Враги. История любви - читать онлайн книгу. Автор: Исаак Башевис Зингер cтр.№ 58

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Враги. История любви | Автор книги - Исаак Башевис Зингер

Cтраница 58
читать онлайн книги бесплатно

Маша кричала: "Вот вы как хотели! Враги! Мерзкие враги!"

Она хватала ртом воздух и сгибалась, как будто собиралась упасть. Соседка уронила трубку и схватила Машу за плечи. Она потрясла ее, как трясут кричащего ребенка, чтобы он снова смог набрать в грудь воздуха.

"Убийцы!"

Глава десятая
1

Пришел врач, тот самый, который приходил к Маше, когда она думала, что беременна, и сделал Шифре Пуа укол. Потом приехала скорая помощь, и Маша поехала вместе с Шифрой Пуа в больницу. Через несколько минута в дверь постучал полицейский. Герман рассказал ему, что Шифру Пуа увезли в больницу, но он ответил, что пришел в связи с ограблением. Полицейский спросил фамилию Германа и его адрес и какое отношение имеет он к проживающей здесь семье. Герман что-то промямлил и побледнел. Полицейский подозрительно поглядел на него и спросил, когда он приехал в Америку и есть ли у неге американской гражданство. Он записал что-то в блокнот и ушел. Соседка снова забрала свою подушку и простыню. Герман ждал Машиного звонка из больницы, но прошло два часа, а телефон молчал.

Настал вечер; во всей квартире, за исключением спальни, было темно. Герман вывернул лампочку в спальне, чтобы перенести ее в свою комнату, но ударился о косяк и услышал, как зазвенела нить накала. Он ввернул лампу в ночник, но она не горела. Он пошел на кухню, чтобы поискать спички и свечи и ничего не мог найти. Он стоял у окна и смотрел в небо. Дерево, каждый лист которого несколько часов назад отражал игру солнечного света, стояло черное в темноте. Одна-единственная звезда поблескивала на красноватом светящемся небе. Кошка осторожными шагами пересекла двор и пробралась мимо груд железа и мусора. Издали доносились крики, шум уличного движения и приглушенное громыхание подземки. На Германа нашла меланхолия, чернее которой в его жизни не бывало. Он не мог всю ночь оставаться один в этой опустошенной, неосвещенной квартире. Если Шифра Пуа умерла, ее дух, может быть, явится сюда.

Он решил пойти и достать где-нибудь несколько лампочек. Кроме всего прочего, он не ел с самого завтрака. Он вышел из квартиры, а когда дверь захлопнулась за ним, обнаружил, что забыл ключ. Он обыскивал карманы, прекрасно зная, что ключа не найдет. Он оставил его на столе. В квартире зазвонил телефон. Герман надавил на дверь, но она была заперта. Звонки не прекращались.

Герман нажал да дверь изо всех сил, но она не желала отворяться, а телефон все звонил.

"Это Маша! Маша!" Он даже не знал, в какую больницу она повезла Шифру Пуа.

Телефон перестал звонить, но Герман все не уходил. Он раздумывал, не взломать ли ему дверь. Он был уверен, что телефон зазвонит снова. Он подождал пять минут и пошел вниз. Когда он выходил из парадного, телефон зазвонил опять и звонил много минут не переставая. Герману казалось, что в настойчивых звонках он слышит Машину ярость. Он видел ее искаженное страданием лицо.

Возвращаться не имело смысла. Он пошел в сторону Тремонт-авеню и дошел до кафетерия, где Маша работала кассиршей.

Он решил выпить чашку кофе, а потом вернуться и ждать Машу на лестнице. Он подошел к стойке. Он ощупал карман жилетки и обнаружил ключ, но это был ключ от его квартиры в Бруклине.

Он решил, что чем пить кофе, он лучше позвонит Тамаре, но все будки были заняты. Он попытался взять себя в руки. "Даже вечность не беспредельна", — пронеслось у него в голове. "Если у космоса не было начала, то одна вечность уже прошла". Герман посмеялся над собой. "Снова парадоксы в стиле Зенона". Одна из трех телефонных будок освободилась. Герман поспешил занять ее. Он набрал номер Тамары, но никто не отвечал. Он забрал монетку обратно и, не раздумывая, набрал номер своей бруклинской квартиры. Тут он услышит родной голос, пусть даже этот голос прозвучит враждебно. Ядвиги тоже не было дома. Он подождал, пока телефон прозвонит десять раз.

Герман сел за пустой стол и решил подождать полчаса, а потом позвонить в Машину квартиру. Он вытащил из кармана лист бумаги и попытался рассчитать, сколько времени он и Маша смогут просуществовать на деньги, которые у них есть. Это была бессмысленная затея, потому что он не знал, сколько стоят билеты на автобус. Он считал, прикидывал, царапал картинки и каждые несколько минут смотрел на наручные часы. Сколько он получит, если продаст их? Не более доллара.

Так он сидел и пытался сделать выводы. На сеновале у него была иллюзия, что мир принципиально изменится, но ничего не изменилось. Та же политика, те же фразы, те же лживые обещания. Профессора и дальше пишут книги об идеологии убийства, социологии пытки, философии преступления, психологии террора. Инженеры изобретают новое смертоносное оружие. Болтовня о культуре и справедливости отвратительней, чем варварство и несправедливость."Я сижу по шее в дерьме и сам дерьмо. Выхода нет", — пробормотал Герман. "Учить? Чему тут учить? И кто я такой, чтобы учить?" Ему

было также плохо, как вчера вечером на вечеринке у рабби. Через двадцать минут Герман набрал Машин номер, и она ответила.

До ее голосу он понял, что Шифра Пуа умерла. Голос был беззвучный; полная противоположность тому сверхдраматическому стилю, в котором она говорила об обыкновеннейших вещах.

Все-таки он спросил: "Как дела у твоей мамы?"

"У меня нет мамы", — сказала Маша.

Оба молчали.

"Где ты?", — спросила Маша через некоторое время. "Я думала, ты дождешься меня".

"Господи Боже, когда это случилось?"

"Она умерла по пути в больницу. Ее последние слова были:

"Где Герман?" Где ты? Возвращайся скорее".

Он выбежал из кафетерия, забыв отдать чек кассирше, и она громко ругалась ому вслед; он швырнул ей его.

2

Герман ожидал, что у Маши будут соседи, но никого не было. Квартира была такой же темной, какой он ее оставил. Они молча стояли рядом друг с другом.

"Я вышел купить лампочки и захлопнул дверь", — сказал он. "У тебя есть где-нибудь свечка?"

"Зачем? Нет, она нам на нужна".

Он отвел ее в свою комнату. Там было не так темно. Он сел на стул, а Маша села на край кровати.

"Кто-нибудь уже знает?", — спросил Герман.

"Никто не знает, и никого это не касается".

"Мне позвонить рабби?"

Маша ничего не ответила. Он уже думал, что она, в своем горе, не слышит его, но внезапно она сказала: "Герман, я этого не вынесу. С этим делом связаны формальности, и к тому же они стоят денег".

"Где рабби? Все еще в санатории?"

"Когда я уезжала, он был там, но собирался куда-то лететь. Я не знаю, где он".

"Я попробую позвонить ему в санаторий. У тебя есть спичка?"

"Где моя сумочка?"

"Если ты принесла ее с собой, я ее найду".

Герман встал и отправился на поиски. Он все ощупывал перед собой, как слепой. На ощупь он нашел на кухне стол и стулья. Он решил было пойти в спальню, но побоялся. Может, Маша оставила свою сумочку в больнице? Он вернулся к Маше.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению