Слова, из которых мы сотканы - читать онлайн книгу. Автор: Лайза Джуэлл cтр.№ 79

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Слова, из которых мы сотканы | Автор книги - Лайза Джуэлл

Cтраница 79
читать онлайн книги бесплатно

– Вот так, хорошо, – сказал он.

А потом его мягкие руки принялись тискать и разминать ее плоть, пока все мышцы не превратились в кисель. «Теперь было бы идеально», – подумала Лидия и в следующее мгновение почувствовала прикосновение его губ к своей шее и нежное тепло его дыхания на коже. Его руки легли ей на плечи, он привлек ее к себе и вместо того, чтобы гадать, что ей делать теперь и как нужно реагировать, Лидия просто сидела, покорная и опьяненная ощущением своей желанности и прикосновениями красивого мужчины. Ни одна часть ее тела не осталась неподвластной его первому прикосновению, и Лидия ощутила, как глубоко внутри зреет громкий животный стон чистого удовольствия.

Когда его губы перешли к изгибу ее шеи, она испустила этот стон, и Бендикс, словно по указанию суфлера, медленно повернул ее голову к себе и прижался губами к ее губам… наконец-то. Их первый поцелуй. И Лидия подумала: «Да, да, да, я знала, что ты не гей. Я знала, что мы сможем это сделать. Я знала, что смогу получить тебя. Я знала, что не была тупицей». Пока они целовались, она ощущала, как все встает на место: большой пустой дом, голубая кошка, отсутствие друзей, ее детство в очень странной семье. Все встало на место, потому что она внезапно поняла, что не была роковой женщиной. Мужчина, вроде Бендикса, не стал бы целовать роковую женщину; он стал бы целовать привлекательную женщину. Женщину, не лишенную определенной красоты и очарования. Женщину, в обществе которой он мог бы гордиться собой. Пока она думала об этом, он оторвался от ее губ, заглянул ей в глаза и сказал:

– Все эти недели и месяцы я только и мечтал об этом.

– Я тоже, – ответила она.

Он изумленно посмотрел на нее:

– В самом деле? Ты правда мечтала об этом?

Она кивнула. Он провел пальцем по ее подбородку и рассмеялся.

– Ну и ну, – сказал Бендикс. – Просто потрясающе. Я думал… я думал, ты считаешь меня просто здоровенным чурбаном. Думал, ты считаешь, что слишком хороша для меня. И еще я думал… – Он запнулся.

– Что? – спросила Лидия, заглянув в его темные глаза.

– Какое-то время я думал, и это не в осуждение, я полагал, что, может быть… ты лесбиянка?

– Ты считал меня… – Лидия замолчала, а потом расхохоталась.

– Что? – спросил Бендикс, проводя кончиками пальцев по ее плечам и предплечьям.

– Я тоже думала, что ты гей.

Он изумленно уставился на нее, потом приложил руку к груди:

– Кто, я?

– Ну да!

– Но… но почему? – спросил он.

– Сама не знаю, – ответила Лидия. – Может, я пыталась защититься от тебя. Или, может быть, из-за твоих выщипанных бровей.

Он мгновенно приложил руку ко лбу и заявил:

– Но я не выщипываю брови!

– Неужели?

– Нет! Ну, самую чуточку. Только посередине, и если выбиваются вот тут. – Бендикс указал на надбровные дуги. – Боже мой, – продолжал он, – неужели я из-за этого похож на гея?

– Нет! – рассмеялась Лидия. – Просто ты выглядишь ухоженным.

– Ухоженный – значит, гей?

– Нет! – снова воскликнула она. – Ты прекрасно выглядишь. Ты выглядишь идеально. И ты не похож на гея. Ну, по крайней мере, больше не похож. После того как…

– После чего? – Он улыбнулся.

– После этого, – прошептала она и указала на их тела, по-прежнему прижатые друг к другу.

Он прижался носом к ее носу и уперся в нее взглядом. Ее дыхание обдувало его щеку, и Бендикс улыбался.

– Мы еще даже не начинали, – сказал он.

И тогда они начали.

Дин

– Вот, – сказала Роза, вручив Дину пластиковую бутылочку с розовой жидкостью.

Он тупо посмотрел на бутылочку:

– Что это?

– Это антибактериальная жидкость для твоих рук.

Он моргнул и прочитал этикетку.

– Такой жидкостью пользуются в клинике, когда работают с недоношенными детьми, – пояснила Роза.

Он выжал немного на ладонь и растер руки. Жидкость пахла грушей. Он передал бутылочку своей матери, которая повторила процедуру. Им уже было сказано оставить обувь у входа.

– Никакой обуви в этом доме, – высокомерно заявила Роза, как будто это возвышало ее над остальными.

Дин не был в доме Розы с тех пор, как стал ухаживать за Скай. Он ощутил холодок, когда последовал за Розой по коридору в гостиную. Раньше Дин думал, что никогда не вернется сюда. Стены были увешаны огромными, увеличенными студийными фотографиями Розы, ее детей и внуков. На одной фотографии, висевшей над большим фальшивым камином в георгианском стиле, все были в сборе: Роза и четыре девушки – Скай с огромным животом, ее сестра Саванна с татуированными руками, державшая на коленях курносого младенца, две другие сестры, и все были одеты в белое. Над обеденным столом со стеклянной крышкой появилась новая фотография, еще больше остальных. Это был портрет Скай, увеличенный черно-белый снимок. Под ним на столике стояла ваза с тремя пятнистыми лилиями «Старгейзер» и поминальная свечка, горевшая в красной склянке. Дин сглотнул, снова вспомнив, какой хорошенькой она была, и, как всегда, проглотил непрошеное ощущение горя и утраты.

– Заходите и садитесь, – сказала Роза, указав на кожаный диван. – Я приготовлю чай.

Ее младшая дочь Сиена сидела с ногами в большом кожаном кресле у эркерного окна. Она подняла голову и улыбнулась Дину и его матери, когда они садились.

– Привет, – сказала Сиена. Дин кивнул, а его мать сказала: «Добрый день».

В доме Розы было тепло. Слишком тепло. Дину пришло в голову, что, с ее паранойей насчет микробов на руках и обуви, Розе следовало бы поддерживать более прохладную температуру.

Дин улыбнулся матери, и она улыбнулась в ответ.

– Нормально? – прошептала она.

Он кивнул:

– Да, я в полном порядке.

– Только что услышала, как она заворочалась, – крикнула из кухни Роза. – Если хотите, можете подняться и посмотреть на нее.

Дин сглотнул. Человек в телевизоре обратился к собеседнице со словами: «Заткнись, ты сама не знаешь, о чем говоришь». Сиена заерзала и передвинула ноги на другую сторону. Дин посмотрел на свою мать.

– Пошли, – сказала она. – Я знаю, где ее комната. Давай посмотрим на нее.

Дин подумал об отце Лидии. Он думал о том, каким она видела его все эти годы: просто чужим существом. А потом Дин подумал о своей маленькой дочери, подключенной к проводам и трубкам в пластиковом контейнере, не вполне реальной, не вполне готовой к существованию. Дин вспомнил тот мартовский день, когда он лежал, свесив голову над могилой подруги и пытаясь дотянуться до фотографии дочери. Еще он вспомнил о Томасе, своем брате, у которого вообще не было никаких шансов, и мрачно улыбнулся.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию