Я вернусь… - читать онлайн книгу. Автор: Андрей Воронин cтр.№ 5

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Я вернусь… | Автор книги - Андрей Воронин

Cтраница 5
читать онлайн книги бесплатно

– Джордж? – бармен удивился и, кажется, обрадовался. – Я тоже Джордж.

– О! – воскликнул приезжий. – За это надо выпить. Наливай, Джордж!

Они выпили по третьей и прикончили пиво. Клиент, представившийся Юрием или, если угодно, Джорджем, потребовал открыть еще по бутылке. Бармен Джордж беспрекословно подчинился, но сам теперь пил понемногу, предоставляя гостю полную свободу напиваться вдрызг и болтать все, что взбредет на ум. Ему, бармену, было не впервой подыгрывать окосевшим клиентам и выслушивать их пьяные излияния; в данном же случае послушать было не только интересно, но и полезно. Чернокожий бармен Джордж работал третий сезон на этом модном курорте и считал себя непревзойденным мастером по части выпивки. Вряд ли на острове мог найтись человек, способный его перепить. Адское пойло, которое клиент именовал "йоршь", изрядно шумело у Джорджа в голове. Клиент пил больше бармена и, следовательно, находился уже на полпути к тому, чтобы свалиться под стойку.

Из разговора выяснилось, что клиент прибыл из России. До недавних пор у Джорджа было весьма смутное представление об этой стране: снег, медведи, коммунисты и огромные, наполовину разворованные ядерные арсеналы – империя зла, одним словом. Правда, за последние месяцы познания бармена заметно расширились, но он не спешил демонстрировать клиенту свою эрудированность – сначала следовало присмотреться к этому парню. Судя по сложению, легкой хромоте, шраму над левой бровью и в особенности по квадратному подбородку, слова у него не расходились с делом и любые споры он привык решать самым простым и действенным методом, то есть при помощи кулаков. Впрочем, боевые отметины сами по себе ни о чем не говорили: они могли быть получены где и как угодно. Может, он в автомобильную аварию попал или работа у него такая, что то и дело приходится получать по морде. Военный он, к примеру, или полицейский... Копов Джордж не любил, да и всевозможные коммандос, как ему казалось, хороши только в телевизионных боевиках, а в жизни они – обыкновенные чурбаны, несмотря на все свои достоинства... Словом, к этому клиенту надо как следует присмотреться, прежде чем начинать с ним откровенничать. Отчасти работа бармена Джорджа как раз и заключалась в том, чтобы присматриваться к прибывающим на остров туристам, вычленяя из их пестрой разнородной массы нужных людей и тех, кто приехал сюда специально для... ну, словом, неспроста. Земля, как известно, слухом полнится, и в последнее время к стойке Джорджа все чаще прибивало таких клиентов, которые искали необычных впечатлений. Этот парень с квадратным подбородком и шрамом на лбу был, похоже, как раз из них, но бармен не спешил раскрывать ему объятия, потому что тот был русский. Насчет русских его проинструктировали специально: дескать, смотри в оба, потому что русский – это такая сволочь, от которой можно ожидать чего угодно.

В какой-то момент клиент снова объявил, что отказывается пить в одиночку. Глаза у него смотрели в разные стороны, язык заплетался. Он поставил локти на стойку, навалившись на нее всем своим немалым весом, голова у него ушла в мощные плечи, и плел он теперь полную околесицу – весьма, впрочем, любопытную с точки зрения бармена Джорджа. Дабы бурный поток его излияний не иссяк, бармен демонстративно налил себе еще стопку русской водки, добросовестно опрокинул ее и по настоянию клиента запил пивом. После этого он почувствовал, что по-настоящему хочет выпить. Это был тревожный симптом, означавший, что Джордж теряет над собой контроль. Он постарался взять себя в руки, и ему это удалось.

Или показалось, что удалось.

Тем временем перевалило уже далеко за полдень, и в бар потянулись клиенты. Это были, конечно же, вновь прибывшие – старожилы обычно приходили в бар позднее, когда спадала жара. Первыми явились двое пестро и безвкусно одетых толстяков, похожих на два огромных трясущихся куска бледного студня – не то муж и жена, не то брат и сестра. Джордж, поразмыслив, решил считать их братом и сестрой: подумать о том, что эти двое могут, черт возьми, заниматься сексом, было невозможно.

Толстуха опустилась в плетеное кресло, заставив его протестующе скрипнуть, а ее спутник подвалил к стойке за выпивкой, поскольку до выхода на работу официанток оставался еще добрый час. Он дружелюбно кивнул русскому, который мутно покачивался над своей стопкой, и открыл было рот, чтобы сделать заказ, но тут этот чертов белый медведь пьяно вздернул голову, прожег толстяка свирепым взглядом и заплетающимся языком громко обратился к бармену:

– А этому какого дьявола здесь нужно? Здесь что, подают выпивку любому жирному куску дерьма, у которого в кармане водятся трахнутые деньги? Я был о тебе лучшего мнения, Джорджи-бой. Хочешь, я дам ему в морду и выброшу отсюда к чертям?

Похоже, начинались неприятности. Впрочем, бармен Джордж был не просто бармен, и поэтому он начал бормотать умиротворяющую чепуху не сразу, а после коротенькой паузы, во время которой с интересом наблюдал за реакцией толстяка на хамскую выходку пьяного русского.

А реакция была такая, что хуже некуда. Толстяк вздрогнул, скукожился, заметно побледнел и бросил на русского испуганный косой взгляд. Его жирная физиономия разом осунулась и приобрела отсутствующее выражение, словно речь шла вовсе не о нем, а о ком-то, кого здесь не было. Он старательно избегал смотреть русскому в глаза; взгляд у него забегал, и было видно, что он с удовольствием повернул бы глаза таким манером, чтобы они глядели внутрь. Словом, толстяк не хотел неприятностей и не собирался защищать свое достоинство в ущерб своему же здоровью. Это был просто огромный жирный слизняк, и дело тут было вовсе не в жире – бармен видывал толстяков, которые дрались, как звери, – а в том, что русский, увы, говорил чистую правду: мир мало-помалу превращался в гигантскую кучу дерьма, и до конца этого процесса осталось всего ничего. Увы, реакция толстяка не была исключением. По личному опыту бармен знал, что девять человек из десяти повели бы себя на его месте примерно так же, то есть делали бы вид, что ничего не происходит, а потом побежали бы жаловаться в полицию.

Русский между тем сменил тактику. У него явно чесались кулаки; покушение на честь и достоинство толстяка не дало желаемого результата, и он взялся за его спутницу.

– А хороша парочка, – обратился он к бармену. – Скажи мне, Джорджи-бой, ты когда-нибудь трахался со свиной тушей? Нет! – Он заметно оживился. – Что я говорю, свиная туша – это не то... Бегемот? Тоже не то... О! Дирижабль! Ты когда-нибудь пытался трахнуть дирижабль, Джорджи-бой?

Пожалуй, это было уже чересчур. Бармен метнул быстрый взгляд в сторону столика, за которым скучала в ожидании выпивки толстуха, и увидел, что ее лицо покрывается красными пятнами. Пятна эти одно за другим расцветали в самых неожиданных местах: на лбу, на шее, на подбородке. Одно пятно разлилось по левой щеке, в то время как правая оставалась белой, как творог, и от этого казалось, что толстухе только что залепили хорошую оплеуху. Впрочем, бармен готов был поспорить, что за всю свою жизнь эта, с позволения сказать, женщина не получила ни единой пощечины. Такую только тронь – по судам затаскает. Характер у нее, как это часто случается, был гораздо тверже, чем у ее спутника. Она привыкла решать свои проблемы при помощи луженой глотки, которую, видимо, никто и никогда не пытался заткнуть кулаком. "Господи Иисусе, – с тоской подумал бармен, – Пресвятая Дева Мария! Куда катится этот мир?"

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению