Слушай Луну - читать онлайн книгу. Автор: Майкл Морпурго cтр.№ 2

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Слушай Луну | Автор книги - Майкл Морпурго

Cтраница 2
читать онлайн книги бесплатно

– Скажи матери, что я тебе нужен, – подступил он к отцу с утра. – Скажи, что без меня вообще никак. Она тебя послушает. Я не буду тебе мешать, отец, честно.

Джим и так знал, что никаких хлопот с сыном не будет. Парнишка отлично умел ходить под парусом, мог без устали грести, знал здешние воды как свои пять пальцев и рыбачил охотно. Всегда так и рвался в море, верил, что хоть что-нибудь да поймает. А что тут сделаешь – в его годы все так. И рыба его вроде как тоже любила. Джим частенько замечал, что привозит больший улов, когда берет с собой сына. В последнее время рыба в окрестностях Силли ловилась из рук вон скверно, и Джим выходил в море на ловлю скорее с робкой надеждой, чем с уверенностью. В последнее время все рыбаки возвращались не солоно хлебавши, не только он один. В любом случае в компании Альфи рыбачить было всяко веселее. Так что он согласился. Обещал, что попробует уломать Мэри, чтобы та позволила сыну пропустить денек в школе и отправиться ловить рыбу.

Однако все их мольбы и уговоры оказались напрасны, как Джим и предупреждал Альфи. Мэри была непреклонна: Альфи должен идти в школу, он и так уже слишком много напропускал, вечно так и норовит увильнуть от уроков. То ему на ферме надо отцу помочь, то на рыбалке. Все, с нее хватит. Джим знал, что, когда в голосе жены прорезаются такие нотки, спорить с ней без толку, все одно ничего не добьешься. Он и настаивал-то только ради сына – показать парню, что действительно хотел взять его с собой. Дать ему понять, что отец с ним заодно. Видя, что у отца ничего не выходит, Альфи встрял сам и попытался уговорить мать:

– Это же всего один день, мама, подумаешь, экая важность!

– Когда мы вдвоем, нам всегда удается наловить больше рыбы.

– И вообще, вдвоем в море всегда безопасней, ты сама так говорила, я слышал.

– И потом, я терпеть не могу Зверюгу Бигли. Все знают, что учитель из него никудышный. Только место зря в школе занимает, и вообще, вся эта ваша школа – пустая трата времени.

– Если ты позволишь мне сегодня остаться, мама, я, как вернусь, вычищу тебе курятник и привезу с берега целую тачку водорослей на удобрения. Чего ты хочешь, то и сделаю.

– Чего я хочу, Альфи, так это чтобы ты отправлялся в школу, – отрезала Мэри.

Все было напрасно. Она не уступит, хоть ты тресни. И поделать тут ничего не поделаешь. Поэтому Альфи с унылым видом поплелся в школу. В ушах у него звучали слова, которыми Мэри его напутствовала:

– Жизнь – это не одни только лодки да рыба, Альфи! Что-то я не слышала, чтобы рыбы научили кого-то читать и писать! А тебе по этой части хвалиться нечем, так и знай.

Когда он удалился, Мэри обернулась к Джиму.

– Мне нужно к ужину девять хороших рыбин, Джимбо, не забудь, – сказала она мужу. – Только оденься потеплее. Может, на дворе и весна, да только ветер свищет будь здоров, я вся продрогла, пока кур кормить ходила. Твой сын опять забыл это сделать.

– Как он чего забудет, так сразу и мой, – проворчал Джим, натягивая куртку и сапоги.

– Ну а в кого же еще, по-твоему, он такой уродился? – фыркнула Мэри, застегивая на муже куртку. Потом чмокнула его в щеку и огладила по плечам. Она всегда так делала, и это очень ему нравилось. – И кстати, Джимбо, я пообещала дяде Билли приготовить ему завтра краба – ты же знаешь, он до крабов сам не свой. Только смотри, чтоб был хороший. Не слишком большой и не слишком маленький. Старого, жесткого и жилистого он есть не станет. Он у нас тот еще неженка. Смотри не забудь.

– Не забуду, не забуду, – пробурчал Джим себе под нос, выходя за дверь. – Билли твоему не угодишь. Балуешь ты этого старого пирата, ох балуешь, вот что я тебе скажу.

– Ничуть не больше, чем тебя, Джим Уиткрофт, – возразила она.

– Да и вообще, – продолжал Джим, – старому пирату Джону Сильверу старый, жесткий и жилистый краб будет в самый раз, ему под стать.

Когда речь заходила о дяде Билли, они каждый раз устраивали такую шутливую перепалку. Ведь только и оставалось, что искать во всем этом смешную сторону. Потому что думать о том, как жизнь обошлась с дядей Билли, было слишком больно.

– Джим Уиткрофт! – одернула его жена. – Не забывай, ты говоришь о моем брате. Он не старый и не жилистый, просто живет в своем собственном мире. Он не такой, как все мы, и я ничего не имею против этого.

– Как скажешь, Мэриму, как скажешь, – отозвался Джим и, весело помахав Мэри картузом, двинулся через поле к Зеленой бухте, напевая любимую песенку дяди Билли так, чтобы жена могла ее услышать:

– Йо-хо-хо и бутылка рому! Йо-хо-хо и бутылка рому!

– Джим Уиткрофт, я все слышу! – В ответ Джим лишь снова помахал ей картузом. – Смотри, Джимбо, ты осторожней там, ладно? – крикнула она ему вслед.

Джим всегда восхищался тем, с каким бесконечным терпением и неизменной преданностью Мэри относилась к брату. И все же про себя он возмущался: Мэри столько для него сделала и делает каждый день, а он словно бы и не замечает! С берега Зеленой бухты до Джима доносилось пение: Билли распевал на палубе своей лодки, своей «красавицы „Испаньолы“», как дядя Билли ее называл.

На самом деле красавицей ее мог считать только Билли – это была древняя посудина, прохудившийся остов старого люгера, давным-давно брошенного гнить на берегу Зеленой бухты. Уже пять лет минуло с тех пор, как Мэри привезла дядю Билли из больницы домой и поселила его в лодочном сарае на берегу. Она обустроила для него гнездышко на чердаке, где когда-то хранились паруса, и с тех пор он чуть ли не каждый день в любую погоду копошился на берегу Зеленой бухты, ремонтируя старый люгер. Это Мэри рассказала ему про эту лодку, когда он лежал в больнице, и, едва успев привезти его домой, подтолкнула вновь заняться корабельным делом, которое он так любил в юности. Мэри была свято уверена, что ее брату нужно чем-то себя занять, найти что-то такое, к чему можно приложить руки, вспомнить о том, что когда-то он был мастером.

Все вокруг, включая Джима, считали, что дело гиблое, что за долгие годы под открытым небом люгер безнадежно прогнил и восстановить его уже невозможно, и уж кому-кому, а Билли-Приплыли, как его за глаза называли на острове, это точно не по зубам. Одна Мэри упрямо продолжала в него верить. И очень скоро все убедились, что она была права. В корабельных делах Билли-Приплыли – что бы люди о нем ни думали – разбирался на отлично. С каждым днем старый люгер на берегу Зеленой бухты все молодел и молодел, становился все глаже и красивее.

Сегодня утром, когда Джим шел к своей лодке, люгер стоял на якоре, сверкая свежей зеленой краской, с черными буквами «Испаньола» на боку. Пусть он был еще не завершен, но строгие и изящные линии его корпуса теперь видели все, кто проходил по берегу Зеленой бухты. Несколько недель назад дядя Билли поставил главную мачту, и теперь «Испаньола» выглядела почти законченной. Без посторонней помощи – дядя Билли в житье и в работе предпочитал обходиться без компании – он возродил ее к жизни. Все считали, что дядя Билли не в себе, «немножко с приветом», так о нем обычно говорили, – однако же, глядя на то, во что он за годы упорного труда сумел превратить эту старую посудину, на острове его зауважали. Впрочем, это не мешало ему по-прежнему оставаться в глазах островитян Билли-Приплыли, потому что все знали, где он побывал и откуда приплыл, – по нему все прекрасно видно было.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию