Цена расплаты - читать онлайн книгу. Автор: Тори Озолс

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Цена расплаты | Автор книги - Тори Озолс

Cтраница 1
читать онлайн книги бесплатно

Цена расплаты

Пролог

Семья ― самое простое и привычное для нас слово. Но стоит произнести его, и в душе оживает множество светлых сильных чувств. Это любовь, забота, ласка, нежность, защита, вера, поддержка, тепло. Семья ― это наше убежище, позволяющее пережить все трудности и невзгоды. Тыл, в котором ты уверен, тыл, о котором никогда не беспокоишься. Крепость, настолько же устойчивая и защищенная, насколько и иллюзорная. Она дает ощущение безопасности, которое мы принимаем как данность нашего бытия, казалось бы, данность вечную и нерушимую. Но, к сожалению, такую быстротечную. Лишиться ее слишком легко. Это может произойти за долю секунды. Той секунды, которую ты даже не заметишь, пока в один миг твой привычный безопасный мир не будет разрушен всего лишь телефонным звонком.

Беззаботное детство закончилось за один щелчок пальцев. Не будет маминых рук, дарящих тепло и отгоняющих все невзгоды. Не будет шуточных подначек отца и его мудрых советов. Не будет прогулок по выходным за город, не будет шумных праздников с домом, полным гостей, не будет смущающих теплых объятий и ласковых слов. Не будет ее прежней. Слезы, гнев, тоска, безысходность. Горе погружает сознание в темноту, в которой пульсом бьется извечный вопрос: «Почему я? За что так со мной?» Невозможно воскресить дорогих тебе людей. Они ушли безвозвратно, став тенями былой жизни, оставив свой образ только на фотографиях и в памяти. С ними ушла любовь, унося с собой душевное тепло, доверительность отношений, чувство безопасности от всех горестей и напастей. С ними ушла жизнь.

Автокатастрофа. Одна из тысяч, случающихся на земле в год. Средства массовой информации пестрят кадрами с мест трагедии, вместо сочувствия порой вызывая раздражение, притупляют чувства, порождают в душе равнодушие. Мы переключаем канал, отгораживаемся от этих страшных картин. Мы гоним прочь тревожные мысли, безгранично веря в нашу защищенность. Но у судьбы свои планы, и однажды они могут коснуться нас так же, как неожиданно коснулись пятнадцатилетней Дарьи, лишив ее самого дорого ― родителей. «Сирота» ― синоним одиночества, ненужности. Слово, погружавшее девушку в отчаянье, отвергалось ей, отторгалось душой. Даша не хотела верить, что это слово касается ее, а оно меняло мир вокруг, наполняя его жалостливыми взглядами и тихими шепотками за спиной: «бедняжка», «сиротинушка».

Воспоминания. Радостные. Горестные. Будоражащие душу. В тот день она осталась одна дома, радуясь тому, что родители наконец стали ей доверять. Они недавно переехали в этот город, оставив позади многих, как она тогда думала, близких друзей. У отца появилась прекрасная возможность открыть там свою архитектурную фирму. Он мечтал о ней еще со студенческих лет. А мама устроилась в престижную дизайнерскую компанию, которая занималась обустройством домов олигархов и звезд шоу-бизнеса. Новый статус, новые возможности ― все это вылилось в новый двухэтажный дом, машины класса люкс, частную школу и домработницу, а также отсутствие близких друзей и новые знакомства, от которых веяло пустотой и холодностью. Мама успокаивала ее, повторяя, что это лишь в первое время и скоро они приживутся здесь, что все изменится, стоит только подождать. Никто, никто не думал, что изменения будут такими.

Боль. Глухая ноющая боль. Она была настолько сильная, что ощущалась физически. Хотелось кричать, плакать, рушить все вокруг. Но Даша, упав на пол и обхватив себя руками, могла только рыдать навзрыд.

Она не помнила, кто вызвал врачей, и как ее доставили в частную клинику. Урывками летели смутные воспоминания: вот она отбивается от кого-то, затем укол в руку и сразу ― слабость по всему телу. А потом темнота, сладкая и необходимая, что стирает и боль, и память, и раздирающую пустоту. Как жаль, что она не длится вечно.

Первое, что увидела, Даша, придя в себя, были солнечные зайчики, пробившиеся сквозь жалюзи и теперь с лихим озорством играющие в салочки на ослепительно белом до рези в глазах потолке.

Она прищурилась, чтобы сфокусировать зрение, и неторопливо, с сонной ленцой стала осматриваться вокруг. Больничная палата была небольшая, но ухоженная, со стандартным набором предметов: шкаф, тумбочка, столик, на котором стоял телевизор. Добротно сделанная мебель под цвет ольхи и наличие техники и дизайнерское оформление стен явно указывали на интерьер не муниципальной больницы.

Дверь скрипнула, и в сопровождении женщины в белом халате в палату вошел мужчина. Его девушка узнала сразу, но улыбнуться ему не смогла ― не было ни сил, ни желания. Дядя Игорь. Друг отца, который подтолкнул их к переезду и помог открыть собственное дело. Частый гость в их доме. Юрист по профессии, он официально представлял интересы отца в заключениях договоров.

– Дашечка, здравствуй, ― он присел справа от нее на постель, тепло улыбаясь.

Девушка никак не среагировала. Взгляд в потолок. Отрешенность. «Зачем он здесь? Сочувствовать. Ворошить воспоминания. Не надо. Не хочу», ― девушка отвернула голову от ненавистного голоса.

– Я понимаю, как это тяжело, деточка. Но ты не должна замыкаться в себе. Я и доктор Клиновская желаем только, чтобы ты скорее выздоровела. Твои родители расстроились бы, узнав, что ты попала в больницу. Будь сильной в память о них.

Его слова, словно ядерный взрыв, обрушились на возведенную ею карточную стену, разбивая ту на мелкие кусочки. Слезы заполнили глаза, вырываясь наружу. Крик, полный режущей боли, наполнил помещение, и девушка уткнулась в подушку, подавляя его.

– Тише, девочка, тише, ― шептала врач, но ничто не могло унять этой истерики. ― Сейчас ты снова поспишь, а когда придешь в себя, то немного успокоишься. Нельзя так изводить свой организм, нельзя, ― приговаривала она, делая успокоительный укол.

Тепло разнеслось по телу, унося в такую уже родную темноту. Она ждала ее, желала и мечтала о ней. С радостью падая в ее объятия, Даша растворилась в этой мгле.

Последующие дни девушка пролежала в больничной палате, просто рассматривая потолок. Запах хлорки, присущий даже этой больнице с повышенными удобствами, воротил своей стерильностью, а жалостливые взгляды медсестер заставляли ощущать гнев на том месте, где должно быть лишь опустошение. Сколько бы раз она ни отворачивалась от них к стене, сколько бы ни пряталась за одеялом, это не могло изменить того факта, что родителей больше нет.

Первые дни ее глаза не высыхали, наполняясь слезами каждый раз, когда девушка начинала думать о близких людях. Вспоминая каждую их черточку, звук голосов и тепло прикосновений, она снова впадала в истерику. И ей постоянно казалось, что вот-вот мама зайдет в палату, скажет, что милиция ошиблась, обнимет и заберет домой. Но время шло, а мама так и не появлялась. Девушка осознала, как глупы и наивны были ее надежды. Только отстранение от мира спасало ее в эти минуты. Но вот и слезы закончились, словно кто-то иссушил ее тело, забирая каждую капельку, запирая боль внутри души, подальше от мира.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению