Царь и схимник - читать онлайн книгу. Автор: Александр Холин cтр.№ 31

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Царь и схимник | Автор книги - Александр Холин

Cтраница 31
читать онлайн книги бесплатно

– Не извольте беспокоиться, Ваше Величество, – поспешил ответить князь. – Монах вот уже год, как стал игуменом пещерного Свято-Георгиевского монастыря, русский язык знает отменно. Даже литургии совершает на церковно-славянском. Причем монастырь является единственным базовым для всего Черноморского флота. На линкорах и крейсерах выходят в море вместе с командой тринадцать иеромонахов. Я лично проследил, чтобы в монастырь этот были выбираемы монашествующие, отличающиеся нравственностью и поведением. И чтобы отстранены были всякие поводы к невыгодным отзывам на монашествующих. Георгиевский монастырь – самый удобный для определения пребывания иеромонахам, ибо оный стоит в десяти верстах от Севастополя, в месте, изобилующем источниками хороших вод, виноградниками и фруктовыми садами [52].

– Вот и ладно, – удовлетворенно вздохнул император. – А на сей час, Михаил Семенович, я попрошу вас оказать мне помощь.

– Что пожелаете, Ваше Величество.

– Мне надобно tout de suite [53] прибить крюк в стену, чтобы повесить вот эту любопытную картину.

– Но, Ваше Величество, – князь Воронцов даже чуть не поперхнулся. – Не извольте сомневаться, я прибью крюк. Только не лучше ли это выполнит тот же плотник?

– Не лучше! – упрямо мотнул головой Государь. – Я сам хочу вбить крюк. Вас же попрошу только помочь повесить картину, – и тут же в подтверждение своим словам император принялся сам вбивать заготовленный крюк в стену, стоя на оттоманке.

Признаться, Государь справился с поставленной перед собой задачей не хуже плотника. Затем князь Воронцов помог ему повесить на стену картину, и оба отошли, чтобы полюбоваться на полотно издалека.

– Я полагаю, Елизавета Алексеевна тоже не откажется приучаться к жизни вне дворцовых стен, – Александр коротко глянул на князя. – Она на этих днях прибудет. И первое, куда я ее поведу, это местный рынок. Признаться, далеко не безынтересно гулять среди народа и самому что-то покупать. А в Крым… в Крым мы с вами отправимся во второй половине октября.

– Хорошо, Ваше Величество, – кивнул князь. – Всегда к вашим услугам.

* * *

В конце сентября Таганрог встречал прибывшую сюда императрицу. На следующий день в Доме для приезжих, официально именуемом теперь, как Вотчина императора, состоялся бал. Городское начальство даже не поскупилось на живописные фейерверки. Судя по всему, императрице выбранное самодержцем место понравилось. Да и не могло не понравиться, поскольку климат Таганрога всегда славился мягкостью температурных перепадов и воздухом, приправленным удивительными запахами местных трав.

Государь решил поездку в Крым отложить до двадцатого октября, потому что к этому времени в Таганрог должен был прибыть Федор Кузьмич, личный камергер императора. Поскольку Федор Кузьмич был родом из этих мест, то он не утерпел и отпросился на пару недель к родственникам в столицу Донского казачества Черкасск. Император же не желал отправляться в путь без своего камергера. К тому же Федор Кузьмич бывал раньше в Крыму и мог пригодиться при выборе места для царской резиденции.

Смешно сказать, но казак-камергер принимал в решении государственных проблем немалую роль. Это, безусловно, вызывало ревность у многих приближенных к царю вельмож. Например, тот же Аракчеев, несмотря на уравновешенность характера и холодный ум, относился к Федору Кузьмичу, как к чему-то необходимому в мебельном царском гарнитуре. Но, к счастью, Аракчееву помешали быть при царе свои собственные неурядицы, и Государь решил отправиться в путь с Федором Кузьмичом.

В двадцатых числах октября камергер вернулся к таганрогскому двору царя и сразу же включился в работу. Пока император вместе с прибывшей Елизаветой Алексеевной посещали Азов и устье Дона, они с князем Воронцовым разработали и представили Государю предполагаемый маршрут путешествия. За десять – двенадцать дней предстояло посетить Симферополь, Алупку, Ливадию, Ялту, Бахчисарай, Евпаторию, Севастополь, Балаклаву и Свято-Георгиевский пещерный монастырь. Посещение мужского монастыря князь Воронцов умышленно вставил в конец путешествия, ибо Государь хотел обстоятельно пообщаться с игуменом Агафангелом, а это могло вылиться в несколько лишних дней.

Чуть не испортил путешествие граф Витт, прибывший к императору с докладом о тайном обществе заговорщиков. Он возглавлял систему политического сыска в Государстве Российском и через своего агента получил известие о существовании антимонархического общества на юге страны. Князь Воронцов с отличавшей его прямотой высказался о неуместном либерализме Государя по отношению к заговорщикам, но в то же время успокоил царя тем, что все члены общества давно известны и в ближайшее время они не смогут причинить беспокойства.

Александр Благословенный сделал вид, что успокоительные речи на него подействовали, и отдал распоряжение о выступлении в путешествие по Крыму на следующее утро. Тут же по всей вотчине императора прокатилась волна волнений и беспричинной суеты. Царица вместе с фрейлиной Валуевой и княжной Волконской занимали восемь комнат дворца, Государь две комнаты в другом крыле. А меж женской и мужской половиной находился зал для приемов и походная церковь. Вот здесь-то и сталкивались волны женской заботы о муже, проснувшейся в царице, и мужская беспечность, свойственная императору с детских лет.

Но все волнения благополучно окончились. Государь отправился в путь, сопровождаемый придворными и обозом. Императрица на крыльце царского дома, прячась от фрейлин, перекрестила мужа вослед, что было у нее впервые в жизни. Она до сих пор никогда не испытывала чувства щемящей тоски и невозвратной грядущей потери, какие испытывала сейчас.

Царь изволил отправиться в путь верхом. Он обернулся в седле и помахал рукой царице, что тоже случилось впервые. Так Государь не прощался ни с кем, даже отправляясь в поход в 1812 году. Но ни император, ни императрица не придали сейчас этому происшествию никакого внимания. Все это вспомнится несколько позже, ведь человеческая память не позволяет исчезнуть неприметно никаким жизненным происшествиям.

Дорога в Симферополь не отпечаталась в сознании царя ничем примечательным. Не поразил его и сам город, поскольку походил на множество уездных городов, разве что лишь несколько двухэтажных особняков задержали внимание императора на несколько минут. А вот в прибрежной зоне отдыха Александра удивил средневековый армянский монастырь Сурб-Хач и Генуэзская крепость в Судаке. Отметил он также имение князей Гагариных в Партените, но из всех осматриваемых мест русскому царю больше всего понравилась усадьба в Ливадии. Именно Ливадия много позже станет резиденцией русских царей в Крыму.

Гораздо больше времени Александр уделил Севастополю и обосновавшемуся там русскому Черноморскому флоту. Город на несколько дней стал для императора местом пребывания, и по вечерам Государь часто отправлялся на прогулки по побережью. В такие минуты он желал побыть один. Видимо, государственные заботы и здесь не оставляли его.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию