Юбилей ковчега - читать онлайн книгу. Автор: Джеральд Даррелл cтр.№ 5

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Юбилей ковчега | Автор книги - Джеральд Даррелл

Cтраница 5
читать онлайн книги бесплатно

Все это видят наши друзья — зверей, про которых знали раньше, и таких, о существовании которых и не подозревали, — и они спрашивают, как и для чего нами собрана эта коллекция. Мы отвечаем, что она насчитывает более тысячи особей и девяносто процентов наших питомцев относятся к угрожаемым видам, привезены из самых разных уголков земли. Вымирание грозит им главным образом из-за деятельности человека, по их положению можно судить о том, как мы обращаемся с нашей планетой. Нами руководит стремление предоставить убежище этим тварям, ради этого я и учредил собственный зоопарк.

В самые трудные первые годы я настойчиво проводил в жизнь свой план — сделать зоопарк научным учреждением, преследующим благие цели. Однако, прежде чем станет возможным учредить задуманный мной Трест, чьим штабом будет зоопарк, необходимо было рассчитаться с долгами. Хотя доходы от посетителей постоянно росли, на горизонте упорно чернело облако тех проклятых двадцати пяти тысяч фунтов. Было совершенно очевидно, что никак нельзя учреждать Трест, вешая на него такой долг. Чтобы не тормозить процесс, следовало действовать решительно; мои книги продолжали пользоваться успехом, посему я взял на себя обязательство по возвращению займа, таким образом Джерсийский трест охраны диких животных мог начинать свое существование, не обремененный долгами.

И вот наступил тот великий день в 1963 году, когда мы собрались в темных покоях Королевского суда в Сент-Хелиере, чтобы услышать, как нас регистрируют в качестве юридического лица. В полумраке сновали, будто черные вороны, законники в длинных мантиях и в париках, напоминающих белые шляпки грибов в сумеречном лесу. Они переговаривались вполголоса на своем странном профессиональном языке, таком же непонятном, как английская речь времен Чосера, а на бумаге не менее загадочном, чем свитки Мертвого моря, и временами почти таком же архаичном. Наконец мы вышли, щурясь от весеннего солнца, на волю и поспешили в ближайшую гостиницу — отметить тот факт, что Джерсийский трест охраны диких животных из мечты стал явью.

Нам предстояло еще изрядно поработать, чтобы Трест преуспевал. Требовалось наладить и расширить членство, без чего не может жить ни одна организация; дело непростое и трудоемкое. К счастью, нашу задачу облегчало то, что я тщательно хранил все письма с похвалой в мой адрес. Теперь мы обратились к их доброжелательным авторам, и я рад сообщить, что очень многие согласились стать членами — учредителями Треста. (Вообще же с той поры по день написания этих строк число членов Треста, живущих в разных концах земли, достигло двадцати тысяч.) Одна из первых наших задач после учреждения Треста была довольно печального свойства. Коллекция насчитывала изрядное число видов животных, которым не грозило вымирание, которых я приобретал, работая для других зоопарков, или навязанных нам. Они занимали драгоценную площадь, на их содержание уходили деньги, между тем и для первого, и для второго можно было найти лучшее применение. Требовалось «очистить» нашу коллекцию от широко распространенных видов и где-то их пристроить. Избавляться от животных, коих ты сам выкармливал или с коими за много лет успел сдружиться, — неблагодарная задача, но у нас не оставалось выбора, если мы хотели, чтобы Трест мог делать то, ради чего был создан. Дополнительную трудность создавало очень уж малое количество зоопарков, куда я согласился бы передать моих зверей. На всех Британских островах таковых можно было сосчитать на пальцах одной руки.

В этот день с утра мы с Джереми Молинсоном совершали обход нашей территории, настроившись быть беспощадными при отборе животных, от коих надлежало избавиться. Джереми занимает должность директора зоопарка, он был временно зачислен в штат вскоре после открытия зверинца, и эта временная работа длится уже тридцать лет. Природа наградила его орлиным носом, желтой шевелюрой и васильковыми глазами, а к нашим питомцам он относился так, будто лично произвел на свет каждого из них. Привычка называть своих знакомых обоего пола «хорошими экземплярами» свидетельствовала, что для него стирается грань между работой и повседневной жизнью.

Первая остановка — у загона тапиров. Эти южноамериканские животные размерами напоминают шотландских пони, а видом — этакий гибрид древней лошади и мини-слона с укороченным хоботом. За их странные подвижные носы наша пара получила клички Клавдий и Клодетта; детеныша мы назвали Нероном. Завидев нас, вся троица затрусила к ограде, издавая приветственный писк — совсем неожиданный звук для таких бочонков шоколадного цвета. Почесывая ухо Клавдия, я вспомнил, как впервые увидел его кротко и уныло восседающим в окне одного зоомагазина в Буэнос-Айресе. Скудные познания в испанском языке вынудили меня обратиться за помощью к одной из самых красивых женщин, каких я когда-либо знал, — к Бебите Феррейра. С важным видом она вплыла в пропыленную лавку и, пустив в ход все свое обаяние в сочетании с практичностью, какой позавидовала бы работорговка, в несколько секунд покорила сердце хозяина, так что Клавдий достался нам за полцены.

После чего Бебита надела свои длинные белые перчатки, которые сняла, чтобы не мешали торговаться, и величественно удалилась; я смиренно следовал за ней, ведя Клавдия на поводке. Она жестом остановила такси, но когда водитель обнаружил, что Бебита собирается везти с собой Клавдия, на лице его появилось выражение ужаса.

— Сеньора, бичо не положено возить в такси, — сказал он. Бичо — весьма удобное южноамериканское слово, подразумевающее любых диких животных.

Бебита наградила водителя взглядом, каким, должно быть, королева Виктория удостаивала своих подданных, когда бывала не в духе.

— Это не бичо, — холодно молвила она, — это тапир.

— Нет, это бичо, — упорствовал таксист, — дикий свирепый бичо.

— Он не дикий, не свирепый и не бичо, — возразила Бебита. — Но если ты отказываешься заработать тридцать песо, я не сомневаюсь, что найдутся другие таксисты.

— Но… полиция…— ответил водитель, в душе которого корыстолюбие сразилось с инстинктом самосохранения.

— Полицию я беру на себя, — отрезала Бебита, и вопрос был решен.

У нас Клавдий уже дважды становился отцом, и более красивого тапира мне не доводилось видеть. Пока я чесал его ухо, он вдруг с громким вздохом упал на спину, точно подстреленный, давая понять, чтобы я почесал также его животик. Я послушался, а вечно голодный Нерон принялся жевать ухо своего родителя, отчего тот вскочил на ноги, негодующе фыркая. Джереми сообщил мне, что никак не может найти подходящий зоопарк, куда можно было бы передать Клавдия с его семейством, и я изобразил на лице огорчение, хотя в душе был только рад этому известию.

Затем мы подошли к загону пекари, где Хуанита успела уже произвести на свет целый выводок этих южноамериканских свиней. Я приобрел Хуаниту еще поросенком в провинции Жужуй на севере Аргентины, и пока моя коллекция животных добиралась поездом до Буэнос-Айреса, она заболела воспалением легких. В городе для моих зверей нашлось убежище на территории Музея естественной истории; сам же я поселился у одного моего друга. Разумеется, Хуанита въехала к нему вместе со мной, чтобы я мог за ней ухаживать. Она была очень плоха, и я был уверен, что Хуанита не выживет. Между музеем и квартирой моего друга располагался квартал публичных домов, и там на улице Венти-Чинко-де-Марцо находился музыкальный бар Олли, куда мы наведывались в перерывах между работой в наших зверинцах, чтобы подкрепиться кувшином-другим вина. Девицы Олли вскоре проведали о наших с Давидом занятиях и о бедственном состоянии Хуаниты. Каждый вечер они с предельной чуткостью справлялись о ее здоровье и наперебой предлагали маленькие подарки для Хуаниты (приобретенные, как я полагаю, на доходы, кои люди назвали бы «нечестивыми») — шоколадные конфеты, инжир, авокадо, вареную кукурузу. И как же они ликовали, когда я сообщил, что Хуанита решительно идет на поправку. Одна из девушек прослезилась, так что пришлось ободрить ее стаканчиком бренди, а сам Олли угостил напитками всех собравшихся за счет заведения. Что бы ни говорили о падших женщинах, попади я в больницу, был бы не прочь стать предметом искренней любви и заботы дев из бара Олли. Теперь же я с радостью услышал от Джереми, что он затрудняется найти новое прибежище для наших пекари.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению