Без единого выстрела - читать онлайн книгу. Автор: Андрей Воронин cтр.№ 71

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Без единого выстрела | Автор книги - Андрей Воронин

Cтраница 71
читать онлайн книги бесплатно

— Сейчас, — сказал Чек, не отрывая взгляда от экрана ноутбука. — Я уже заканчиваю. Мне нужно буквально две минуты.

Баландин кивнул, сунул пистолет под мышку, как градусник, и принялся закуривать сигарету, ловко орудуя своими беспалыми клешнями. На Чека он не смотрел, сосредоточив все свое внимание на проходившей в десятке метров от их убежища грунтовой дороге.

По мнению Чека, осторожность Баландина граничила с паранойей. Даже если бы на дороге ни с того ни с сего появилась машина, водитель и пассажиры ни за что не сумели бы разглядеть их сквозь непролазную гущу кустов. Что это были за кусты, Чек не знал и знать не хотел, но они надежно скрывали их с Баландиным от нескромных взглядов, почти сплошным кольцом охватывая заросшую бурьяном крохотную полянку. На противоположной стороне высилось небольшое строение, сложенное из черных от времени и непогоды бревен. Оно вросло в землю по самые окна, шифер с крыши давно разворовали предприимчивые дачники, но на трухлявой стене слева от пустого дверного проема все еще висела побитая ржавчиной табличка, утверждавшая, что когда-то здесь размещалось отделение связи.

Чек знал, что, выйдя из укрытия, увидит за этим строением еще несколько вросших в землю гнилых халуп без крыш, слепо уставившихся на зарастающую сорняками улицу пыльными бельмами грязных окон. Деревня умерла и была похоронена — при въезде в нее даже не осталось таблички с названием, — и, хотя до ближайшего дачного поселка было не больше полутора километров, здесь царила мертвая тишина, как будто дело происходило на обратной стороне Луны. Даже шустрые и всеядные дачники давно перестали заглядывать сюда, поскольку здесь не осталось ничего, что можно было бы отодрать и уволочь на собственном горбу или в багажнике машины.

Тем не менее, укрепленный на трухлявом покосившемся столбе телефонный распределительный шкаф все еще был жив. Его ржавая дверца болталась на одной петле, внутри было полно сухих прошлогодних листьев и принесенного ветром мусора, но, наудачу воткнув разъем модема в гнездо, Чек обнаружил, что старая жестянка еще дышит. Это было чудо, но Чек воздержался от бурных выражений восторга. В последнее время он сильно повзрослел, как-то подсох и осунулся, а разговаривал только тогда, когда в этом была необходимость. Баландин не был приятным собеседником, да и пожиравший Чека изнутри огонь нельзя было потушить словами.

Раньше он даже не подозревал, что такое возможно — жить с огнем внутри. Ему казалось, что это просто образ, ради красного словца придуманный нечистыми на руку литераторами и советскими поэтами-песенниками, но теперь он почти физически ощущал наполнявший грудную клетку сухой жар.

Баландин по-прежнему сидел на корточках, дымя сигаретой и задумчиво почесывая худую загорелую шею стволом пистолета. В этой позе он мог сидеть часами, нисколько при этом не уставая. Чек как-то попробовал, но ему не понравилось: через пять минут у него затекли колени, а через десять стало ломить спину так, словно в поясницу ему с размаха загнали заостренный кол. Баландину же такая поза, казалось, на причиняла ни малейшего неудобства.

Закончив сеанс, Чек отключил модем, захлопнул крышку компьютера и аккуратно смотал провода. Можно было уходить, но Баландин не двигался, целиком уйдя в какие-то свои мысли, и Чек воспользовался этой краткой передышкой, чтобы еще раз проанализировать то, что он уже сделал и что намеревался предпринять.

В том, что он успел натворить, Чек видел очень мало смысла. Знай он, что ему предстоит охота на собственного работодателя, он ни за что не затеял бы аферу с Аверкиным, которая, как он сейчас понимал, была задумана второпях, кое-как, а проведена и того хуже. Теперь он вообще не понимал, зачем ввязался в это дело. Видимо, решил Чек, ему было на роду написано прожить неспокойную жизнь. Не будь Аверкина, решил Чек, я непременно придумал бы что-нибудь еще — возможно, еще более глупое и самоубийственное, чем игра в кошки-мышки с ГРУ. А потом возник Баландин с его леденящей внешностью и историей, которая напрямую касалась Чека. В то, что хромой волк возник в его жизни случайно, Чек не верил. Возможно, где-то — может быть, на небе, а может, и в гораздо более теплом местечке, — все-таки существовала некая сила, призванная вершить правосудие. И если ему довелось родиться на свет только для того, чтобы послужить орудием этого правосудия — что ж, так тому и быть…

И еще он хотел увидеть, как умрет Рогозин. Он не знал, зачем ему это, но чувствовал, что не сможет успокоиться до тех пор, пока убийца его сестры будет топтать землю. Собственная одержимость немного пугала его, он не ожидал от себя ничего подобного. В конце концов, уговаривал он себя, мертвым место на кладбище, а живые должны жить. Нельзя двигаться вперед, глядя на то, что осталось позади — так недолго и шею свернуть. И, тем не менее, успокоиться он не мог.

Возможно, подумал Чек, во всем виноват Баландин. Он же сумасшедший, и его сумасшествие заразно. Я просто заразился от него, как заражаются гриппом и скарлатиной… и СПИД ом тоже, между прочим. Вот именно, СПИДом. Эта болезнь не проходит сама собой. Она может длиться годами, но в конце концов инфицированный все равно умирает. И я умру, понял Чек. Сколько мне осталось: месяц, неделя, час? Что это будет: пуля, нож или вылетевший из-за угла огромный «чероки» Канаша? Он понял, что это, его не волнует. Главное, успеть расплатиться с Рогозиным…

Маме он сказал, что уезжает в длительную командировку, и постарался выбросить ее из головы. Как ни странно, это ему удалось. Он жил странной жизнью, почти лишенной эмоций и переживаний — без страха, без радости, без угрызений совести, с одной лишь спокойной ненавистью и желанием убить, которое постепенно стало привычным фоном всех его мыслей я чувств.

— Заснул, сява? — не оборачиваясь, спросил Баландин. — Минут пять уже сидишь, как пенек у дороги, даже моргать перестал.

Чек тряхнул головой, отгоняя невеселые мысли.

— У тебя что, глаза на затылке? — спросил он, вставая с земли.

— Они у меня везде, — ответил Баландин, заталкивая пистолет в глубокий карман брюк. — Пошли, что ли?

Чек кивнул, подхватил сумку с ноутбуком и поднял лежавший в сторонке обрез. Баландин собственноручно обкорнал украденное у Агнессы Викторовны ружье, укоротив стволы и отпилив украшенный резьбой приклад. Чек наблюдал за этой варварской операцией совершенно равнодушно: глупо сожалеть об испорченном ружье, когда его хозяйка осталась лежать в замусоренной кухне брошенного жильцами дома, где ею наверняка успели полакомиться крысы, а может быть, и ее собственная кошка, прежде чем кто-нибудь нашел ее тело.

Обрез был заряжен самодельной картечью, которую Чек и Баландин вместе нарубили из куска толстой стальной проволоки. Когда Баландин на пробу пальнул этой картечью в одном из заброшенных домов, в дощатой перегородке возникла дыра, в которую можно было свободно просунуть руку. «Незаменимая штука для ближнего боя, — сказал Баландин, вручая Чеку обрез. — Главное, что целиться не надо. Куда ни попади, клиенту все равно крышка. Если сразу не подохнет, то кровью истечет наверняка. Следи, чтобы эта штука всегда была под рукой. Только яйца себе не отстрели, грамотей».

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению