Заложники - читать онлайн книгу. Автор: Энн Пэтчетт cтр.№ 9

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Заложники | Автор книги - Энн Пэтчетт

Cтраница 9
читать онлайн книги бесплатно

Позже господин Осокава рассказывал, что глаз не сомкнул всю ночь напролет. Однако Гэн прекрасно слышал, как после четырех часов ночи он периодически похрапывал: тихонько и с присвистом, как будто сквозняк гулял в дверных щелях. И это похрапывание вселяло в Гэна спокойствие. Похрапывание раздавалось в разных концах комнаты: люди проваливались в сон кто на десять минут, кто на двадцать, но при этом лежали покорно, вытянувшись на спине. Аккомпаниатор очень медленно, так что никто даже и не заметил, стянул с себя пиджак и сделал из него нечто вроде подушечки, которую он подложил под голову Роксаны Косс. Всю ночь напролет грязные ботинки шаркали рядом с ними, переступали через них.

Когда гости вечером укладывались на пол, это было своего рода прелюдией разворачивающейся драмы, а к утру страх полностью сковал их уста. Они просыпались с настойчивой мыслью о том, как выйти из ситуации, но ничего толкового придумать не могли. Грубая щетина за ночь покрыла подбородки мужчин, лица женщин были перепачканы расплывшейся от слез косметикой. Нарядная одежда измялась, узкие туфли натерли ноги. Спины и бедра болели от долгого лежания на твердой поверхности, шеи не ворочались и отчаянно ныли. И всем без исключения хотелось в туалет.

Помимо тех страданий, которые испытывали все заложники, господина Осокаву терзала мысль о собственной ответственности. Ведь все эти люди собрались на его день рождения. Согласившись на этот прием, он подверг опасности столько жизней! Пришли несколько служащих компании «Нансей», включая Якиро Ямамото, руководителя отдела развития, и Тецуа Като, старшего вице-президента. Пришли вице-президенты Сумитомо Банка и Банка Японии, Сатоши Огава и Йошики Аои. Пришли из чувства уважения к нему, несмотря на персональные и настоятельные напоминания господина Осокавы о том, что они не обязаны этого делать. Принимающая сторона прислала им отдельные приглашения, объясняя, что празднуется день рождения их самого ценного клиента, и поэтому они обязательно должны на нем быть. Им звонил лично посол Японии. Теперь он сам лежал на половичке в дверном проеме.

Однако более всего господин Осокава переживал из-за Роксаны Косс, хотя и понимал, что неправильно ценить одну жизнь выше, чем другую. Она приехала в эти ужасные джунгли исключительно для того, чтобы для него петь. Каким тщеславием с его стороны было думать, что он заслуживает такого подарка. Ему вполне достаточно было слушать ее записи. Ему более чем достаточно было видеть ее в Ковент-Гарден и в Метрополитен-опера. Почему это ему взбрело в голову, что лучше увидеть ее совсем рядом, вдохнуть запах ее духов? Оказалось, отнюдь не лучше. Акустика гостиной, если уж быть абсолютно честным, искажала ее голос. Он почувствовал крайнюю неловкость, когда заметил чрезмерно развитые мышцы ее рта, когда увидел вблизи ее широко открытый рот с влажным розовым языком. Нижние зубы ее были неровными. Честь, оказанная ему, ничего не стоила в сравнении с тем вредом, который мог быть ей причинен, и не только ей, но и всем остальным. Он попытался слегка поднять голову, чтобы увидеть ее. Она лежала недалеко, потому что во время концерта он стоял посреди комнаты. Сейчас ее глаза были закрыты, хотя ему показалось, что она не спит. Ее нельзя было назвать красивой женщиной, если взглянуть на нее объективно, особенно в тот момент, когда она лежала на полу гостиной. Все ее черты казались крупноватыми для ее лица: нос чуть-чуть длинный, рот слишком широкий. Глаза тоже были слишком большими, но это никак нельзя было поставить ей в упрек. Они напоминали ему голубые цветы риндо, растущие по берегам озера Нагано. При мысли об этом он улыбнулся и хотел было поделиться своей мыслью с Гэном. Вместо этого он взглянул на Роксану Косс, лицо которой он без устали изучал на программках ее концертов и на упаковках дисков. Да, ее плечи несколько покаты. Да, ее шея, пожалуй, могла быть и подлиннее. Шея подлиннее? Он обругал самого себя. О чем он думает? Какое это имеет значение? К тому же ни один человек не способен смотреть на нее объективно. Даже те, кто видел ее сегодня впервые, еще до того, как она начала петь, нашли ее лучезарной, словно ее талант не вмещался полностью в ее голос и просачивался, как свет, через кожу. Со своего места он видел только блеск ее тяжелых волос, бледно-розовую щеку и прекрасные руки. Аккомпаниатор поймал взгляд господина Осокавы, и тот быстро отвернулся. Террористы начали поднимать некоторых заложников и заставляли их следовать за ними. Господину Осокаве было легко притвориться, что он интересуется именно этим обстоятельством.

К десяти часам утра среди заложников началось перешептывание. Не так уж трудно перекинуться словечком-двумя с соседом, если с улицы доносится такой грохот, а гостей одного за другим выводят в холл. Именно по этому поводу и началось перешептывание. Вначале все решили, что их куда-то уведут и там расстреляют, возможно, это произойдет в саду за домом. Виктор Федоров указал пальцем на пачку сигарет в кармане своего пиджака и поинтересовался, позволят ли затянуться перед расстрелом. Он чувствовал, что с его лба на затылок стекают ручейки пота. Пожалуй, если ему позволят покурить, умирать будет не так страшно. Затем заложники замолкли в ожидании своей участи, но тут вернулась первая группа. Улыбаясь, вернувшиеся что-то шептали своим соседям, и слова «туалет», «ванная» облетели все помещение.

К каждому был приставлен один сопровождающий: заляпанный грязью, вооруженный до зубов молодой террорист. Некоторые из этих молодых людей просто шли рядом с заложниками, другие вели себя агрессивно. Парень, приставленный к Роксане Косс, не схватил ее за плечо, а сжал ее ладонь, так что, выходя из гостиной, они напоминали влюбленных, отыскивающих пустынный уголок на берегу моря. Этот террорист был гораздо менее красивым, чем парень, державший ее руку вчера вечером.

Тем не менее некоторые все еще были уверены, что их вот-вот расстреляют, перед их мысленным взором снова и снова вставали картины того, как их выводят в ночи за дверь и стреляют в голову. Но Роксана Косс не думала ни о чем подобном. Может быть, кому-то и уготована такая участь, но только не ей. Вряд ли они убьют оперную певицу. Она приготовилась быть любезной, не отнимала свою руку, но была уверена, что в нужное время выйдет на свободу. Она улыбалась, когда парень открывал перед ней дверь туалета. Она даже не удивилась бы, если бы он вошел за ней следом. Но он не вошел. Она заперла дверь, села на стульчак и разрыдалась. Длинными волосами она утирала слезы, всхлипывала, заходилась в судорожных спазмах. Будь проклят ее агент, который убедил ее, что ради таких денег стоит согласиться на это выступление! Шея ее затекла, она чувствовала, что находится на грани простуды, да и попробуй не простудись, проведя целую ночь на полу. Но разве она не играла Тоску? Разве она не прыгала столько вечеров подряд со стены замка Святого Ангела? Играть Тоску тяжелее, чем спать на полу. После освобождения она будет петь только в Италии, Англии и Америке. «Италия», «Англия» и «Америка» – она повторяла эти три слова раз за разом, пока не успокоилась и не перестала плакать.

Сесар, вооруженный мальчишка, который ждал ее в холле, не ломился в дверь, чтобы поторопить, как поступали с другими гостями. Он прислонился к стене и воображат себе, как она склоняется сейчас над краном, как полощет рот. Он рисовал себе ее мокрое лицо и руки, которые держал маленький кусочек мыла в форме раковины. Мысленно он все еще слышал ее пение и даже пытался напевать запомнившиеся слова, чтобы скоротать время: «Vissi d'arte, vissi d'amore, non fece mai male ad anima viva!» Даже странно, что эти звуки в его мозгу звучат так отчетливо. Да, она не торопится с умыванием, но что можно спрашивать с такой женщины? Она подлинный самородок. Ей нельзя мешать. Когда она наконец вышла из ванной, ее руки были холодными, влажными и слегка дрожали. «Visi d'arte», – хотел он ей сказать в знак приветствия, но не знал, что это значит. После того как он проводил ее на место возле пианино, увели аккомпаниатора, но тут же возвратили обратно. Он выглядел значительно хуже остальных гостей: мертвенно-бледное лицо, красные круги вокруг глаз. Хильберто и Франсиско, самые крупные из бойцов, крепко держали его с двух сторон. Они буквально волочили его за собой. Сперва все решили, что он попытался совершить побег через окно или дверь, и его хорошенько скрутили, но, когда его вернули на место, стало видно, что колени его подкашиваются, как ватные, и совершенно не держат вес тела. Он соскользнул на пол, будто в обмороке. Террористы что-то объясняли Роксане Косс по-испански, но она по-испански не понимала.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению