Имам Шамиль - читать онлайн книгу. Автор: Шапи Казиев cтр.№ 101

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Имам Шамиль | Автор книги - Шапи Казиев

Cтраница 101
читать онлайн книги бесплатно

Не скрывая своего отношения к войнам и уже став всемирно известным художником, он остался верен своему призванию, продолжал работать на театрах военных действий и погиб в Порт-Артуре на борту взорвавшегося броненосца.

Прием в Царском Селе

28 июля в «Знаменскую» прибыл адъютант, пригласивший всех явиться на аудиенцию.

На следующий день Александр II принял Шамиля в Царском Селе. Шамиль подарил императору дорогую саблю, украшенную лучшими горскими мастерами, которую Гази-Магомед привез из Дагестана.

Сабля императору понравилась. Шамиль поздравил царя с великим делом освобождения крестьян и вновь обратился к нему с просьбой отпустить его в Мекку для посещения святых мест и совершения обязательного для мусульман хаджа. Царю эта просьба показалась преждевременной. Он ответил, что исполнит просьбу Шамиля, но «не теперь». Руновского император похвалил, сказав: «Я доволен твоей верной службой».

На следующий день в гостиницу явились посланцы императора. Они вручили гостям дорогие подарки, а их женам и дочерям передали от императрицы драгоценные украшения и золоченых механических птиц, умевших петь на разные голоса.

Смена караула

Дневник Руновского, представленный по начальству, оказался произведением содержательным и интересным. Но многих отношения пристава с военнопленным не устраивали. На Кавказе продолжались восстания, черкесы окончательно не сложили оружия, а решительных указаний на этот счет от Шамиля не поступало.

К тому же отпущенный в Турцию Магомед-Амин опять оказался в сфере интересов Англии и Франции, все еще надеявшихся вытеснить Россию с Кавказа. К Магомед-Амину прибывали делегации и из Черкесии. Они предлагали своему бывшему вождю вернуться на Кавказ и возглавить новое сопротивление, пока черкесов не окончательно вытеснили с родных земель и не выслали в ту же Турцию.

Агент царской разведки в Стамбуле итальянец Франкини, имевший чин полковника, слал в Петербург панические рапорты о возможном возвращении Магомед-Амина на Кавказ. Ставший к тому времени военным министром Милютин велел посольству в Стамбуле всячески удерживать Магомед-Амина, а тем временем приказал разобраться, чем грозит его возвращение. Свои отзывы на этот предмет представили Барятинский, Евдокимов и Г. Орбелиани, бывший теперь тифлисским генерал-губернатором. Общее мнение выразил Евдокимов, считавший, что серьезных последствий ожидать не стоит, так как «Магомед-Амин — это не Шамиль, который фактически создал в горах суверенное государство и управлял им в течение 25 лет».

Магомед-Амин и сам колебался, не желая начинать все заново без надежных гарантий и реальной поддержки. Прежний опыт подсказывал ему, что горцы опять могут оказаться лишь пешкой в чужой игре, которой пожертвуют тотчас же, как только в ней отпадет надобность.

В российском Военном министерстве относились к донесениям своей агентуры весьма внимательно. И находились чиновники, усматривавшие в колебаниях Магомед-Амина влияние Шамиля, с которым они встречались в Калуге. Однако в дневнике Руновского об этих встречах ничего тревожного найти не удалось. Напротив, Шамиль представал человеком весьма сдержанным в политических высказываниях, а Магомед-Амин будто бы и не помышлял о возвращении к своим прежним занятиям на Кавказе. Он лишь писал своим сподвижникам, чтобы те постарались удержать народ от переселения в Турцию. Тем не менее решено было сменить пристава при Шамиле, с тем чтобы новый пристав вникал в дела и жизнь Шамиля более настойчиво и критически.

Такой человек быстро нашелся. Это был подполковник Павел-Платон Гилярович Пржецлавский. Он имел польские корни, но происходил из дворян Тверской губернии.

Службу Пржецлавский начал в 1838 году юнкером в Псковском полку. В 1844 году он уже воевал на Кавказе в чине прапорщика. Быстро усвоив некоторые местные языки и проявив административные способности, он с 1849 года занимал должность ленкоранского участкового заседателя. Еще через три года он стал полковым адъютантом Дагестанского конно-иррегулярного полка. В 1854 году был контужен под селом Уркарах осколком камня при попадании ядра в саклю. За отличие в делах с горцами он награждался орденами, рос в званиях и даже получил высочайшее благоволение. С августа 1857 года Пржецлавский был прикомандирован помощником к генерал-адъютанту князю Шамхалу Тарковскому. Через год он стал управляющим Дербентским уездом и был произведен в майоры. Затем занимал должность помощника военного начальника Среднего Дагестана и за особое рвение получил звание подполковника. 23 ноября 1861 года Пржецлавский был назначен приставом при военнопленном Шамиле и прибыл в Калугу 1 апреля следующего года.

Судьба Руновского

Сдав дела новому приставу, Руновский вновь отправился на Кавказ, получив назначение состоять для особых поручений при наместнике Барятинском. Но в Тифлис он прибыл только в конце июля 1862 года, когда новым наместником, вместо болевшего Барятинского, фактически стал великий князь Михаил Николаевич. Руновский сделался у него одним из главных советников, используя обширные знания, почерпнутые из бесед с Шамилем и его семейством. Видимо, советы Руновского оказались столь ценными, что 8 ноября 1866 года он был произведен из штабс-капитанов сразу в полковники, перешагнув тем самым три чина. Не заставили себя ждать и ордена. После восьми лет на Кавказе опыт и знания Руновского потребовались в Туркестане, который стремительно завоевывался царскими войсками. 31 января 1871 года Руновский был прикомандирован к штабу войск Оренбургского военного округа, а оттуда направлен в распоряжение Туркестанского генерал-губернатора. Здесь он трудился в комиссии по пересмотру положения об управлении Туркестанским краем. Руновский дослужился до председателя Сырдарьинского областного управления, но генеральского чина не получил. Он вышел в отставку с повышенной пенсией, намеревался продолжить свои публицистические опыты, но насладиться вольной жизнью так и не успел. 28 апреля 1884 года на 61-м году жизни он скончался «от изнурительного поноса», подхватив дизентерию. Похоронен Руновский на ташкентском христианском кладбище.

Руновский опубликовал много статей о Шамиле, а «Записки Руновского» печатались в Актах Кавказской археографической комиссии и вышли отдельным изданием в Петербурге в 1860 году.

Интриги Пржецлавского

Руновский, как и все, кто окружал Шамиля, был человеком не простым, но, исполняя свою службу, он сумел заслужить расположение Шамиля и стал ему почти другом. Новый же пристав больше походил на полицейского надзирателя. Отношения его с Шамилем омрачились с первых же дней. Еще до приезда в Калугу пристав был твердо убежден, что Шамиль — опаснейший глава мюридизма, мечтающий бежать обратно на Кавказ и поднять восстание.

Вознамерившись предотвратить новую кавказскую войну, Пржецлавский превратился в кандалы на ногах Шамиля, постоянно напоминая ему о статусе хотя и почетного, но все же военнопленного. Пристав лез во все дела Шамиля и его семейства, ограничивал в чем мог, следил за каждым его шагом и трактовал как затаенную крамолу все его высказывания.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию