Батый заплатит кровью! - читать онлайн книгу. Автор: Виктор Поротников cтр.№ 58

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Батый заплатит кровью! | Автор книги - Виктор Поротников

Cтраница 58
читать онлайн книги бесплатно

— Дай-то Бог! — выдохнул бородатый десятник и перекрестился. — Смоляне денно и нощно об этом Господа просят! Как кличут тебя, воин?

— Терехом меня кличут, — ответил хромоногий, опираясь на древко короткого копья. — Где тут у вас постоялый двор?

— Я вас к воеводе Твердиславу отведу, у него в хоромах места много, — участливым голосом заговорил бородач, с уважением в глазах оглядывая Тереха и его спутников, внешний вид которых говорил о том, что им пришлось пройти через многие опасности, холод, голод и недосыпание. — Ступайте за мной, соколики. Терем Твердислава стоит недалече отсель, на Зелёном ручье.

Жестом руки в толстой перчатке бородатый десятник велел своим стражам поднять копья и пропустить в город юных измученных ратников.

Тереху прежде никогда не доводилось бывать в Смоленске, но он был наслышан о немалых размерах, богатстве и великолепии этого города на Днепре, издавна принадлежавшего князьям из рода Южных Мономашичей. Высокие бревенчатые стены и башни Смоленска, вознесённые на мощные земляные валы, своей неприступностью напомнили Тереху укрепления града Владимира. Кварталы Смоленска, плотно застроенные деревянными домами с высокими маковками и двускатными кровлями, располагались на обширных холмах, раскинувшихся на левобережье Днепра. На самом крутом холме стоял белокаменный пятиглавый Успенский собор с блестящими куполами и золочёными крестами. Рядом возвышался каменный княжеский дворец и белокаменные владычные палаты. Эта возвышенность в центре Смоленска называлась Соборная гора, туда вела Крылошевская улица, начинавшаяся от Крылошевской крепостной башни.

Бородатый десятник, которого звали Корепаном, привёл Тереха и его спутников на улицу под названием Зелёный ручей, протянувшуюся по склону невысокого холма. На вершине этого холма красовалась однокупольная белокаменная церковь. На склоне почти напротив церкви стоял бревенчатый двухъярусный терем с примыкающими к нему дворовыми постройками, обнесёнными тыном.

— Вот и Твердиславовы хоромы! — сказал Корепан, уверенным шагом подходя к теремным воротам.

Воевода Твердислав очень обрадовался, узнав от десятника Корепана, кого именно тот привёл к нему. Велев Корепану вернуться к стражникам у Крылошевских ворот, Твердислав с радушной улыбкой пригласил в трапезную этих нежданных, но столь желанных гостей. Пока челядинцы, суетясь, накрывали на стол, Твердислав тем временем ударился в расспросы. Воеводе хотелось знать, до каких мест добрались татары, преследуя беженцев, ушедших из Торжка. Также Твердислав был озабочен тем, куда двинется Батыева орда после взятия Торжка, к Смоленску или на Новгород? Велико ли войско у Батыя? И долго ли выстоит Торжок?

На вопросы Твердислава отвечал Терех, поскольку все его спутники, едва оказавшись в тёплом помещении и сняв с себя доспехи, заснули как убитые.

— Полагаю, Торжок уже давно сожжён Батыем, — мрачно молвил Терех, сидя на скамье и оглядывая свой шлем, повреждённый ударами татарских сабель. Тут же на скамье лежало оружие Тереха и его панцирь. — А воинство Батыево несметно и неисчислимо, течёт оно как река, заливая землю нашу. Куда двинет дальше Батыга, не ведаю, но на одном месте он долго стоять не будет. Мне думается, от Торжка Батый пойдёт на Новгород по Селигерской дороге или по реке Мете.

— Почто ты так мыслишь? — поинтересовался Твердислав, внимая Тереху с серьёзным и встревоженным лицом.

— Я воюю с татарами с самого начала зимы, воевода, — сказал Терех, отложив шлем. — Сначала я Рязань от нехристей защищал, потом в Переяславле-Залесском с ними бился. Наконец в Торжок меня судьба забросила. На суздальских и рязанских землях татары все города взяли, поэтому у Батыя один путь — на север, к Новгороду. Батый и его братья наслышаны о богатствах Новгорода, эти злодеи узкоглазые не успокоятся, покуда не доберутся до него! Знаю я этих чертей кривоногих! — Терех выругался и добавил: — Я же в плену у татар побывать успел. Насилу от них вырвался!

— Это хорошо, коль татары Смоленск стороной обойдут, — промолвил Твердислав, подсев поближе к Тереху. Он по-заговорщически понизил голос: — Семь лет тому назад от чумы пол-Смоленска вымерло. С той поры население в городе невелико, поскольку люди поразъехались кто куда и обратно вернулись немногие. Ратных людей у меня мало. Коль татары к нам подвалят, то вся надежда на стены городские.

— Слыхал я о вашей беде, воевода, — закивал головой Терех. — Сказывают, Новгород тоже от чумы пострадал. И во Пскове много людей умерло лет шесть тому назад. Однако, поверь мне, татары хуже чумы! Эти нехристи сёла и города дотла сжигают, а людей не просто убивают, но зверски мучают.

— Священники говорят, что это Господь наслал мунгалов на Русь за грехи наши, — печально вздохнул Твердислав. — Вот и князь наш о том же постоянно толкует.

— Кто же ныне княжит в Смоленске? — спросил Терех.

— Святослав Мстиславич, сын Мстислава Старого, — ответил Твердислав с оттенком лёгкой неприязни в голосе.

— Это не тот ли Мстислав Старый, павший на Калке в сече с татарами? — вновь спросил Терех.

— Тот самый, — кивнул Твердислав. — Токмо он не в сече пал, а был задушен татарами в плену. Никчёмно правил Мстислав Старый, будучи киевским князем. Никчёмно он и умер, сложив оружие перед татарами.

— А-а, — негромко обронил Терех, слегка покачав головой.

— В пору княжения Мстислава Старого в Киеве в Смоленске княжил его двоюродный брат — Владимир Рюрикович, пройдоха, каких поискать! — пустился в разъяснения словоохотливый Твердислав, желая посвятить Тереха в подробности княжеских свар и заодно разъяснить ему, каким образом сын Мстислава Старого утвердился в Смоленске. — Владимир Рюрикович тоже ходил с полками на Калку, но сумел выбраться живым из сечи с татарами. Тогда же он перебрался из Смоленска на киевское княжение, узнав, что Мстислав Старый убит татарами. В Смоленске же утвердился другой двоюродный брат Владимира Рюриковича — Мстислав Давыдович. Этот самый Мстислав умер от чумы, которая свирепствовала в Смоленске целый год.

По рассказу Тверди слава выходило, что из-за чумы никто из князей долго не хотел садиться на смоленский стол. В обезлюдевший Смоленск наконец приехал Святослав Мстиславич, поскольку его отовсюду прогнали, как неумелого правителя и никчёмного полководца. Святослав Мстиславич имел слабое здоровье и был трусоват, поэтому даже родные братья сторонились его, а родной отец никогда не брал его с собой в походы.

— Почто же дальняя и ближняя родня не изгоняет Святослава Мстиславича из Смоленска? — спросил Терех. — Ведь среди родичей Святослава Мстиславича имеются дерзкие и храбрые воители. Взять хотя бы его двоюродного брата Ростислава Мстиславича.

— Ты прав, приятель. Ростислав Мстиславич — не чета рохле Святославу Мстиславичу! — согласился с Терехом Твердислав. — Однако закавыка в том, что суздальские князья, Георгий и Ярослав Всеволодовичи, поддерживают Святослава Мстиславича. С суздальскими князьями никто связываться не хочет. Ярослав Всеволодович уже при мучил черниговских Ольговичей, отнял у них Киев.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению