В общем-то, в те годы таким виражом судьбы никого не
удивишь, случались кульбиты и похлеще. А в случае с контрабандистом
Зелимхановым, думается, все обстояло предельно просто: соответствующие органы
прихватили его за незаконным промыслом и поставили перед выбором: работаешь на
нас или тебя и твою семью ждут неприятности. Разумный человек вряд ли станет
выбирать неприятности. Профессия переводчика, понятное дело, была нужна для
обеспечения легальности, а на самом деле Мурат Зелимханов стал сотрудником
советской разведки под кодовым именем Шах. Семья Зелимханова (видимо, в
качестве заложников) осталась в родном Грозном, но навещал он семью часто,
благо Иран от Чечни находился не за тридевять земель, а весьма даже недалече. А
в свободное от переводов время Мурат Зелимханов в основном работал по курдскому
направлению.
Еще с середины девятнадцатого века курды бредили созданием
независимой Курдской республики на стыке Ирана, Ирака и Турции, с
присоединением северной границей к Азербайджану. В тридцатые годы двадцатого
века курдские сепаратисты представляли собой грозную силу, единственной бедой
которой была разобщенность курдов и непомерные амбиции вождей курдских племен.
Поэтому Центром была выбрана верная тактика ставки на лидера: поддержка
наиболее влиятельного шейха, укрепление его силы и авторитета деньгами и
оружием. Вот это и было основным заданием Мурата Зелимханова – передавать
деньги и оружие. Курды были нужны Советскому Союзу, как запасной сильный козырь
в политической игре на Востоке.
Однако козыри на стол надо выбрасывать своевременно, поэтому
Центр сохранял с курдами тесный контакт и хорошие отношения, от курдов
требовалось, чтобы они находились в готовности выступить по первому сигналу.
Однако Советы не спешили давать отмашку к восстанию. И, как выяснилось, не
спешили они на беду Мурату Зелимханову.
В конце тридцатых при дворе правящего в Иране Реза-шаха
Пехлеви безраздельно царили прогерманские настроения. Окружение шаха, с которым
давно и плотно работала германская разведка, склоняло правителя Ирана к
военному союзу с немцами. На работу с окружением шаха экономные немцы денег не
жалели – слишком уж велика была заинтересованность Берлина в иранской нефти.
Началась подготовка личной встречи шаха с Гитлером, во время которой и
собирались оформить военно-политический союз Ирана и Германии.
Но у шаха был сын по имени Мохаммед, каковой видел будущее
Ирана в возвращении к модели девятнадцатого века, когда его страна находилась
под русско-британским контролем. Мохаммед, разумеется, скрывал свои
политические взгляды ото всех, кроме особо близких приятелей. А приятели те,
были, что интересно, сплошь англичанами. С ними он вполне откровенно рассуждал
о том, что отец ведет страну в пропасть, что его политика накличет на Иран
великие беды, но ничего поделать нельзя, потому что власть может перейти к сыну
только после смерти Реза-шаха, а шах здоров как бык и никакой беды с ним
приключиться не сможет, потому как он самый охраняемый в Иране человек, ну и
все в таком духе.
В общем, англичане намек поняли. Что ж, история старая как
мир…
Как и положено честным бриттам, англичане в первую голову
озаботились тем, чтобы отвести от себя все возможные подозрения, для чего
следовало создать убедительную легенду. Лучше фанатика-убийцы из курдских
сепаратистов легенды было не придумать: тут тебе и мотивы, и поводы, и никаких
вопросов ни к британцам, ни к законному наследнику опустевшего престола. Но
курды находились под советским влиянием…
Словом, ничего другого не оставалось английской резидентуре
в Иране, как обратиться за помощью к советским коллегам, благо цели сторон в
данном случае полностью совпадали – во что бы то ни стало вывести Иран из-под
германского влияния. И, крепко подумав, советская сторона одобрила нелегальный
союз. Англичане брались обеспечить подход к самой охраняемой персоне Ирана,
советская сторона должна была предоставить исполнителя.
Так в игру вступил Мурат Зелимханов – ему предстояло
подобрать исполнителя, то бишь курдского фанатика-убийцу. Однако, как зачастую
бывает, когда в дело вовлечено слишком много людей, да еще и из разных, и по
природе своей враждебных контор, где-то образовалась протечка. И в который уж
раз произошла невидимая остальному миру, бесшумная, но, тем не менее, кровавая
стычка спецслужб, разведок и контрразведок. В этой войне людей-невидимок одним
из первых убили Мурата Зелимханова, деда нынешнего полевого командира, на счету
которого жизни многих российских солдат, чьи деды защищали на своих участках
фронтов ту же Родину, что и Мурат Зелимханов на своем.
Все перепутано в этом мире…
* * *
– Ну? Чего замолк? Ждешь, что я начну клеймить
москальские спецслужбы? – после паузы спросил Стробач. – Дескать, вы,
русские, всегда так работаете, подставляете и предаете?
– Ждать не жду, но ведь ты и вправду так думаешь?
Стробач покачал головой:
– Я думаю, что все спецслужбы так работают. Хотя
москальские методы, тут ты прав, сто очков вперед дадут многим иным, уж поверь
специалисту…
– Ой, да ладно! Ваши методы точно такие же. Даже в
политике.
– Это с чего это?
– А я объясню. Помнишь девяносто третий? Тогда были
«красно-коричневый» Хасбулатов – чеченец, и честнейший борец за демократию по
фамилии Ельцин. Правильно? А у вас сейчас что? Янукович-рецидивист, потому что
по молодости кому-то в репу заехал и отсидел за это, – и благороднейший
рыцарь Ющенко… Так что все то же самое, Стробач, ничего не меняется… Я даже
думаю, что и сценаристы те же самые.
– Ох, не хочу я спорить на эти темы, тем более с
дураком, – неприязненно бросил Тимош. – Но только вот что тебе скажу.
У меня знакомый есть, он «серые» компьютеры гнал через границу. Без всяких
документов – отслюнявил таможеннику положенную денежку и свободен. А в марте Ющенко
вдруг перетасовал таможенников между отделами, СБУшниками разбавил – и лавочка
накрылась. Так мой приятель кучу времени и денег угрохал, чтобы найти кому
можно взятку сунуть. Не нашел, поверишь ли. Плюнул и решил попробовать законно
работать. И выяснилось, что это ненамного дороже! НДС заплатил да тринадцать
гривен в УкрЧастотНагляде отдал – и все! И работай! И так везде стало! Так что…
Очень вовремя зазвонил телефон. Мазур, который уже и не рад
был, что затеял этот пустопорожний разговор, нажал на кнопку соединения, сказал
в микрофон: «Мазур».
– Идите вверх по улице, – мужской голос говорил на
английском. – Дойдете до перекрестка, встанете напротив обувного магазина.
Подъедет серый «рено», сядете в него. Все, отбой.
– Отбой так отбой, – пробормотал Мазур, пряча телефон
в карман. Повернулся к Стробачу: – Пошли, тут недалеко… специалист.