей еще предстояло встретить? Они не сразу сообразили, о чем речь, когда я спросил, давно ли они знакомы. Ответил рядовой Рот

– Около двух недель, верно, Бити? – Для нас она всегда была Трикс. – А может быть, и дольше. Странно, что вы спросили об этом. Знаете, со мной уже случалось что-то похожее. Остановился я как-то на одном постоялом дворе в Глостере, и вдруг входит парень, смотрю на него и понимаю, что мы где-то уже встречались. И он тоже уверен в этом. Мы попытались выяснить, где же мы могли друг друга видеть раньше. Он британец, никогда не был в Штатах, а я впервые попал в Европу с тех пор, как был младенцем. Я подумал, что, возможно, спутал его с каким-то британским киноактером. Я не очень-то верю в переселение душ, но, видимо, нечто подобное существует. Возможно, мы, американцы, сильнее приросли к лону Европы, чем думаем. Помните «океан, где каждый находит свое отраженье»? Эндрю Марвелл. Или если не отраженье, то другую свою половинку.

Начитан, ничего не скажешь. Беатрикс ловила каждое его слово, и ее не смущал резкий нью-йоркский выговор.

Таверна уже закрывалась, американцу надо было поймать такси до Ханслоу. Он готов был платить втридорога, чтоб довезти Беатрикс до дома. Как рядовой он не имел права ночевать вне казармы, поэтому остаться у нее не мог. Зато мне эта весть принесла некоторое облегчение, сравнимое с отрыжкой после пинты дурного пива. Прирос к лону Европы – страшно подумать, не иначе как и к ее лону тоже. При мысли о прежней гордой повелительнице мне стало жаль Беатрикс. Рыбка попалась в сети. Любил ли я ее? Наверно, любил, прощая то, что вряд ли бы простил любой другой женщине. Настало время с облегчением послать любовь подальше. Хотя лучше не зарекаться. Я вернулся к себе в гостиницу.

Если бы у рядового Рота и была увольнительная на всю ночь, ему все равно не светило провести ее с Беатрикс. Придя домой, Беатрикс, еще вся во власти прощальных поцелуев – пока счетчик такси нетерпеливо отсчитывал секунды, – с изумлением обнаружила там голого Реджа, который, завернувшись в одеяло, стоял у газовой конфорки и хлестал водку.

– Чтоб согреться, – сразу объяснил брат, глядя на сестру мутными глазами. – Твоя домохозяйка… апчхи… пожалела меня, дала ключ, прости, что помешал… апчхи!

Мокрый мундир, сапоги и нижнее белье сушились тут же.

– Господи боже мой, опять ты, – только и смогла вымолвить Беатрикс.

Редж, чихая и кашляя, рассказал ей, что его, как неблагонадежного, в два счета выпроводили из лагеря, к огорчению и даже возмущению русских, и хотели под конвоем отправить обратно в Гибралтар. Испугались, как бы он, зная, что репатриированных русских собираются арестовать или даже расстрелять, не устроил мятеж. Беатрикс села на смятые простыни и осторожно спросила:

– Откуда тебе это известно?

Ему не терпелось рассказать о своем побеге, но он ответил:

– Господи, да это же яснее ясного. Чертов СМЕРШ прочесывает округу, отлавливая беглых. То в лесу, то у пивной кого-то прикончат – жалеют, что не могут порешить весь лагерь вместе с британской охраной. В моем лагере те, кто пограмотнее, абсолютно всё понимали и открыто об этом говорили. Им свои же так прямо и объяснили: попал в плен – значит, изменил Родине. В лучшем случае отправят в Сибирь, а то и расстреляют. Уверен, в твоем, чтоб его, Министерстве иностранных дел прекрасно об этом осведомлены.

– Действительно, кое-что нам известно, но не все. Мы получаем рапорты. Но нас это не касается. За советских граждан мы ответственности не несем.

– Даже… апчхи… на британской территории?

– Ялта.

– Опять это проклятое слово! Всюду только и слышно: Ялта, Ялта. О, господи, как же мне паршиво. Пришлось искупаться в Бристольском заливе. Несколько лет в воду не входил, а тут не помню, сколько пробарахтался в мазуте и дерьме.

– Рассказывай, я слушаю.

– Пришлось сесть на корабль, выхода не было. Заперли меня в каюте с канониром. Вечно ко мне канониров приставляют, точно я пушка какая. Ни слова из него не вытянешь – будто сам Господь Бог, а не конвоир. Корабль отплывал в полночь. Рядовых отправили спать в гамаках, а мне, как и другим офицерам, разрешили прогуляться по палубе. Как только я увидел, что лоцманский катер уже отчаливает, сиганул с нижней палубы за борт. Ну эти, на катере, вытащили меня, когда заметили человека за бортом, но не знали, что делать дальше. Сначала хотели обратно на корабль посадить, потом решили, что на берегу разберутся, им-то какое дело. В конце концов, они просто подобрали утопающего, и это правда, пошел бы ко дну, как пить дать: ногу свело, вода ледяная. Дали мне немного обсохнуть у огня в лоцманской будке. Ты только взгляни на мундир – весь в мазуте и говне. Апчхи, апчхи! Вот еще наказание! Поймал я попутку из Бристоля в Илинг, да только шофер, узнав мою историю, высадил меня, не доезжая до Суиндона, побоялся, что его накажут за помощь дезертиру. Никто не хотел меня, такого грязного, брать, пришлось тащиться пешком. Потом одна очень славная девчонка подбросила меня на армейском грузовике до Хаммерсмита. Ну вот и все. Апчхи, черт, апчхи!

– Что собираешься делать?

– Мне нужно в Ливерпуль.

– Прямо сейчас?

– Нет, не сейчас. Корабль отходит четырнадцатого марта.

– Ясно. Собираешься сорвать план, о котором договорились британское и советское руководство. Ты, братец, рехнулся.

– Там есть один человек, который ни за что не должен попасть на борт. Других мне спасти не удастся.

– Конечно, женщина.

– Женщина, врач. Совершенно наивное создание. Наверно, глупо звучит, но это чистая правда. Мне нужна гражданская одежда.

– Ты уверен? Офицер еще может удержать британских солдат от стрельбы в непокорных русских. А вот безвестного штафирку в соплях даже близко к причалу не подпустят.

– Откуда ты знаешь? Что, бывало уже такое?

– Случались стычки. Самоубийства тоже бывали. Все это, конечно, смахивает на грязный сговор, но нам надо вернуть своих пленных. Их сюда на тех же самых судах и привезут.

– У тебя только Дэн на уме!

– Конечно. Из восточных лагерей всех наших пленных уже освободили. Это нам точно известно. Мы сможем вывезти их из любого порта, лишь бы они сумели туда добраться, но только в том случае, если сначала доставим к русским на наших транспортных судах их собственных перемещенных. Пустым судам причаливать не позволено.

– Значит, мы идем на поводу у Сталина?

– Похоже на то. Утром я отнесу твой мундир в чистку. Тут недалеко, за углом, поляки открыли. И еще попробую раздобыть какие-нибудь штатские шмотки.

– Значит, поможешь?

– Не уверена. Просто понимаю, что тебе уготована какая-то безумная роль в этом немыслимом бардаке, и не знаю, как тебя уберечь. Если уж так сложилось, постарайся сыграть эту роль как можно лучше. Отправляйся на север в гражданской одежде. В Ливерпуле переоденешься в мундир. Не представляю, что будет, если тебя схватят…

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию