Зеленые погоны Афганистана - читать онлайн книгу. Автор: Андрей Мусалов cтр.№ 19

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Зеленые погоны Афганистана | Автор книги - Андрей Мусалов

Cтраница 19
читать онлайн книги бесплатно

По возвращении в полк к полетам нас допустили не сразу. Снова подняться в небо удалось только осенью. Сначала было страшно, особенно когда вертолет начинал вибрировать на посадочном режиме. Страх держался почти полгода. Каждый раз приходилось переламывать себя, заставлять себя не бояться. Через полгода страх ушел, и я стал летать нормально.

Между тем, работы день ото дня прибавлялось. Душманы постоянно активизировались, боевые операции шли одна за другой. Как на любой войне случались потери. В октябре 1981 года во время операции в Куфабском ущелье погибли ребята из Марыйского полка — экипаж Скрипникова. Мы прекрасно отдавали себе отчет, что следующий вылет может стать последним для каждого из нас, но старались об этом не думать. Хотя иногда смерть проходила очень близко.

В марте 1982 года очередная операция проводилась в городе Тулукане. На окраине Тулукана располагался старый аэродром. В районе этого аэродрома скопилось большое количество боевиков. В самом Тулукане находилась десантно-штурмовая группа пограничных войск. Для ее прикрытия была собрана большая авиагруппа. Сначала было проведено бомбометание, затем последовала высадка десанта.


Зеленые погоны Афганистана

Пограничный Ми-8 наносит удар НУРСами — неуправляемыми реактивными снарядами


Накануне операции я был включен в состав экипажа капитана Николая Мизина. Наш вертолет перед высадкой десантников должен был «обработать» ракетами позиции душманов, расположенные в домах-мазанках, окружавшими место высадки. В ходе боя мы совершили несколько заходов на позиции противника. Душманы активно отстреливались. Было видно, как из оконных проемов сверкали вспышки от выстрелов. Командир старался поразить их НУРСами. Я вел огонь из автомата, закрепленного на шкворневой установке, из заднего левого блистера. Прикрывал машину с задней полусферы.

В какой-то момент мы атаковали очередной дом, с укрывшимся в нем противником. Когда легли на боевой курс, выяснилось, что ракеты закончились. Опорный пункт подавить не удалось и душманы ударили по нам из всех стволов. Такой треск пошел! По нам били из пулеметов и автоматов. В этот момент сказалось мое личное везение. При выходе с боевого курса, я направился на свое штатное место — в пилотскую кабину. Только отошел, как буквально тут же то место, где я находился за секунду до того прошили две пули, и ушли в потолок. Когда вернулись в Пяндж, осмотрел пробоину. Пули прошили пол, и немного не дойдя до двигателя, застряли в перегородке. Не отойди я вовремя, оказался бы на траектории этих пуль. Повезло!

Вообще, поначалу везло не только мне, но и всей части. За первые два года войны в Душанбинском полку не было ни одной потери. Потери были только в Марыйском полку. Мы очень гордились этим обстоятельством, и, как сглазили! В какой-то момент в Мары потери снизились, а в нашем полку пошли по нарастающей. В целом начале восьмидесятых, нам, вертолетчикам, воевать было проще, чем в 85—86-м годах. Поначалу афганцы считали, что вертолетчикам сверху видно все. Они сразу прятались и не поднимали головы, пока мы не улетим. Позже они поняли, что мы далеко не так всемогущи. К концу 83-го года душманы осмелели, стали стрелять по бортам из стрелкового оружия, гранатометов. Еще больше ситуация ухудшилась с появлением ДШК и «Стингеров». Во время операций в Тулукане и Куфабском ущелье противник огрызался достаточно агрессивно.

Лично для меня очередной «пиковый» момент случился в один из дней весны восемьдесят третьего года. В один из дней мы парой полетели с площадки в Московском отряде. Нужно было провести разведку в районе Рустака и подыскать площадку для высадки десанта. Я был в составе экипажа Сергея Быкова. Летели на «буфете» — невооруженном варианте Ми-8. Из вооружения было только личное оружие — автоматы. Второй вертолет в паре был такой же.

Вылетели рано утром. Вскоре подходящая площадка обнаружилась. При подборе площадки высоко в горах обязательно следует уточнить какое у нее превышение над уровнем моря. Проверяется это просто — необходимо на эту самую площадку сесть — на высотомере будет виден метраж. Словом. Мы стали садиться на эту площадку. Вдруг вижу — прямо на площадке оборудован духовский опорный пункт. Душманы спросонья не ожидали такой наглости, разбегались во все стороны как тараканы.

Я кричу Сергею:

— Прямо под нами окопы!

Мы в этот момент шли вниз. Быков тут же поднял шаг-газ, однако вертолет продолжал «сыпаться» вниз. Лопасти молотили что есть сил, но машина снижалась — воздух-то разрежен. Мы уже коснулись передней стойкой земли, и только после этого пошли вверх. В эти секунды душманы пришли в себя и стали стрелять. Я, как назло, перед вылетом уступил свое место подполковнику-разведчику из Московского отряда и даже дал ему свой бронежилет, а сам сидел в грузовой кабине. Пули стали прошивать машину, словно та была из картона. Стало очень даже не по себе. Но несмотря на обстрел, нам удалось поднять вертолет и уйти. Когда вернулись домой, наш «буфет» был как решето. Одна пуля прошила обшивку около затылка. Еще одна вошла где-то за моей спиной. Она шла точно в голову пилота, но застряла в перегородке между тягами. Да еще разведчику порвало сапог. Повезло!

Заслуги моих боевых товарищей не остались незамеченными. Помню, как мы гордились за свой полк, когда его наградили орденом Красной Звезды. Правда, наших коллег — Марыйский авиаполк поощрили более высокой наградой — орденом Боевого Красного Знамени. Но это и понятно почему, тот полк был одним из старейших в пограничных войсках — основан еще в 1936 году. Зато пилоты — Герои Советского Союза, появились только в Душанбинском полку!

В июле 1983 года я приехал к новому месту службы — в Воркуту. Для меня началась новая глава жизнь. Служба за полярным кругом отличалось от всего, чем приходилось заниматься до того. Начать с того, что экипажи летали в составе четырех человек. К штатному составу добавлялся бортмеханик, выполнявший роль радиста. На вертолет устанавливалась мощная ламповая радиостанция. Расстояния на Севере огромные, ретрансляторов было мало. В случае плохой слышимости можно было связаться с диспетчерами только при помощи азбуки Морзе. Умение работать на ключе было обязательным условием.

В Заполярье пограничной авиации приходилось выполнять совершенно необычные задачи, не свойственные для других регионов. Например, к 1 сентября доставляли школьников — детей местных жителей. Накануне учебного года, наши вертолеты облетали оленеводческие стойбища, собирали детей и везли их в Воркуту — учиться. Примечательно, что оленеводы не хотели отдавать детей в школу. Тем приходилось жить в интернате по полгода в отрыве от родителей. К тому же северяне плохо переносили полеты в вертолете. Поэтому часто детей на оленях увозили в тундру. Бывало, прилетаешь на стойбище, детей нет, везти некого. Часто случались санвылеты: ранит кого в тундре, приключится приступ аппендицита, или начнутся неожиданные роды. Причем без разницы кого везти на «большую землю» — пограничника, или гражданского, все на нас. Пока я служил с 1983-го по 1990-й подобных санрейсов было очень много.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению