Как не храбрился Айоро, но все же предпочел лечь на заботливо приготовленные носилки.
– В комнату, дорогой? – спросила супруга, поправляя халат.
– В баню, – буркнул сотник.
Служанка госпожи спрыгнула с повозки, прихватив узелок, внутри которого что-то звякнуло.
– Не забудь, перед тем как будешь снимать повязки, помажь раствором едкого кульчатника, – строго наказала Айоро.
– Конечно, госпожа, – поклонилась та.
– Я думаю, ей не помешает помощь? – вполголоса спросила Сайо и, дождавшись кивка госпожи, громко крикнула: – Симара, возьми белье господина и бегом в баню! Поможешь Аби!
– Уже бегу, моя госпожа, – служанка, подхватив подол платья, помчалась догонять спешащих слуг.
– А ты, моя госпожа? – спросила девушка у опекунши. – Не желаешь смыть дорожную пыль?
– Потом, – отмахнулась Айоро. – Вот устрою господина и, не торопясь, вымоюсь.
Они стали подниматься по ступеням к главному входу. Женщина окинула взглядом здание.
– Ты покрасила дом? – спросила она.
– Только фасад, моя госпожа, – ответила воспитанница. – Краска кое-где облупилась.
– А у меня все времени не было, – грустно проговорила Айоро и спросила: – Где Махаро?
– Ей сегодня хуже, моя госпожа, – вздохнула Сайо. – Она даже не смогла встать, чтобы тебя встретить.
– Тогда пойдем к ней, – решила госпожа.
В комнате управительницы царил полумрак. Шторы были задернуты, на столе тускло горел светильник, отравляя и без того затхлый воздух. Махаро лежала с выражением вселенской скорби на постаревшем лице.
– О, моя любимая госпожа Айоро-ли! – встретила она их появление жалобным воплем. – Я растеряла последние остатки здоровья и даже не могу поприветствовать тебя как положено! Прости меня, добрая госпожа!
– Что ты, Махаро-ли! – всплеснула руками Айоро. – Я сама пришла поздороваться и узнать о твоем драгоценном здоровье.
– Недолго уж мне осталось по земле ходить, – тяжело вздохнула управительница. – Скоро призовет меня на суд Вечное Небо.
– Я уверена, ты еще поправишься, Махаро-ли, – успокоила ее госпожа.
– Нет, моя добрая Айоро-ли, – управительница громко всхлипнула. – Пора тебе подыскать мне замену. А я уйду на покой.
– Куда? – вскинула брови госпожа.
– Твоей великой милостью у меня скоплено немного денег, – по щекам Махаро неудержимо текли слезы. – Буду доживать свой век где-нибудь в пригороде.
– Давай поговорим об этом позже, – замахала руками Айоро.
– Как ты только пожелаешь, о моя добрая госпожа, – управительница плакала.
– Бедная женщина, – вздохнула госпожа, когда они вошли в сверкавшую чистотой гостиную. Тут их встретила бледная Ция с подносом в руке.
Госпожа взглянула на чайные приборы и покачала головой.
– Вначале я хочу посмотреть на комнату господина Айоро.
Казалось, еще миг, и несчастная служанка рухнет без чувств.
– Отнеси поднос на кухню и жди нас здесь, – приказала Сайо, опасаясь, как бы та и в самом деле не грохнулась в обморок.
– Да, госпожа, – Ция вышла из ступора.
– Это и есть твоя новая служанка? – спросила Айоро, поднимаясь на второй этаж.
– Да, моя госпожа, – подтвердила воспитанница. – Конечно, если ты позволишь.
– Она миленькая, – проговорила опекунша.
– И старательная, – добавила Сайо. – Только очень застенчивая.
– Для служанки это скорее достоинство, – сказала Айоро, открывая дверь в спальню.
– Все сделано как ты приказала, госпожа, – девушка не без гордости оглядела комнату.
– Ты умница, Сайо-ли, – похвалила ее опекунша. – Только прикажи поставить здесь вазу со свежими фиалками. Лекарь сегуна Хайдаро рекомендовал мужу вдыхать их аромат для скорейшего выздоровления.
– Непременно, моя госпожа, – поклонилась девушка.
Они спустились в гостиную, где Сайо отдала Цие распоряжение насчет цветов. В коридоре послышались громкий мужской голос и тихий скрип. В дверях показалось кресло на колесиках. Только позавчера Фусан привез его от мастера мебельщика. Это было еще одно из «воспоминаний» Алекса.
– Вот теперь чувствуется, что я дома! – вскричал сияющий чистотой Айоро. На его бледном лице светилась счастливая улыбка.
– А как же вы доставите господина в спальню! – госпожа гневно уставилась на Алекса и Тотигу, толкавших кресло сзади.
– Одну секунду, моя госпожа, – поднял руку художник. – Сейчас.
Слуги прикрепили к креслу широкие ремни и, закинув их на плечи, легко оторвали кресло от пола.
– Прямо домашний паланкин! – засмеялся довольный Айоро.
Несмотря на то что еще вчера утром она велела для испытания втащить на второй этаж в этом кресле Фусана, Сайо немного беспокоилась за господина. Но тот легко перенес транспортировку.
– Ты славно придумала, – похвалил воспитанницу сотник, после того как слуги аккуратно уложили его на постель.
– Оставьте кресло здесь, – приказал он Тотиге, собиравшемуся вывезти его из комнаты.
Госпожа Айоро заботливо прикрыла мужа одеялом. Он вздохнул и проговорил, закрывая глаза:
– Что еще у вас нового?
– Госпожа Махаро тяжело больна и просит отпустить ее на покой, – ответила супруга, присаживаясь на табурет.
Сотник открыл глаза.
– И куда она собралась?
– Говорит, хочет купить дом в пригороде, – пожала плечами госпожа Айоро.
– Как хочет, – сотник зевнул. – Я думаю, пока ты не отыщешь подходящую кандидатуру, Сайо прекрасно управится с делами усадьбы.
– Благодарю за доверие, мой господин Айоро, – девушка встала и низко поклонилась.
– Только не забудь о моих бумагах, – многозначительно проговорил раненый.
– Я почти разобрала их, – ответила Сайо. – И как только тебе станет лучше, готова представить полный отчет.
– Уже! – всерьез удивился сотник.
– Да, мой господин, – с плохо скрываемой гордостью подтвердила девушка. – Я внесла кое-какие новшества для ускорения процесса и более наглядного отражения сведений…
– Потом, – прервала ее Айоро. – Потом все расскажешь. Видишь, господину пора отдохнуть.
– Прошу простить, моя госпожа, – смутилась девушка и, поклонившись, заспешила к двери. Опекунша последовала за ней. У самой двери она обернулась.
– Дорогой, Сайо хочет взять новую служанку. Ты не возражаешь?
– Ты сама ее видела? – спросил сотник, зевая.
– Да, – кивнула супруга.