Анастасия или Анна? Величайшая загадка дома Романовых - читать онлайн книгу. Автор: Грег Кинг, Пенни Вильсон cтр.№ 71

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Анастасия или Анна? Величайшая загадка дома Романовых | Автор книги - Грег Кинг , Пенни Вильсон

Cтраница 71
читать онлайн книги бесплатно

Заявление сопровождает обычная нелепая ложь, которой характеризуется вся эта кампания подлой клеветы, которую вы ведете против своей несчастной племянницы… Но разрешите мне на какой-то момент оставить без внимания всю эту злобную ерунду и обратиться к фактам, хорошо известным вам. Коротко говоря, эти факты сводятся к тому, что существует весьма большое состояние, как в деньгах, так и в недвижимости, которое принадлежит усопшему императору и его наследникам, включая личные денежные средства Великой княжны Анастасии, и теперь все они по праву должны принадлежать ей. Фактом является и то, что вы не один год с помощью мошеннических приемов пытаетесь завладеть этим состоянием, и то, что большая часть сведений попала к вам только после того, как о них рассказала Великая княжна Анастасия; что в 1925 году ваша сестра Великая княгиня Ольга практически признала Великую княжну Анастасию, получив уверения лечивших ее докторов, что последняя не проживет больше месяца; что как только Великая княжна Анастасия стала выздоравливать, и вы больше не могли рассчитывать на ее скорую смерть, вы и ваша сестра стали обличать ее как самозванку… Я отказываюсь верить, что вы действительно убеждены, что миссис Чайковская не является Великой княжной Анастасией. Вы хорошо знаете, что она помнит даже малейшие детали своего детства, что она обладает всеми физическими признаками, включая родимые пятна, что ее почерк в настоящее время нисколько не отличается от того, какой имела она в юности… Вы также знаете, что ее личность была в полной мере удостоверена большим количеством людей, честность которых не подлежит сомнению, и которые встречались с ней еще во времена ее детства, в том числе и несколькими членами Императорской фамилии России. Далее, вы знаете, что все врачи, которые когда-либо лечили ее, единодушно были согласны с тем, что с научной точки зрения для нее невозможно быть кем-то еще, кроме как той, на чей титул она претендует.

Ну и наконец, вы знаете, что все так называемые доказательства, претендующие на то, чтобы опровергнуть доводы в ее пользу, представляют собой не что иное, как подтасовки, фальсификации, ложные показания подкупленных свидетелей, а также злобные и глупые инсинуации. За то, что вы лично убеждены в том, что претендентка действительно является Великой княжной Анастасией Николаевной, достаточно убедительно говорит тот факт, что на протяжении всей вашей войны с ней вы никогда не сделали ни одного правдивого заявления, не упомнили хотя бы единого факта, а прибегали исключительно к подлейшей клевете и к самой нелепой лжи. По сравнению с тем злом, что творите Вы, Ваше Императорское Высочество, бледнеет даже ужасное убийство Императора и его семьи, а также моего отца, совершенное большевиками! Проще понять преступление, совершенное бандой обезумевших и пьяных дикарей, чем спокойное, последовательное и бесконечное преследование одного из членов своей семьи… Единственная вина Великой княжны Анастасии Николаевны заключается в том, что, являясь единственным правомочным наследником усопшего Императора, она стоит на пути ее алчных и бессовестных родственников» {46}.

Это, как настаивал Боткин, был тщательно продуманный ответ, намеренно составленный так, чтобы «он служил поводом для обвинения в злостной клевете или хотя бы в искажении фактов». Но, по его утверждению, он остался без внимания. Американские власти обязательно встали бы на позицию заявления, сделанного в Копенгагене и утверждавшего, что претендентка является мошенницей. Намеренно провоцируя Ксению Александровну, Глеб надеялся, что она выступит с угрозой судебного преследования претендентки и таким образом окажется вынужденной участвовать в полемике в зале суда, а результатом этого будет привлечение доказательств, свидетельствующих в пользу претендентки. Однако Глеб вынужден был признаться, что «для него оказалось невозможным сдерживать себя» в процессе написания письма, и что, составляя его, он «выплеснул все негодование и горечь» по поводу того, что, по его искреннему убеждению, было не чем иным, как бессердечным отторжением уцелевшей Анастасии членами ее собственной семьи {47}.

Но намерения намерениями, а действия Боткина нанесли делу непоправимый ущерб. Он ведь не только отправил это оскорбительное письмо Ксении Александровне, он также усугубил причиненный вред, передав это письмо в средства массовой информации, которые, всегда падкие на сенсацию, подхватили его и напечатали полностью в газетах всего мира. В ужас пришла даже сестра Глеба, Татьяна. Она, правда, пыталась объяснить такой шаг своего брата как типичный «для его импульсивного характера», но это его «жалкое письмо», по ее мнению, «теперь сделает невозможной для Романовых любую попытку признать Анастасию» {48}. Раздраженная подобным поведением и испытывая глубоко укоренившееся недоверие в отношении Фоллоуза и его «Корпорации Гранданор», Татьяна заявила, что она больше не будет поддерживать ни своего брата, ни его действия. Глеб ответил на это в своей обычной манере, в открытую обвинив свою сестру в обмане {49}. Он даже высказал предположение, что она тоже входит в состав того, что он назвал «подлинной кликой средневековых интриганов», вознамерившихся лишить претендентку ее имени и наследства {50}. Он публично назвал великих княгинь Ксению Александровну и Ольгу Александровну «чудовищами», которые совместно с Жильяром «решили уничтожить» женщину, о которой они знали, что она является «их родной племянницей», чтобы иметь возможность присвоить ее наследство {51}. И при этом Глеб выразил крайнюю степень изумления по поводу того, что он оказался «покинут всеми родственниками и друзьями, которые живут в Европе, и не ожидает получить от них какие-либо вести вплоть до того дня, когда наступит полное восстановление доброго имени Анастасии» {52}.

Фрау Чайковская, она же Анна Андерсон, со своей стороны, избегала участия в этой буре, поднятой от ее имени полным добрых намерений, всегда верным ей и безнадежно безрассудным Глебом Боткиным. В начале 1929 года она выписалась из отеля «Гарден Сити» и возвратилась к Энни Бэрр Дженнингс, и стала участвовать в вечеринках, чаепитиях и обедах, которые устраивала хозяйка, чтобы благодаря такой гостье пустить пыль в глаза высшему обществу Нью-Йорка {53}. Однако вскоре и несмотря на новые дорогие наряды, которыми снабжала ее хозяйка, Андерсон стала уставать от этого спектакля. Ей очень нравилось спать в постели, отведенной ей хозяйкой дома, ездить по городу в лимузине с личным шофером ее хозяйки, делать покупки в магазинах на 5-й авеню, тратя деньги с кредитного счета Дженнингс, и есть блюда, которые готовил для нее повар хозяйки, но ее неприязненное отношение к незнакомцам и нежелание быть на публике привело к ставшим привычными внезапным приступам раздражения, истерии, частой смене настроений и нелепым обвинениям. Страдая от усиливающегося параноидального психоза, Чайковская начала жаловаться на то, что за ней постоянно шпионят, что ее телефоны прослушиваются, и утверждала, что Дженнингс то держит ее в качестве пленницы, то пытается похитить ее наследство {54}.

Летом 1930 года обстановка накалилась до предела. Вечером 14 июля Чайковская случайно наступила на одного из тех двух длиннохвостых попугайчиков, которых подарила ей Ксения Георгиевна. Всю ночь она провела то в рыданиях, оплакивая своего любимца и требуя, чтобы ей дали другого попугайчика. В ту ночь в апартаментах Дженнингс никто не сомкнул глаз, и никто не знал, что принесет с собой следующее утро. Как всегда последовательная в своей непоследовательности, Андерсон утром покинула квартиру Дженнингс, решив, что справиться с горем ей поможет посещение магазинов на деньги хозяйки. Однако когда Андерсон попыталась оплатить свои новые приобретения, она узнала, что Дженнингс утром закрыла ее кредит. Вне себя от гнева Андерсон возвратилась в апартаменты и начала новый скандал с истерикой, добавив к нему обвинения предыдущей ночи. Она попыталась наброситься с кулаками на прислугу и закончила тем, что ее голую, поймали на крыше, стараясь затащить обратно в дом и не обращая внимания на ее истошные крики {55}.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению