Игра в пустяки, или «Золото Маккены» и еще 97 советских фильмов иностранного проката - читать онлайн книгу. Автор: Денис Горелов cтр.№ 27

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Игра в пустяки, или «Золото Маккены» и еще 97 советских фильмов иностранного проката | Автор книги - Денис Горелов

Cтраница 27
читать онлайн книги бесплатно

Так что поляки опять выехали на травоядности своего режима. Музыка их была заемной, сюжет стоил «Утренней почты» (чтоб связать музыкальные номера, одинаковые девушки и одинаковые юноши с обознатушками и пощечинами перемещались из фильма в фильм от «Озорных поворотов» до «Улыбнись, ровесник»). Лукавые паненки дружно симулировали интерес к плоскому зануде Туреку – притом, что всяк пересекавший границу у Перемышля знает, что в Польше рулит женщина и бегают за нею, а не наоборот.

Фильм перепахал русских до такой степени, что породил одну из самых долгоиграющих франшиз ЦТ. Полкартины прошло в подвальной корчме с кирпичными сводами, герой разевал рот под фонограмму с польскими шипящими, официантка рапортовала в телефон «пану директору». Конечно, это была матрица «Кабачка „13 стульев“». Знатоки возразят: пилотные выпуски «Кабачка» вышли в эфир в январе 66-го, когда фильм только сдавался студии «Кадр», а до советского проката оставалось добрых 3 года. Конспирологи огрызнутся: жгущих на экране «Скальдов» возглавляли братья Анджей и Яцек Зелинские, а бессменным режиссером и патроном «Кабачка» был Георгий Зелинский с женой Зоей (пани Тереза). Уж не приходились ли панове Зелинские друг другу родней и не способствовали ли перекрестному культуроопылению поверх границ?

Помните? «Что бы ни случилось – держи хвост пистолетом, а помаду наготове», – поет Малгожата Потоцка и наша несравненная Каролинка. Если и существовала когда-нибудь эфемерная советско-польская дружба, то только в кабачке, экипаже четырех танкистов, штабе ВЧК и фильме «Дознание пилота Пиркса». И, разумеется, на летних просмотрах «Самозванца с гитарой».

Наша Румыния

Румын на ост-фронте скосило 480 000 при контингенте в миллион и списочном составе в 13 миллионов по переписи 1940 года. Неслабо так потрудилась морская пехота ЧФ и одесское подполье, да. За сигуранцу, за отца Киры Муратовой и сестру Владика Дашевского из книжки Гайдара «Военная тайна» – «огребай, руманешти, матросский подарок!», – как писал Л. Соболев в «Батальоне четверых».

Потом об этом помалкивали в интересах Варшавского блока, и фильмов о войне в Ялте – Одессе норовили снимать поменьше. А то в них на каждом углу какие-то залетные фрицы, а из местных потоком: «Когда румыны драпали…», «Когда румынам пришлось совсем туго…»

Когда румынам пришлось туго, вино со взорванного Симферопольского завода лилось по улицам рекой, его черпали касками, многие перепились и попали к нам тепленькими. Ну, с ними, понятное дело, не церемонились: война.

Потом всех мирил Серджиу Николаеску.

Других-то румын мы и не знали. Ну, солистка сборной по гимнастике Надя Команечи в белом трико. Ну, мультипликатор Попеску-Гопо с притчами о сотворении мира из динозавров. Ну, детский писатель Сынтимбряну с бессмертным «Что еще будет жратеньки змей?»

Николаеску отдувался один за всех, как румынский оркестр из баек про Маяковского. Снимал румынский пеплум и румынский полицейский нуар. Придумал и сам сыграл комиссара Миклована в мягкой шляпе. Ввел в пантеон кинематографа сценариста Титуса Поповича и композитора Фемистоклюса Попу («попа» – не зад, а священник, нечего ржать; у румын, между прочим, православие).

Спасибо Николаеску, через него и доброе вспоминается.

«Уходим в Констанцу», – говорили на «Потемкине».

«Молчи, женщина, вари свою мамалыгу», – говорили особо распоясанным эмансипе.

Но все равно в слове «румын» слишком торчала буква «Ы». Прав Гайдай, дурацкая буква.

Они-то себя наследниками Рима воображали, романами.

А для нас – «ромалэ». Цыганы, и все.

«Даки»

Румыния – Франция, 1967, в СССР – 1969. Dacii. Реж. Серджиу Николаеску. В ролях Пьер Брис, Мари-Жозе Нат, Амза Пелля, Серджиу Николаеску. Прокатные данные отсутствуют.


Рим идет покорять даков и переименовывать в румын. Нашествию мягко препятствует верховный жрец, но падает под стрелой доброжелателя – так и не успев сказать сыну-легату, что «сами мы неместные», родом из Дакии, а стало быть, стелим родину к сандальям врага. Ничего, даки ему насуют, а потом расскажут. Ибо «даже прирученный волк не сможет не откликнуться на зов из леса – лишь бы он был громок и настойчив».


Серджиу Николаеску и сценарист его Титус Попович продолжают авторскую летопись Земноморья. Дака способен одолеть только дак. Лучшие бойцы – с Дуная. Римская кровь отравлена нашей примесью до полной аннигиляции. Солнце встает в Констанце.

Итальянцы уже и не спорят: вы, вы нас завоевали. Человек произошел от румына, святая правда, только не скандальте: жарко очень.

То-то, говорят румыны, горделиво взмахнув булатом, как любят все порабощенные этносы: индейцы, поляки и немцы времен Компьенского мира. Кажется, Николаеску сделал для своих даже больше, чем де Голль для побитых французов, хотя куда уж больше.

Даки молчаливы и мужественны. Они говорят пословицами и ни перед кем не ломают лыжной шапки-«петушка». Они, как митьки, никого не хотят победить, но все время побеждают. Они бегут с гор со страшным ревом на оскаленных устах.

В них играют русские дети докомпьютерной эры.

Правильно делают. В связи с парадоксальным успехом эпоса «Волкодав» Антон Костылев писал о магии праисторической фэнтези, которой нам так не хватило, – а румыны закрыли нишу. Шли легионы с открытой дланью на штандартах: бряк-бряк. Слали баллисты горящие копья в ворота непокорных крепостей: бумм! Двое в черных повязках под убыстряющийся бой барабана втыкали ножи в плаху между пальцами левой руки: тык-тык-тык-тык – так воспитывалась советская шпана. Раненого поили вином с кровью медведя, в жертву дикарскому богу скидывали на копья царского сына, прославленный ролью Виннету Пьер Брис тешил взор девиц средиземноморским загаром и ямкой на подбородке.

Как и индейская серия, это было кино несказанно красивого жеста – на который оказались так бедны былины с их патриотическим оканьем и предматчевым хамством в стиле негритянских боксеров.

Сила – в молчаньи и достоинстве, брат.

В умении долго-долго стоять к врагу спиной.

И годы спустя красивым мифом отнять у него законную победу.

«Капкан»

Румыния, 1974. Capcana. Реж. Маноле Маркус. В ролях Иларион Чобану, Виктор Ребенджюк, Сильвиу Стэнкулеску. Прокат в СССР – 1975 (27,5 млн чел.)


Закрываются ставни, запираются двери, засовы входят в пазы. В черный час придунайских сумерек сходят с гор чудовища, мохнатые снежные люди – жрать окорока, насиловать молодух, вздергивать на площадях посланцев Народной Румынии. В это же время с дальней стороны проникает в поселок книжник и экзорцист из столичной госбезопасности. У него новая вера и старые способы. Горных духов он ест сырыми.


«Капкан» стал заключительной частью трилогии о становлении народовластия в валашском крае. Первые две, «Заговор» и «Долог путь до Типперери», у нас не шли: послефашистская буча в странах народной демократии была столь мутной, что ее предпочитали всуе не поминать; коммунисты победили – и ладно. Красная Армия, сделав крюк по Черноморью, ушла на северо-запад, перекрасившиеся румынские военные двинули за ней на Венгрию (у них старые счеты), монарха Михая I, сдавшего нам страну за орден Победы, прозвали «королем-комсомольцем», портреты развесили, но слушаться не спешили. Тем временем в тылу шло такое самочинное рубилово красных, черных и синих-татуированных, какого мы не видали аж с безвластия середины 1917 года. Железная гвардия – фашистский фрайкор – после трех лет правления перешла в подполье и пановала ночами, в правоохране партийные назначенцы блокировались с сыщиками старой школы, ценности текли за кордон либо питали беспорядки – вся эта азбука перемен знакома миру аж с Великой французской революции.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию