Поверхностное натяжение - читать онлайн книгу. Автор: Джеймс Блиш cтр.№ 20

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Поверхностное натяжение | Автор книги - Джеймс Блиш

Cтраница 20
читать онлайн книги бесплатно

– Ну что, Агронски, – проговорил Кливер, выплевывая слова, будто пули после операции без наркоза в Гражданскую войну. – Нравится тебе такая картинка?

– Нравится, – медленно, но решительно отозвался Агронски; эта его особенность – высказывать то, что думает, стоит только попросить – всегда казалась Руис-Санчесу в высшей степени похвальной, хотя могла и до белого каления доводить. – В том, что говорит Майк, безусловно есть смысл. Странно, если б его не было; понимаешь, о чем я? К тому же еще одно очко в его пользу: он высказал что думает безо всяких предварительных ухищрений.

– Да не будь таким тупицей! – не выдержал Кливер. – Кто мы, ученые или бойрейнджеры какие-нибудь? Да любой разумный человек принял бы те же меры предосторожности против большинства слезливых доброхотов!

– Может, и так, – сказал Агронски. – Впрочем, не уверен. Что в этом глупого – быть доброхотом? Что, хотеть добра – это неправильно? По-твоему, лучше быть злохотом – что бы это, черт возьми, ни значило? И мне как-то до сих пор кажется, что все эти твои «меры предосторожности» происходят от слабости аргументации. Что до меня, то терпеть не могу, когда мною пытаются манипулировать; и когда обзывают тупицей, кстати, тоже.

– Да послушай, ради бога…

– Нет, теперь послушай ты, – на одном дыхании выпалил Агронски. – Прежде чем успеешь еще как-то меня обозвать, довожу до твоего сведения, что, по-моему, несмотря ни на что, прав все же ты, а не Майк. Методы твои мне не нравятся, но цель кажется разумной. Согласен, главные твои доводы Майк разнес в пух и прах. Тем не менее, что касается моего мнения, можешь пока считать, что лидируешь – но не более чем на нос.

Он умолк, тяжело дыша и неприязненно глядя на физика.

– На нос, Пол. Не более того. Имей в виду.

Микелис пожал плечами, прошагал к своему пуфу и сел, неуклюже зажав ладони между коленей.

– Я сделал все, что мог, Рамон, – проговорил он. – Пока, похоже, ничья. Посмотрим, что получится у тебя.

Руис-Санчес набрал полную грудь воздуха. От того, что сейчас сделает, ему будет больно до конца жизни, пусть даже и время – лучший лекарь. Принятое решение уже стоило ему долгих часов раздумий и мучительных сомнений. Но он верил, что так надо.

– Я не согласен ни с кем из вас, – произнес он, – разве что отчасти с Кливером. Я тоже считаю, что в докладе Литию следует отнести к категории «Три-Е». Но не только. С расширением «Икс-один».

У Микелиса от изумления глаза чуть не вылезли из орбит. Даже Кливер явно не мог поверить собственным ушам.

– «Икс-один»… – хрипло сказал Микелис – Но это же карантин. Между прочим…

– Совершенно верно, Майк, – прервал его Руис-Санчес. – Я голосую за то, чтобы запретить всякие контакты литиан с человеческой расой. И не только на ближайшее время, не на столетие там, другое – а навечно.

VIII

Навечно.

Слово это не вызвало взрыва негодования, которого Руис-Санчес так опасался и на который в глубине души рассчитывал. Очевидно, слишком они уже устали. Прозвучавшее заявление, похоже, оглушило их и кануло в пустоту – словно бы настолько выбивалось из привычного порядка вещей, что теряло всякий смысл вообще. Трудно сказать, кто был более ошарашен – Кливер или же Микелис. С уверенностью Руис-Санчес мог сказать одно: первым опомнился Агронски и теперь буквально прял ушами, старательно давая понять, что готов слушать, как только Руис-Санчес одумается.

– Ну, – начал Кливер, как-то по-стариковски мотнул головой и снова: – Ну…

– Пожалуйста, Рамон, объяснись, – произнес Микелис, стискивая и разжимая кулаки. Голос его был все так же бесстрастен, но Руис-Санчесу показалось, что он различает нотки боли.

– Да, конечно. Но, предупреждаю, разговор будет долгий и… путями окольными. То, что я должен сказать, представляется мне чрезвычайно важным; я не хочу, чтоб оно было с порога отринуто как следствие моего специфического образования или предрассудков – может, и любопытное как патология, но не имеющее к нашей проблеме прямого отношения. Свидетельство тому, чем я должен с вами поделиться… подавляющее. По крайней мере, меня оно подавило, и совершенно против моей воли.

Сухой, наукообразный тон преамбулы вкупе с интригующим подтекстом сделали свое дело.

– А еще надо, чтобы мы поняли, – вставил Кливер, к которому вернулась толика его всегдашнего нетерпения, – будто свидетельство это религиозное и лопнет, как мыльный пузырь, если сразу взять и выложить.

– Да тихо ты, – сосредоточенно сказал Микелис. – Слушай.

– Спасибо, Майк. Хорошо, начнем. По-моему, этот мир – то, что в просторечии именуется подставой. Сейчас я вкратце объясню, что имею в виду – точнее, как пришел к такому выводу… Итак: Лития – сущий рай. Чем-то она походит на другие планеты, но больше всего напоминает Землю до Адама, до первого ледникового периода. На этом сходство кончается, поскольку здесь ледниковый период так и не наступил, и жизнь продолжалась как в раю, чего на Земле дозволено не было.

– Миф, – кисло сказал Кливер.

– Я пользуюсь терминологией, с которой знаком лучше всего; пожалуйста, возьмите другую – и увидите, что ничего не меняется. Лес тут совершенно смешанный; беспрепятственно сосуществуют растения, которые развивались в самые разные ботанические периоды: цикады бок о бок с цикладелиями, хвощ гигантский – с цветковыми деревьями. В основном это относится и к животным. Не то чтобы лев лежал рядом с ягненком, но аллегорически можно выразиться и так. Паразитизм случается куда реже, чем на Земле, а крупных хищников почти нет – разве что в море. Наземные животные, ныне живущие, почти поголовно травоядные – а растительный мир так тонко, изощренно, типично по-литиански организован, что растения если и «враждуют», то скорее с животными, чем друг с другом… Это необычная экология, и самое странное в ней – рациональность; предельная, чуть ли не маниакальная зацикленность на двусторонних отношениях. Может показаться, будто вся эта планета не сотворена, а сочинена – своего рода балет по мотивам теории множеств… И живет в здешнем раю доминирующее создание, литианин, человек Литии. Создание это рационально. Оно подчиняется – словно бы по природе своей, без принуждения или указаний свыше – высочайшим этическим нормам, какие только есть на Земле. Нормы эти не нуждаются в каком-то юридическом закреплении; получается так, будто все следуют им как чему-то совершенно естественному, хоть явно никто ничего и не формулировал. Ни преступности, ни каких бы то ни было иных отклонений от нормы нет и в помине. При этом ни в коем случае не скажешь, будто все литиане вылеплены по одному шаблону – что было бы нашим, очень скверным и только лишь частичным решением сей этической дилеммы; напротив, они высокоиндивидуальны. В жизни их нет места принуждению – но антиобщественных поступков почему-то никто не совершает. Даже слов таких в литианском нет.

Магнитофон пискнул – негромко, но пронзительно, – объявив, что вставляет новую пленку. Длиться вынужденная пауза должна была секунд восемь, и Руис-Санчес вдруг решил этим воспользоваться. Когда магнитофон снова издал писк, священник быстро проговорил:

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию