Первопроходец. Бомж с планеты Земля - читать онлайн книгу. Автор: Валерий Большаков cтр.№ 39

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Первопроходец. Бомж с планеты Земля | Автор книги - Валерий Большаков

Cтраница 39
читать онлайн книги бесплатно

– Да посмотреть просто… – увял Лахин.

– Посмотреть! – фыркнул Кузьмич. – А если они откажутся не только тебя лечить, но и Саула, или другого кого, кому в самом деле приспичит? Вот и все. Я сюда знаешь с чем приходил? Рак у меня обнаружили! Рак поджелудочной! А это такая зараза, что… – он покрутил головой.

– Да понял я… – вздохнул Эдик.

А вот я разнервничался. Веры особой у меня не было, но если Цитадель давала шанс, то грех было не воспользоваться им. А вдруг?

Пока друзья были погружены в беседу а Федор вышел на плац покурить, я оглядел входы и храбро направился в первый слева.

Почему именно туда? Не знаю. Была такая мысль: если ничего не получится, пойду во второй. Потом в третий, и так далее. Где-нибудь, да помогут. Может быть…

Я окунулся в темень за порталом, но вскоре света стало побольше. Или мне это показалось?

И тут пандус… Поднявшись, я вошел в зал, точь-в-точь такой, в котором мы оставили Саула. Вошел и замер. И что дальше?

Полнейшая тишина окутала меня, перебранка из «холла» не доносилась совершенно. И в этой тишине послышался Голос:

– Зачем ты пришел сюда, хомо? Ты совершенно здоров, все твои органы функционируют нормально. Я заметил шрамы и внутренние повреждения, но все отлично зажило.

– Не совсем, – разлепил я губы.

Чувствовал я себя, как во сне. Или как в сказке. Все вокруг было совершенно нереальным, и то невероятное, фантастическое, что происходило со мной, нисколько не поражало. Только сердце билось учащенно, да губы сохли.

– Не совсем, – повторил я. – Полтора года назад я получил сильный удар по голове. Было сотрясение мозга, потом оно прошло, и шрам не болит. Но я потерял память! Я ничего не помню о том, что было со мной раньше, не помню, кто я и как меня зовут. Какие-то навыки остались, но где я приобрел свои умения – понятия не имею.

– Ах, вот как… – произнес Голос задумчиво.

– Прости, – сказал я, малость осмелев, – а как мне к тебе обращаться? А то как-то невежливо с моей стороны…

– Обращение? – удивился Голос. – Как к живому? Но я же неживой!

– Однако я разговариваю с тобой!

Наверное, обладатель Голоса подрастерялся.

– Я — мозг станции, которую вы зовете Цитаделью, – ответил он, – система искусственного интеллекта. Можешь звать меня Иском.

– Здравствуй, Иск!

– Здравствуй, хомо, – последовал ответ. – Значит, ты хочешь, чтобы к тебе вернулась память?

– Да, – твердо сказал я, холодея, – хочу вспомнить все!

– А ты уверен, что вернувшиеся воспоминания обрадуют тебя?

– Я думал об этом. Пускай я даже стану ругать себя после того, как все вернется, но это мой выбор. Все равно, я не смогу чувствовать себя полноценным, пока лишен памяти о прошлом.

– Хорошо. Я проведу операцию на твоем сознании, постараюсь, чтобы память утраченная и обретенная за последний год слились безболезненно. Ложись сюда.

Пол передо мной вспучился, приподнялся этаким овальным постаментом. Я потрогал его, но нет, поверхность была не твердой, а упруго поддавалась под пальцами. Я лег и поерзал, устраиваясь поудобней.

Откуда-то с высоты на меня упал узкий лучик голубого света и замелькал быстро-быстро, чиркая по мне и сдвигаясь от ступней до головы. Сканер, что ли?

Я подумал об этом как-то отстраненно, а затем последовал нервный взрыв. Я словно распался на атомы, разлетелся в ослепительной вспышке и тут же собрался опять, целый и невредимый. И я помнил все.


…Меня зовут Александр Сергеевич Тимофеев. Так что имя с отчеством после амнезии я выбрал правильно. Вряд ли угадал. Просто, наверное, где-то в нейронах затерялся след, вот я на него и вышел.

Мне тридцать семь лет, и все эти годы я провел здесь, на Манге. Я родился в Ново-Сталинке, которую после переименовали в Новый Киев.

Матери я не помню, рос с отцом и уже с пяти лет ходил с ним на охоту. Патроны были дорогие, и отец выдавал мне ровно столько, сколько нужно, чтобы подстрелить летучего тушкана, чей мех был сродни соболиному. «Два патрона получил? Значит, сдай две тушки! Промахнулся?! Что значит – промахнулся? Просто так стрельнул? Да ты хоть знаешь, сколько стоит патрон?!»

И так далее, и в том же духе.

Километрах в тридцати от Ново-Сталинки находился выход из Приморского ТБ. Там жили цверги.

Между цвергами и людьми была молчаливая договоренность: вы не вмешиваетесь в наши дела, мы не вмешиваемся в ваши. Но если надо, поможем.

Однажды, когда мы с папой были в лесу, то наткнулись на раненого цверга. Его терзал молодой упыреныш – страшилище визжало от злости, но никак не могло добраться до горла своей жертвы. А тут мы!

Я подскочил поближе и выстрелил по кровососу в упор. Тот обмяк, а цвергу мы зашили раны, израсходовав весь запас новокаина и кетгутов из походной аптечки. Соорудили шалаш и оставались при раненом три дня подряд.

Охотились, отдыхали, кормили нашего нечаянного пациента, пока за ним не пришли. Цверги исполнили ритуал благодарения и унесли раненого, а потом к нам домой явился сам оо-така, вождь и одновременно шаман рода Большого Буфаллодона. Его звали Текуи.

Текуи принес нам целую жменю золотого песка, зная, что у людей красивый желтый металл в цене, но отец не принял этот дар. Он сказал, что мы спасли жизнь цвергу просто так, как брату по разуму Текуи очень понравились его слова, и он стал часто бывать у нас, а я нередко заглядывал в стойбище цвергов.

Буквально лет тридцать назад они впервые вышли на свет – жизнь в «Великом Проходе» стала очень трудной. Моховища усыхали, живые колодцы мутировали, а упыри сока-со расплодились невероятно. Когда-то, очень давно, сока-со были питомцами мангиан, чем-то вроде собачек, и вот эволюционировали.

Я быстро научился языку цвергов, у меня появились друзья среди младшей касты, а однажды Текуи даже проводил меня в святые святых – огромное помещение в ТБ, чьи стены были исписаны непонятными, но простыми буквами, и стереомозаикой.

Каждый элемент мозаики был настолько мелок, что лишь вблизи угадывался набор «паззлов». А отойдешь – и все сливается в поразительно живую картину, едва ли не движущуюся, чуть ли не дышащую.

Там были изображены мангиане – голубокожие, с пепельными волосами. Разрез больших глаз, форма носа и ушей, рот и зубы, пальцы – все было не совсем как у людей, тем не менее, впечатления чуждости не возникало.

Стоит ли говорить, что мне было чем заняться – вплоть до первого школьного звонка.

Я пошел в первый класс, и теперь только по выходным удавалось сходить на охоту. А потом кто-то нашел махи, и Совет стал регулярно посылать учеников на помощь совхозу – совсем как в Большом СССР. Взрослые высаживали молодые махи и броты, а мы их удобряли, ухаживали, выпалывали пил-траву, собирали урожай.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию