Битва за Балтику - читать онлайн книгу. Автор: Владимир Шигин cтр.№ 91

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Битва за Балтику | Автор книги - Владимир Шигин

Cтраница 91
читать онлайн книги бесплатно

Все решилось через несколько дней, когда списки членов общества любителей словесности передали императрице. Никого прощать Екатерина на сей раз намерена не была. Всех членов собрания немедленно лишили должностей и велели убираться из столицы в деревни. Что касается Тучкова, то, дойдя до его имени, императрица лишь посмеялась:

– Этого молодого человека не трогайте. Чего его наказывать, когда он и так уже на галерах!

Из записок Тучкова: «Я надеялся, по крайней мере, пробыть до весны в Петербурге; но едва успел укомплектовать роту мою, как в марте месяце 1790 года велено было мне, присоединяя еще другую, выступить сухим путем и идти через Выбрг паки в Фридрихсгам». Все, погулял капитан, теперь пора снова воевать!

Часть третья. Преодоление
Глава первая. Подвиг Фридрихсгама

Зима с 1789 на 1790 год была не в пример предыдущей переменчива. Морозы чередовались с оттепелью, да такой, что ревельский рейд большую часть зимы был свободен ото льда.

В политике никаких перемен к лучшему пока не было. По-прежнему продолжалась война с турками, по-прежнему интриговали Англия с Пруссией, а последняя к тому же на границах с Лифляндией держала целую армию. Обеспокоенная всем этим императрица Екатерина говорила в те дни в сердцах:

– Я чувствую себя, как при родах – ожидаю разрешения о мире или тройной войны!

Помимо всего прочего на Балтийском флоте зимой начались повальные болезни среди флагманов. Первым свалился контр-адмирал Ларион Повалишин. Едва приведя корабли в Кронштадт, он прохворал до самой весны. Следом за ним свалился Спиридов. Разом заболели, а может, просто решили отдохнуть в Петербурге от ратных дел обер-интендант Балле и граф Литта. Весьма недомогал и Петр Иванович Пущин. Из здоровых, как всегда, самым энергичным был Круз, да капитан над Кронштадтским портом Ефим Лупандин. В довершение всего Пущин в пух и прах разругался с Крузом. Первый, как известно, всегда отличался желчностью, а второй неуступчивостью. И, если ранее они, несмотря на это, даже дружили, то теперь нашла коса на камень.

Историк В. Головачев пишет: «Едва Круз получил назначение командовать всею выступавшей из Кронштадта эскадрой, как половина забот свалилась с плеч Петра Ивановича Пущина. Но зато и власть его уменьшилась, а вместе с тем явились и великие недочеты в портовом хозяйстве.

Каждый вечер Круз запрашивал своих офицеров:

– Что удалось добыть?

– Отпустили по штату куль худой да балясину чугунную! – отвечали те хмуро.

– Ежели не отдают добром, забирайте силой! – потеряв терпение, велел вице-адмирал. – Не для себя стараемся, для державы!

«Сразу же появились многочисленные и быстрые исполнители его приказов в лице нашей флотской молодежи. Морские офицеры рассыпались по порту и магазинам – сторожили каждую дверь и брали все, что им было нужно. Содержатели магазинов очутились почти под стражею и имели право только брать расписки, но не отказывать в выдачах. Все это оправдывалось требованиями момента и все приготовления к выступлению, на эскадре, пошли гораздо успешнее».

Вторжение Круза и его молодых разбойников в свою вотчину командир порта воспринял весьма болезненно.

– В повелениях у младшего быть мне зело прискорбно! К тому же Круз залезает в мои карманы, как в свои собственные! – Жаловался Пущин графу Чернышеву. – Посему с Крузом я служить не могу и не желаю, и прошу развести нас с ним в разные стороны!

– Да куда я этих двух старых дураков разведу! – сокрушался вице-президент Адмиралтейств-коллегии. – У меня что, для каждого свой флот в кармане имеется?

Пришлось Чернышеву ехать на санках под Рождество в Кронштадт. Вызвал обоих адмиралов.

Крузу он пообещал, что в будущую кампанию он уж точно подерется со шведами, чему Круз сразу обрадовался. Пущину граф Чернышев же объявил, что его сына Ивана он назначил командиром галерного порта. В этом у графа был свой замысел, во-первых, Пущин будет ему после сего назначения лично обязан, а во-вторых, за галерный порт теперь можно было не беспокоиться, так как рачительный отец своего сына никогда в беде не бросит, а всегда поможет и где надо подскажет. После этого граф Иван сказал адмиралам речь прочувственную о дружбе флотской и бутыль водки на стол перед ними поставил.

– Наливай по первой!

Первую и вторую адмиралы опрокинули молча, только исподлобья друг на дружку поглядывали. Оба толстенные, рожи от гнева красные, глаза злющие.

После третьей все обиды друг на друга выложили, кричали и кулаками об столешницу молотили так, что из передней адъютанты заглядывали, нет ли смертоубийства какого. Хитрый Чернышев только молча слушал спорщиков, покуривал трубку, да водку им в стаканы подливал. После шестой адмиралы поугомонились, а после десятой прощения друг у дружки просили и целовались троекратно.

– Слава богу, хоть здесь война окончена! – перекрестился Чернышев, запахивая шубу.

Бухнулся в санки:

– Гони в Питер!

С крылечка командирского дома не твердо стоящие на ногах кронштадтские начальники дружно махали ему вслед руками.

Зимой в Кронштадт пригнали семь тысяч рекрут. Всех их надо было разместить, обмундировать и к весне обучить хотя бы азам морского дела. Опять надо было заготавливать провизию и порох, якоря и артиллерийские станки, не говоря уже обо всем остальном.

Худо обстояло дело с мичманами, некомплект которых составлял более полутора сотен. Деятельный Пущин требовал произвести в мичманы всех гардемарин. Кто хотя бы одну кампанию на море сделал. Адмиралтейств-коллегия упрямилась, полагая, что мало опыта.

– Пусть будут хотя бы малоопытные, чем вообще никаких! А опыт – дело наживное, под ядрами да пулями быстро научаться! У меня уже и сукно белое на мундиры готово!

Настойчивость Пущина была вознаграждена.

– Уж коли и мундиры готовы, то грех будет в офицерстве гардемаринусам нашим отказать! Пущай одевают и радуются! – решили в коллегии.

Пока адмиралы ругались и старались готовить флот к будущей кампании, принц Нассау-Зиген ни с кем не ругался и ничего не готовил. Он отдыхал от ратных трудов и веселился. Для принца в виде особого респекта в Эрмитаже сыграли пьесу Екатерины «Горе богатырь» о короле Густаве. Зиген ни черта в ней не понял, но вместе со всеми хлопал в ладоши и смеялся. Поведение Нассау-Зигена, ни за что не отвечающего и ничего не делающего, но собирающего чины и награды, вызывало зависть и восхищение у молодых офицеров.

– И чего сапогами грязь месить, когда надо делать карьеру, как делает ее принц заморский? Раз – и в дамках! – говорили промеж себя гвардейские офицеры.

Теперь они желали воевать на галерах рядом с принцем, чтобы от его пирога и им кусок достался. В морские офицеры подались и гвардейские сержанты, прикинув, что на суше в эту войну отличиться не так-то просто, как на флоте. В прошлую кампанию гвардейцы уже повоевали на галерах и теперь, подучившись за зиму парусному делу, были тоже готовы вступить на шаткие корабельные палубы.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению