Посмотри на меня - читать онлайн книгу. Автор: Сесилия Ахерн cтр.№ 22

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Посмотри на меня | Автор книги - Сесилия Ахерн

Cтраница 22
читать онлайн книги бесплатно

— Ты что, собираешься тут сидеть и слушать наши разговоры? — вызывающе спросила Сирша у кушетки.

Элизабет нахмурилась и прочистила горло.

— А как быть с тем, что сказал Пэдди? И совсем не важно, что ты считаешь, что не сделала ничего плохого. Полиция думает иначе.

Сирша продолжала жевать жвачку и смотрела на нее холодными голубыми глазами.

— Пэдди натуральный остолоп. В чем он может меня обвинить? Разве что веселиться вдруг стало преступлением.

Бабочка бьется, бьется из последних сил.

— Сирша, пожалуйста, — мягко начала Элизабет, — пожалуйста, выслушай меня. На этот раз они настроены серьезно. Просто… просто сделай перерыв с… — она помедлила, — с выпивкой. Ладно?

— Не смей говорить об этом! — Лицо Сирши перекосилось от ярости. — Заткнись, заткнись, заткнись, ты меня чудовищно достала! — Она вскочила. — У меня все в порядке с выпивкой. Это у тебя проблемы, раз ты думаешь, что так чертовски совершенна. — Она открыла дверь и кричала, чтобы всем было слышно. — А ты, — она кивнула в сторону кушетки, — не думаю, что ты здесь надолго задержишься. В конце концов, они ведь все уходят, не так ли, Лиззи? — Сирша будто выплюнула это имя.

В глазах у Элизабет заблестели злые слезы.

Сирша с шумом захлопнула за собой дверь. Ей удалось сбить с банки крышку, и теперь она снова была свободна и могла улететь. От звука захлопнувшейся двери Элизабет задрожала всем телом. В кабинете стало совсем тихо, даже жужжавшая до этого муха опустилась на лампу. Мгновение спустя раздался слабый стук в дверь.

— Что? — резко спросила она.

— Это., ээ… Бекка, — послышался робкий ответ. — Принесла кофе.

Элизабет пригладила волосы и промокнула глаза:

— Заходи.

Когда Бекка выходила из комнаты, Элизабет увидела, что возвращается сестра.

— Да, кстати, я забыла попросить тебя одолжить мне немного денег. — Голос Сирши стал мягче. Как всегда, когда ей было что-нибудь нужно.

Сердце Элизабет дрогнуло.

— Сколько?

Сирша пожала плечами:

— Пятьдесят.

Элизабет порылась в сумке.

— Ты все еще живешь в гостинице?

Сирша кивнула.

Элизабет вытащила пятьдесят евро и помедлила, прежде чем дать их сестре.

— На что?

— На наркотики, Элизабет, на огромную кучу наркотиков, — ехидно ответила Сирша.

Плечи Элизабет поникли.

— Я просто хотела…

— На продукты, ну, знаешь, хлеб, молоко, туалетная бумага, — вот на что. — Она выхватила хрустящую банкноту из руки Элизабет. — Не все подтираются шелком. — Она взяла со стола образец и бросила его в сестру.

Дверь за ней захлопнулась, и Элизабет осталась стоять посреди кабинета, глядя, как лоскуток черного шелка тихо опускается на белый ковер.

Она знала, что такое падать.

Глава десятая

Несколько часов спустя Элизабет выключила компьютер, в двадцатый раз навела порядок на столе и вышла из кабинета, куда в этот день уже не собиралась возвращаться. Бекка и Поппи стояли рядом, глядя в пустоту. Элизабет повернулась, чтобы посмотреть, что привлекло их внимание.

— Оно опять крутится, — нервно пропела Поппи.

И они втроем уставились на кресло, которое крутилось само по себе.

— Думаете, это мистер Брэкен? — тихо спросила Бекка.

Поппи изобразила голос миссис Брэкен:

— Крутиться в кресле — это не то, чего бы хотел мистер Брэкен.

— Девочки, не волнуйтесь, — сказала Элизабет, с трудом сдерживая смех. — Завтра я попрошу Гарри его починить. А теперь идите домой.

Они ушли. Элизабет какое-то время смотрела на крутящееся в тишине кресло, а затем медленно, сантиметр за сантиметром, приблизилась к нему. Когда она подошла совсем близко, кресло перестало крутиться.

— Трусишка, — пробормотала Элизабет.

Она оглянулась, убедилась, что находится в комнате одна, осторожно взялась за подлокотники и села в кресло. Ничего не произошло. Элизабет поерзала, посмотрела по сторонам, заглянула под кресло, но ничего не произошло. И когда она уже была готова подняться и уйти, кресло вдруг начало крутиться. Сначала медленно, затем постепенно набирая обороты. Элизабет испугалась и уже подумывала о том, чтобы спрыгнуть, но кресло крутилось все быстрее и быстрее, и она вдруг захихикала. Чем быстрее вращалось кресло, тем громче она смеялась. От смеха у нее заболел живот, она не могла вспомнить, когда последний раз чувствовала себя такой молодой — ноги подняты вверх и в стороны, ветерок колышет волосы. В конце концов, через несколько секунд, движение замедлилось и кресло остановилось. Элизабет перевела дух.

Улыбка медленно угасла, а детский смех начал стихать. Осталась только гулкая тишина пустого офиса. Она стала напевать, рассматривая живописный беспорядок на столе Поппи: буклеты с образцами тканей, банки с красками и журналы по дизайну интерьеров. На глаза ей попалась фотография в золотой рамке. На ней была Поппи, две ее сестры, три брата и их родители, теснящиеся на одном диване, как футбольная команда. Сходство между ними было очевидным — у всех маленькие носы и зеленые глаза, превращавшиеся в узкие щелочки, когда они смеялись. В угол рамки была вставлена полоска из четырех маленьких фотографий Поппи и ее друга. На первых трех они гримасничали перед камерой, на четвертой с любовью смотрели друг на друга. И этот момент был навечно запечатлен на фотографии.

Элизабет перестала напевать и загрустила. Она тоже когда-то пережила нечто подобное.

Продолжая рассматривать фотографию, она старалась не думать о тех временах, но в который раз проиграла эту битву, утонув в море нахлынувших воспоминаний.

Она заплакала. Сначала это были тихие всхлипы, но вскоре они превратились в полные боли стоны, идущие из глубины ее сердца. Она вслушивалась в свою боль. Каждая слеза была мольбой о помощи, на которую никто никогда не отвечал и на которую она теперь не ждала ответа. И оттого плакала еще сильнее.


Элизабет зачеркнула красной ручкой еще один день у себя в календаре. Мать отсутствовала уже три недели. Это не было рекордом, но достаточно долго для Элизабет. Она спрятала календарь под кровать и легла. Отец отправил ее спать три часа назад: ему надоело, что она возбужденно мерит шагами пространство перед окном гостиной. Но она изо всех сил старалась не заснуть, чтобы не пропустить возвращение матери. Потому что первые моменты самые лучшие: мать будет в хорошем настроении, довольная, что вернулась домой, будет говорить Элизабет, как сильно она по ней скучала, душить ее объятиями и поцелуями до тех пор, пока Элизабет не забудет, что она когда-то плакала.

Мать проплывет по комнатам, словно не касаясь ногами пола. Возвращаясь, она всегда говорила восторженным шепотом, и голос ее был таким тихим, что Элизабет казалось, что все, о чем они говорили, было их секретом. Глаза матери блестели от удовольствия, когда она рассказывала Элизабет о своих путешествиях и о людях, с которыми познакомилась. Конечно, Элизабет не хотела проспать все это.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию