Я, Клавдий. Божественный Клавдий - читать онлайн книгу. Автор: Роберт Ранке Грейвс cтр.№ 205

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Я, Клавдий. Божественный Клавдий | Автор книги - Роберт Ранке Грейвс

Cтраница 205
читать онлайн книги бесплатно

У Колчестера нас встретил авангард дружественной армии. Это были икены, поднявшиеся нам на помощь в тот день, когда они узнали, что я прибыл в Лондон. Объединив наши силы, мы окружили город, который мужественно защищали старики и женщины, и взяли его штурмом. От имени Рима я тогда же заключил почетный союз с вождем икенов, царем Восточного Кента и царем Восточного Сассекса в знак благодарности за их помощь. Остальную часть владений Каратака я официально объявил римской провинцией, назначил губернатором Авла, и вскоре все мелкие царьки и вожди, включая кентских вождей, которые скрывались в Вилде, по всей форме приняли на себя обязательства подчиняться Риму и платить ему дань. После чего я решил, что выполнил все, ради чего мы пришли в Британию. Я попрощался с Авлом и его армией и вернулся в Ричборо с гвардией, слонами и пятьюстами добровольцами, которые отплыли вместе со мной из Остии, но прибыли сюда слишком поздно, чтобы участвовать в сражении. Мы сели на наши транспортные суда и пересекли пролив без каких-либо происшествий. Я провел в Британии всего-навсего шестнадцать дней.

Сожалел я об одном, хотя мне следовало благодарить судьбу. Во время битвы я был все время с Девятым полком и, когда два их батальона кинулись на помощь нубийцам, я, ощутив прилив храбрости, очертя голову поскакал вперед, чтобы, перегнав их, поскорей присоединиться к драке. Однако тут же передумал: я не хотел быть среди нубийцев, которые в пылу боя часто принимают своих за чужих. Я повернул Пенелопу и придержал ее у фланга. И тут я увидел вождя британцев, бежавшего к лесу между мной и грудой ломаных колесниц с брыкающимися пони. Я вытащил меч и пришпорил кобылу. Я почти настиг его, когда заметил большой отряд колесниц, и был вынужден повернуть и ускакать обратно. Я знаю теперь, что вождь этот был Каратак. Только подумать, что какие-то несколько секунд лишили меня возможности вступить с ним в поединок! Поскольку я был верхом и вооружен, а он — был пеший и безоружный, скорей всего мне посчастливилось бы его убить. А если так, меня ждала бы бессмертная слава! За всю нашу историю только два римских полководца убили вражеского военачальника в единоборстве и сняли с него оружие.

Глава XXI

Для того, чтобы римскому генералу был дан полный триумф за победу над врагами его родины, он должен удовлетворять определенным требованиям, существующим со стародавних времен. Прежде всего, он должен иметь звание консула или судьи первого ранга и быть официальным главнокомандующим военными силами, одержавшими победу, а не просто исполняющим обязанности командира или его заместителем, и в качестве главнокомандующего он должен лично принести перед битвой жертвы богам и узнать, каковы предзнаменования. Затем сражаться он должен против иноземного врага, а не против бунтующих граждан своего отечества, и целью войны должен быть захват новых земель и установление там римского господства, а не возврат бывших римских территорий. Далее, он должен полностью разбить врага в генеральном сражении, которое окончит кампанию, и должен убить не менее пяти тысяч человек, а потери римлян должны быть сравнительно невелики. И последнее — победа его должна быть настолько полной, чтобы он мог отвести свои победоносные войска с завоеванных земель без ущерба для дела и вернуться с ними в Рим для участия в триумфе.

Разрешение праздновать триумф даруется сенатом, но, как правило, лишь после долгого и завистливого обсуждения. Обычно сенат собирается в храме Беллоны за пределами города и самым тщательным образом изучает обвитое лавром письмо полководца с официальным извещением о победе, и, если у сенаторов есть основания полагать, что его притязания необоснованны или преувеличены, сенат посылает за ним, чтобы он подкрепил их устными доказательствами. Если, однако, они решают, что тот одержал выдающуюся победу, они объявляют день общего благодарения и испрашивают по всей форме согласие римлян на впуск в стены города победоносной армии на день триумфа. Сенат имеет власть смягчать некоторые из этих условий, если он считает, что победа очень существенна для государства. Это только справедливо, но я должен с сожалением выразить здесь свое мнение, что из трехсот пятнадцати триумфов, отмеченных в Риме со времен Ромула, по крайней мере шестьдесят или семьдесят не заслуживали того, чтобы их праздновали, а с другой стороны, очень многие полководцы были лишены честно заработанного триумфа из-за происков своих соперников в сенате, которым чужие лавры не давали спокойно спать. Однако если генерал лишается положенной ему чести из-за козней врагов или просто по технической причине, он обычно празднует свой триумф неофициально на Альбанском холме за городом, и на нем присутствует весь Рим, так что это ничем не хуже настоящего триумфа, только его не заносят в городские анналы да после смерти его погребальную маску нельзя носить с триумфальной тогой. Самые позорные триумфы, которые видел Рим, были, пожалуй, триумф Юлия Цезаря после победы над его родственниками, сыновьями Помпея Великого, и тот, который праздновал один из моих предков, некий Аппий Клодий, несмотря на то, что и сенат, и римский народ отказали ему в этой чести; он уговорил свою сестру, весталку, сесть на его триумфальную колесницу, чтобы городские власти не осмелились стащить его на землю из страха оскорбить непорочную деву. [233]

Когда я послал сенату письмо с просьбой предоставить мне триумф, я был заранее уверен в том, что получу его, — никто не осмелился бы противостоять моим притязаниям, даже будь они совершенно безосновательны — так же безосновательны, как притязания Калигулы, когда он праздновал тройной триумф по поводу победы над Германией, Британией и Нептуном. Он прошел с войском несколько миль в глубь Германии, не встретив противодействия, стал жертвой собственных страхов и пустился в паническое бегство; он никогда не пересекал Ла-Манша и не посылал в Британию войска, а что касается Нептуна, ну что я могу сказать? Что, мягко говоря, нельзя назначать триумф за победу, настоящую или вымышленную, над своими национальными богами. Но я хотел соблюсти приличия, поэтому сообщил в депеше, что число убитых врагов во время битвы, которую возглавлял лично я, было на три сотни меньше требуемой цифры в пять тысяч человек, но зато мы взяли такое количество пленных, что, возможно, это компенсирует нехватку убитыми, и что утешительная краткость нашего списка раненых и убитых тоже должны быть приняты в расчет, если сенат решит, в порядке исключения, не настаивать на первом требовании. Я обязуюсь, если триумф будет мне дан, предоставить шестьсот пленных для смертельных схваток в цирке, тем самым доведя количество убитых врагов до нужной цифры. Я писал, что не могу вернуться в Рим раньше марта, так как этой зимой Авлу понадобятся все находящиеся в Британии войска, чтобы приучить британцев к нашему постоянному пребыванию на острове; и даже после я не смогу оставить провинцию без охраны, поскольку не замиренные еще пограничные племена, возможно, будут устраивать набеги. Но я могу привести с собой войска, которые активно участвовали в последней битве, а именно Двадцатый полк, четыре батальона Четырнадцатого, два — Девятого, два — Второго, один батальон Восьмого полка и несколько подразделений вспомогательных войск, если это удовлетворит сенат. А пока, чтобы не нарушать древний обычай, я не вернусь в город (где по-прежнему, вместе с ними, будет править Вителлий в качестве моего представителя) и останусь во Франции, устроив свою штаб-квартиру в Лионе; буду решать в суде спорные дела, поданные на апелляцию, улаживать разногласия между племенами и городами, делать смотры, инспектировать оборонительные сооружения, ревизовать ведомственные счета и проверять, насколько строго выполняется мой приказ полностью уничтожить орден друидов.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию