Охота на бабочку - читать онлайн книгу. Автор: Аркадий Трифонов cтр.№ 27

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Охота на бабочку | Автор книги - Аркадий Трифонов

Cтраница 27
читать онлайн книги бесплатно

Он свесил на пол босые ноги. Попытался встать, но наручники не пускали. Одеяло соскользнуло с него. Он сидел перед Настей совершенно голый и бессмысленно дергал рукой. Потом напрягся, потащил сильнее, увлекая за собой кровать, которая, словно нехотя, но все же ему подчинилась, сдвинулась с места. Настя в панике отпрянула, а морячок продолжал тащить за собой кровать и одновременно тянулся к Насте свободной рукой. От страшного напряжения лицо его перекосилось, налилось кровью. Морячок медленно, но верно придвигался к Насте, уже почти достал ее кончиками пальцев. Но она увернулась, и его рука повисла в воздухе.

— От меня так просто не уйдешь!.. Я тебя достану!.. Стой на месте, а то хуже будет!.. — ему удалось перенести тяжесть тела и дотянуться до пиджака, брошенного на спинку стула.

Настя, затравленно оглядываясь, пятилась к окну.

— Сейчас, погоди, я сейчас… — разгоряченно шептал морячок.

Он лихорадочно принялся шарить рукой сначала в одном кармане пиджака, потом в другом. Нащупал и вытащил наружу ключ от наручников. Но пальцы его при этом сильно дрожали, ключ выскользнул из них, жалобно звякнул и завалился под тумбочку. Морячок замысловато выругался, встал на колени, пригнулся, высоко оттопырив зад, и начал водить ладонью под тумбочкой, тяжело дыша и что-то сердито бормоча себе под нос.

Настя продолжала пятиться к окну. Оно было плотно зашторено двумя желтыми кусками пыльной материи, спускавшимися сверху до самого пола. Решение созрело у нее мгновенно. Настя вначале потянула одну половину шторы на себя, потом резко рванула ее вниз. Затрещали петли на крючках, с грохотом обвалился карниз.

Суетившийся у тумбочки морячок замер, повернул в ее сторону потное, злое лицо. Бугристая плешь с налипшими на нее волосами отсвечивала фиолетовым в луче утреннего солнца, брызнувшего в комнату из окна.

— Стоять! — рявкнул он, пытаясь приподняться.

В следующее мгновение Настя, протащив за собой волочившуюся по полу штору, в один прием перепрыгнула через толстый зад своего мучителя, повернула защелку на двери и выскочила в коридор.

— Сука! Тварь! Воровка!.. Все равно найду!.. Достану из-под земли!.. — были последние слова морячка, которые она услышала за своей спиной.

Настя торопливо закуталась в штору и побежала по коридору.

2

В последние полгода Макса Калугина начали донимать приступы головной боли. Под вечер, если выдавался особенно тяжелый день, или во время долгих напряженных переговоров, или вовсе без видимых причин — может быть, из-за перемещений воздушных потоков в атмосфере.

«Кажется, опять начинается», — подумал Калугин. Он был в своем кабинете совсем один. Те редкие минуты, когда можно не заботиться о делах, не выслушивать претензий какого-нибудь дотошного заказчика, а просто побыть одному. В его жизни такое случалось не часто, а когда случалось, Калугин не знал, чем себя занять.

Такой вот замкнутый круг.

Он включил телевизор. Очередное ток-шоу. Но сначала блиц-опрос на улицах. Корреспондент выуживал кого-нибудь из толпы и задавал вопросы. Вначале Калугин слушал рассеянно, вполуха, а потом невольно заинтересовался.

Речь в программе шла о проблеме проституции в нашей стране. И вопрос к опрашиваемым на улицах был один и тот же: «Как вы относитесь к проституции как к явлению вообще и проституткам — в частности?»

Открылась дверь. В кабинет заглянула секретарша:

— Максим Афанасьевич! Там к вам Лощилин просится на прием…

— Я же сказал, что меня нет! — досадливо повернулся к ней Калугин.

— Но он каким-то образом узнал, что вы у себя. Настаивает.

Калугин обреченно вздохнул:

— Пусть заходит…

Он выключил телевизор. И тут же боль, о которой он, казалось, на время забыл, опять подступила к голове. Он за несколько часов чувствовал приближение этой боли. Сначала ощущал ее теплое, липкое прикосновение, потом длинные тонкие пальцы, словно щупальца спрута, ползли от затылка через виски к бровям и начинали сдавливать голову, отчего темнело в глазах и рот самопроизвольно распахивался, как у выброшенной на берег рыбы. Страшна была не только сама боль, но и ее предчувствие.

Зная, что приступ приближается, Калугин замирал, вытянувшись в кресле, как перед оскалившейся собакой, чтобы не спровоцировать ее на прыжок неосторожным движением. При этом он напрягал лицо, на котором возникало подобие радушной, предупредительной улыбки. Ох, как он тогда начинал себя презирать!..


Вот с этой дурацкой улыбкой он и смотрел теперь на маленького лысоватого человека, сидящего за столом напротив в его громадном кабинете. Человек этот нервничал, постоянно то сжимал, то разжимал в потной ладони золотой «Паркер» и что-то горячо пытался ему доказать. Калугин почти не слышал его, морщился, тер большим пальцем висок, стараясь все-таки хоть немного сосредоточиться.

— Максим Афанасьевич! — сидевший напротив человек умоляюще прижал руки к груди. — Я же не украл эти деньги, не ради собственного блага их использовал… Меня подставили! Дайте мне хоть немного времени. Я заключу новый договор и все верну. Иначе хоть по миру иди, а у меня семья, трое детей…

— Это не моя головная боль, ясно вам? — бесцветным голосом отвечал Калугин. — В следующий раз будете знать, с кем иметь дело…

— В следующий раз… — как эхо повторил посетитель. — А ведь следующего раза может и не быть, потому что и меня может не быть. Скорее всего, так оно и случится… — он горестно покачал головой. — Что такое для вашей фирмы эта жалкая сотня тысяч баксов? Тьфу, капля в море при ваших-то оборотах. Здесь уже не о деньгах речь идет, о простом человеческом сострадании, милосердии к ближнему, в конце концов!..

— Если бы у меня была жена и вы с ней вдруг переспали, я бы вас, наверное, понял и простил, — сказал Калугин уже ровным голосом. — Потому что моя жена обязательно должна быть красавицей, перед которой никто не устоит… Но жены у меня нет. Нет и лишней, как вы тут изволили выразиться, жалкой сотни тысяч баксов. Вы попытались обмануть даже не меня лично, а мою фирму, мое дело, в которое я вложил всю душу…

Боль становилась уже совсем невыносимой, и он поднялся, давая понять собеседнику, что на этом их разговор окончен.

— Мой адвокат свяжется с вами. Прощайте.

Посетитель тоже встал. Торопясь, дрожащими руками собрал разложенные по столу листки бумаги и кое-как запихал их в папку.

— Я вам от души желаю, — сказал он дрожащим голосом, одновременно боком пятясь к двери. — Я вам желаю, Максим Афанасьевич, чтобы и вас когда-нибудь… что-то ударило… очень больно… Но чтобы при этом что-нибудь человеческое в вас все-таки проснулось… Всего вам самого наилучшего…

Он вышел, оставив дверь открытой.

В кабинет сразу же заглянула секретарша. Одного беглого взгляда на шефа было достаточно, чтобы она все поняла. Быстро прошла к холодильнику, достала оттуда упаковку с таблетками. Налила в стакан воды.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению