Вечный капитан - читать онлайн книгу. Автор: Александр Чернобровкин cтр.№ 12

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Вечный капитан | Автор книги - Александр Чернобровкин

Cтраница 12
читать онлайн книги бесплатно

— Твое судно? — спросил я.

— Да, — ответил венецианец и закашлялся, прикрыв рот ладонью.

Наверное, туберкулезник. Как ни странно, редко встречаю здесь больных туберкулезом. Может быть, умирают в детстве.

— Что и куда вез? — поинтересовался я.

— Железо, кожи и шерсть в Венецию, — ответил он.

— Зови охрану, — приказал я. — Никого убивать не будем.

— Нет охраны, — сказал он. — Собирался нанять после Гелеспонта. Здесь раньше никто не нападал.

— Тогда экипаж пусть выходит. Пора ложиться на другой курс, — сказал я.

Капитана, отобрав у него ремень с кошелем и прочие ценные вещи, перевели на шхуну. В кошеле были золотые монеты разных стран. Я зашел в капитанскую каюту. Там стояли два сундука, покрытые красным лаком и с медными углами и ручками. Оба были доверху наполнены серебром. Значит, основную выручку купец делал на дорогих венецианских товарах, а в обратную сторону вез деньги и дешевое сырье. Команду, одиннадцать человек, я оставил на нефе, чтобы работали с парусами, поручив присматривать за ними десятерым дружинникам. Сказал венецианским матросам, что в порту их отпустим, только отберем деньги и товары. Каждый вез килограмм по двадцать всякой недорогой ерунды. Им по договору с судовладельцем разрешалось приторговывать. Матросы, конечно, расстроились, что понесут убытки, но и обрадовались, что не окажутся на галерах. Курс мы взяли на Херсон.

Моего так называемого друга, аланского таможенника уже не было. Наверное, решил, что нахапал достаточно, что можно и самому заняться торговлей. На борт шхуны поднялся крепкий рослый гот без головного убора, с выбритым лицом и затылком. Было ему лет сорок, но не имел ни единого седого волоска, что для этой эпохи, когда пятидесятилетний считается долгожителем, большая редкость. Одет не богато, но добротно. Видимо, только недавно откупил эту должность. Значит, поблажек от него не дождешься. Впрочем, я не собирался посвящать его в свои дела, а потому и отстегивать.

— Оба судна твои? — спросил таможенник.

— Да, — ответил я. — Ничего здесь продавать не буду, только куплю кое-что.

— Что именно? — поинтересовался гот.

— Вино, посуду дорогую, бумагу, лошадей, — перечислил я. — Налог заплатит продавец. Или у вас стали взимать пошлины по-другому?

— Нет, всё по-старому, — сказал таможенник. — Заплатишь за стоянку в гавани и у причала.

— Само собой, — согласился я.

Про то, что собираюсь получить выкуп за венецианского купца и его судно с грузом, говорить не стал. Отстегивать херсонцам не входило в мои планы.

— Что-то пусто у вас стало, — заметил я, потому что у причалов стояло всего два торговых судна, неф и галера.

— Совсем торговля захирела, — согласился таможенник. — Латиняне переманили всех в порты, которые на востоке, ближе к ним.

— Генуэзских купцов тоже здесь нет? — спросил я.

— Куда от них денешься?! Это они выжили других купцов из нашего города. Теперь вся торговля заморская в их руках, — с плохо скрытым раздражением рассказал таможенник.

— Тут до тебя раньше алан служил. Где он сейчас? — поинтересовался я.

— Утонул, — ответил гот. — Купил судно большое, трехмачтовое, нагрузил до отказа и поплыл в Константинополь. Уже на подходе к Босфору попал в бурю и утонул вместе с судном. Перевернулось оно. Несколько матросов спаслось, рассказали, как было дело.

Видимо, у алана был плохой грузовой помощник, неправильно рассчитал метацентрическую высоту. Хотя в эту эпоху даже слов таких не знают, на глаз грузят. Да и судно было несчастливое. Я сразу это почувствовал. Бывают такие. Когда я начинал морскую карьеру, в Черноморском пароходстве было судно, с которым постоянно что-нибудь случалось: то на мель сядет, то столкнется с другим судном, то навалится на причал и сильно его побьет или себя, то загорится, то команда наклюкается технического спирта и перемрет. Никто из капитанов не продержался на нем больше двух рейсов. А в те времена такой залет — это крест на карьере. Так что некоторые капитаны, когда их направляли на это судно, предпочитали написать заявление на увольнение по собственному желанию. С чистым послужным списком работу найдут, пусть и похуже. Да и лучше плохая работа, чем сидеть в тюрьме.

В генуэзской фактории заправлял мой старый знакомый. Он теперь заправлял здесь. Одет все также скромно. Мне даже показалось, что на нем те же сандалии, что и несколько лет назад. Генуэзец сразу узнал меня.

— Опять иудейское судно захватил? — спросил он.

— Венецианское. С грузом железа, кож и шерсти, — ответил я. — Могу продать вместе с купцом, а можешь дать ему кредит под большой процент. Второй вариант рискованнее, но выгоднее.

— Сколько ты хочешь? — задал он вопрос.

Я назвал сумму.

— Часть возьму товарами, — добавил я и перечислил, что именно и сколько хотел бы купить.

— Пойдем посмотрим на судно и груз и поговорим с венецианцем, — предложил генуэзец.

Вообще-то генуэзцы и венецианцы ненавидят друг друга. Это яркое чувство они пронесут сквозь века, в двадцать первом оно еще не потухнет, хотя уже будет только чадить. Но в других странах помогают друг другу. Принцип «свой-чужой» меняется в зависимости от того, где находишься. На улице свои — это те, кто живет с тобой в одном доме, в городе — с твоей улицы, в стране — из твоего города, в мире — из твоей страны, в Солнечной системе — с планеты Земля и т. д. Купцы быстро нашли общий язык, который у них обоих итальянский, то есть, исковерканная латынь, только диалекты разные. Правда, спорили долго и яростно, размахивая руками и брызгая слюной. Оба остались недовольны. Значит, надуть друг друга не удалось.

На каких условиях договорились, не знаю, но генуэзец сказал мне:

— Становись к причалу, начнем погрузку твоих товаров.

Два дня мы грузили заказанное мной. На третий генуэзец привез остаток золота, точнее, большую его часть. Напоследок сказал:

— Ты оказался прав на счет того, большого, судна. А это как, не утонет раньше времени?

— Не должно, — ответил я, — но в море всякое может случиться.

— Это точно, — согласился он, — но, кто не рискует, тот в море не выходит.

Я заплатил таможеннику за стоянку шхуны у причала и отчалил. За неф пусть платит его хозяин. Он ставил свое судно к причалу. За время перехода в Херсон груз уплотнился, осел, в трюме появилось свободное место. Будут догружать, чтобы заработать побольше.

Дул норд-ост балла четыре. По голубому небу медленно плыли большие белые облака. Они надолго закрывали солнце, давая нам отдохнуть от палящих лучей. Мы подняли все паруса и со скоростью узла три-четыре направились к Днепро-Бугскому лиману. Курс был полный бейдевинд правого галса. Переход намечался легкий, так сказать, прогулочный. Разве что возле Тарханкута, как обычно, немного потреплет. Мои дружинники сидели на палубе, обсуждали, кто и на что потратит свою долю добычи. Я пошел в каюту, чтобы подсчитать, сколько достанется на эту долю. Поход оказался не самым удачным, но даже по самым скромным прикидкам того, что получит каждый дружинник, хватит на хороший дом и безбедную жизнь в нем в течении двух-трех лет. Впрочем, у всех моих дружинников уже есть дом, лошадь и корова, а у кого-то скота намного больше. Уже сейчас могут уйти со службы и жить спокойно и припеваючи. Никто не уходит. Жадность — неизлечимая болезнь.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению