Каллум кивнул:
– Вы храбрый человек, Батлер!
Тот бросил мрачный взгляд на исполненных подозрения художников, которые его сюда приволокли:
– Офицер Дженкс, я тот, кем обязан быть.
Глава 14
На встречу с Нэшем Изабел взяла с собой Люси. Они поехали на Бедфорд-сквер в надежде, что дом им понравится. Она передала Нэшу, что приедет около полудня, до того как нанесет ряд визитов.
Дом понравился ей с первого взгляда: серый кирпич, три этажа, дверь обрамлена декоративным камнем, слуховые окна под скатом крыши, крытой сланцевым шифером. Тротуар перед домом широкий и чистый, ветви деревьев свешивались через ограду сквера… И… и кажется, она слышит птичьи трели? Здесь? Посреди Лондона?
Листья шептали «да».
На скамейке в сквере сидела гувернантка с коляской. Девочка лет девяти гонялась за бабочкой.
Изабел старалась сохранять бесстрастный вид, но в душе хотела этот дом с совершенно незнакомой яростной жаждой.
– Мне хотелось бы увидеть комнаты, – попросила она сдержанно.
Дверной молоток сняли, мебель была продана, слуг распустили и дом заперли.
Изабел постукивала ногой по ступеньке крыльца: так не терпелось войти, но Нэш долго возился с ключами в поисках нужного.
Внутри все было так, как она представляла. Да, лепнина была местами повреждена и краску следовало обновить, но комнаты первого этажа оказались просторными, деревянные панели – красивыми, полы в вестибюле – мраморными, а в коридоре и комнатах – паркетными.
Но именно запах в утренней комнате подкрепил ее решение купить дом. От нагретых солнцем подоконников шел чуть затхлый запах, от которого в душе словно прозвенел крохотный колокольчик. Так пахли деревянные панели в коридоре дома ее деда и бабки. Они давно умерли, но при жизни искренне любили внучку и были неизменно добры к ней в ее редкие визиты.
Изабел отвела Люси подальше от Нэша и спросила:
– Что ты думаешь о доме? Он тебе нравится?
– Да, если нравится вам, – улыбнулась Люси. Торчащие из-под капора волосы обрамляли ее лицо золотистым гало. – Он очень красивый.
– А если мне не понравится? – допытывалась Изабел. – Ты бы захотела здесь жить?
– О нет! – Голубые глаза широко раскрылись: – О нет! Я не могла бы жить в месте, которое тебе не по душе.
«Живешь же сейчас», – подумала Изабел, но вслух ничего не сказала. Люси зависела от нее во всем, особенно в деньгах, и это делало ее уязвимой. Изабел не должна требовать от нее высказывать свое мнение, потому что Люси боялась ей не угодить.
– Тогда беги наверх и дай мне знать, нашла ли ты спальню себе по вкусу.
Пока Люси осматривала комнаты наверху, Изабел спустилась в цокольный этаж, где были расположены кухня и комнаты слуг, а также подвал для угля, кладовая и буфетная. Для всего хватало места. В высокие окна и сквозь стеклянную крышу проникало много света. Кроме того, в кухне была большая и современная плита.
Да. Этот дом ей подходит. Тот, что на Рассел-сквер, более фешенебельный, более элегантный, более просторный, но подходит именно этот: крепкий, аккуратный, вдвое меньше ее нынешнего дома. Можно уволить ливрейных лакеев, которых Эндрю находил такими необходимыми, и избавиться от армии горничных. Она попросит Селби остаться ее дворецким и произведет лучшую горничную – Полли Энн, конечно, – в экономки, а Селеста по-прежнему будет ее личной горничной.
А самой Изабел останется делать… что?
Она поколебалась, стоя одной ногой на лестнице для слуг, а второй – на полу первого этажа.
Она, разумеется, продаст дом на Ломбард-стрит, как только увезет оттуда свои вещи, но, может, Нэш продаст его с мебелью, если покупатели захотят ее купить?
Как только она устроится здесь – ведь Бедфорд-сквер ближе к Боу-стрит, чем ее старый дом, – Каллум сможет чаще навещать ее.
Хотела ли она этого? И станет ли он отныне частью ее жизни? Казалось, только преступление свело их. Удержит ли их вместе одно лишь уважение, одна лишь симпатия?
Сегодня утром она поехала на Боу-стрит, чтобы увидеть его, и теперь жалела о том, что не сдержала порыв. В обществе считали, что это мужчина должен добиваться женщины, а не наоборот.
Закончив обход цокольного этажа, она встретилась с Люси, которая нашла себе подходящую спальню, а затем отыскала Нэша. Он, очевидно, был счастлив, что она не привезла Бринли, и вообще относился к ней более снисходительно, чем в прошлый раз. Мудрый человек. В Лондоне полно агентов по продаже домов, и если бы Нэш стал задирать нос, она бы просто нашла другого.
– Я решила купить этот дом, – сообщила ему Изабел и назвала сумму, которую была готова заплатить. – Вы будете вести переговоры с хозяевами, мистер Нэш. Убедите их, что они должны продать дом, а не сдать внаем.
– Этим займетесь вы и мистер Нэш, а что буду делать я? – лукаво спросила Люси.
– Сегодня ты будешь повсюду сопровождать меня, – улыбнулась Изабел. – Светские дамы должны соблюдать правила этикета и приличия.
Сейчас именно это она и чувствовала: необходимость соблюдать приличия. Тайны старого дома осели мусором в душе. Этот же дом, пропитанный солнцем и туманом, словно принял ее в свои объятия.
И напоминал о мужчине, который с некоторых пор жил в ее мыслях. Но она, как светская дама, не могла позволить себе произнести его имя.
Батлер оказался прав: в кармане у Фокса лежала записка от леди Изабел – несколько поспешно нацарапанных строк, которые она написала, поняв, что Каллума нет в суде.
«Сегодня собираюсь посмотреть дом на Бедфорд-сквер. Не проводишь меня?
И.».
Только «И.», словно он должен был обязательно узнать, от кого записка. И он узнал. Короткое письмо было таким знакомым и обыденным, что подействовало на него как ведро ледяной воды в лицо. Она хотела, чтобы он взглянул на новый дом вместе с ней? Хотела видеть его в своем мире?
Он сказал, что она не может привести его в свой круг, но теперь Изабел изменяет свой мир и, возможно, все-таки найдет в нем место для него.
Днем он наконец сумел найти время, чтобы отправиться на Ломбард-стрит с запиской в одном кармане и наперстком – в другом. Поднял дверной молоток, постучал, и на пороге тут же выросла тощая фигура дворецкого Изабел.
– Офицер Дженкс! Добрый день!
– Ее милость прислала мне записку, а я сам принес ответ.
– Ее милости нет дома.
Каллум прищурился:
– Ее милости нет дома потому, что она не желает спуститься вниз и встретить гостя? Или ее действительно нет дома?
Уголок губ Селби дернулся:
– Верно последнее. Ее милость приказала мне впускать вас в любое время, если вам вздумается посетить ее, однако сейчас она вместе с агентом смотрит дом, а потом намерена нанести визиты друзьям. Может, войдете и подождете ее?